Воскресный роман
Шрифт:
Ожидание маршрутки, наоборот, способствовало раздумьям.
Отъезд с Синицыным гарантировал стабильный брак и традиционную жизнь. «Как у всех», - скажет мама, когда узнает. Муж, работа, ребенок. Стоит ли мечтать о большем?
Хочет ли она мечтать о большем?
Лера проводила взглядом отъезжающий автобус. Свой. И достала телефон.
– Ариш! Поговорить надо.
– Глаголь! – донесся из трубки знакомый почти мужской бас.
– Не по телефону, - Лера вздохнула. – Мне совет нужен.
– Где и когда?
– Давай в пиццерии на углу. Я там буду.
– Ща приду. Пиво мне возьми.
Ариша пришла действительно «ща». Лера едва и успела, что заказ сделать.
Влетела стремительным девяностокилограммовым эльфом и, узрев Митрофаненко, бухнулась напротив нее.
– Че на ужин? – поинтересовалась Ариша.
– Твоя любимая и «Бочковое».
– С каких пор ты «Дьяболу» употребляешь?
– Захотелось попробовать, - проворчала Лера. – Нельзя?
– Можно, - милостиво протянула подружка. – Выкладывай, пока я не пьяная.
Ариша никогда не могла остановиться на одной кружке. Ариша была фанатом – и не только футбольным.
– Меня Димка в Харьков позвал, - выложила Лера.
– На выходные? Не встречала Харькова в туристических проспектах.
– Насовсем, Ариш.
– Че?
– То! – Лера уткнулась в бокал с пивом.
– Эй-эй-эй-эй-эй! – заверещала подружка. – Это че? Это как понимать? Типа «увезу тебя я в тундру»?
– Харьков – не тундра, - вяло возмутилась Лера. – Нормальный город. Бывшая столица. У них театр красивый.
– Так. Стоп. Сначала. С какого перепугу он туда намылился?
– Ему работу предлагают. И говорит, что для меня тоже есть место.
– О как! – взвизгнула Ариша. – Толковый мужик, чего уж… Так а чего ты думаешь-то?
– А ничего не думаю, - Лера вздохнула и вопросительно посмотрела на подружку. – Может, замуж пора, а?
– Давно пора! Предназначение женщины – семья, дети, дом. Вы с Синицыным уже почти год вместе, а все телитесь!
– Соглашаться?
– Так чего нет-то? Тебе с ним хорошо? В постели гармония?
– Где? – поперхнулась Лера.
– Где-где! – рявкнула Ариша на весь зал. – В постели!
– В какой постели, Ариш, - зашептала Лера. – Нет никакой постели. Ну… в смысле есть. У каждого своя… В общем… Аришаааа!
Ариша хрюкнула. Пиво из-под Аришиного носа слегка расплескалось. Она поставила бокал на стол и озадаченно осмотрела Леру, будто видела ее впервые в жизни.
– О как! Че? Совсем ни разу?
– Ариииша, - промямлила Лера и принялась усердно жевать пиццу.
– Мдааааа, подруга, - протянула Ариша. – Ну ты даешь… Да вас с Димкой на фабрике поженили давно, а вы… целовались хоть?
– Ну так… А нечего фантазировать! – рассмеялась неожиданно Лера. – Так как? Соглашаться, если без постели?
– Блин, Лерка! А за каким он тебя тогда с собой зовет?
– Ну, вероятно, за тем самым. Я сказала, мне подумать надо. Он согласился.
– Езжай! – резко выдала Ариша. – У вас будет образцово-показательная семья! Вы даже до свадьбы не того… не этого!
– Спасибо, подруга, - улыбнулась Лера и отпила пива. Помолчала и проговорила в никуда: - Димка хороший. И добрый. Легко с ним.
– И зарабатывает, и внешне очень даже ничего… Не! Все-таки зря ты его в сексе еще не испытала, а то вдруг там… подозрительно чего-то…
Лера подняла на подругу ошарашенные глаза.
– Что именно?
– Да что угодно! Размер, выдержка, одышка! Может, у него ладони потеют? Или сперма горькая?
Лера смутилась – говорить о таких вещах она не умела. Она была уверена, что это совсем-совсем личное, и обсуждаться не может. Но Ариша обладала талантом вовлечь в разговор.
– Ты сама-то откуда знаешь о таких… нюансах?
Ариша потупилась и опустила глаза:
– Каюсь. Было. В студенческие годы мои принципы отличались гибкостью.
– Сильно не понравилось?
– Да нет… по-разному… но девочки – они как-то надежнее. И спермы у них не бывает.
– Обожа! – выдохнула Лера и уставилась на подругу.
– Тихо! Сама фигею. Тебе пицца-то как?
– Вкусная! – Лера повела бровью. – Особенно с твоей приправой. Люблю я тебя, Ариша. Вот уеду с Синицыным… а ты тут…
– Нефиг меня любить, а то тебе Яся волосы повыдирает, - хохотнула Арина. – Таким, как ты, положено любить таких, как Димка. Меньше со мной общайся, меньше. А то как научу плохому!
Про то, что, возможно, ей бы, к ее-то годам, и не мешало научиться плохому, Лера думала всю ночь, ворочаясь с боку на бок, и следующее утро, глядя в окно маршрутки на пейзаж, знакомый до мелочей.
Не в отношении того, чтобы любить Аришу… так, как ее любит Яся. А того, что, по заверению подруги, может оказаться подозрительным. Вот Кудинова. Кудинова наверняка многое знает про «плохое». Одни ее губы… Мужчинам такие нравятся? Ну, когда такими губами… там… отличается или нет? А Кириллу нравится?
Что ему точно не нравится, так это бродить с ней по выставкам. Толку-то молодому здоровому мужику от таких унылых брожений.
«Размер, выдержка, одышка…», - раздалось в ее голове, пока она представляла себе Вересова.
Для одышки молод. Выдержка – подразумевается, наверное. Размер…
Лера шумно выдохнула. В бессчетный раз возопила: хватит! И сорвалась с места, чтобы не пропустить свою остановку и вовремя попасть в кабинет. Оказавшись на улице, она подставила пылающие щеки под морозный ветер, и заодно охладила и мысли.
Однако на работе в этот четверг Леру поджидал большой сюрприз. Приблизительно с половины одиннадцатого к ней потянулись коллеги с поздравлениями. Лера кивала, улыбалась и у четвертого поздравляющего рискнула спросить, с чем именно ее поздравляют.
– Так с помолвкой, Валерия Георгиевна, - удивленно ответила бригадир третьего цеха. – Давно пора!
Валерия Георгиевна поблагодарила и еще через пять минут рассерженно шептала в лицо Арише:
– Ты с ума сошла? Какая помолвка?!