Чтение онлайн

Впрочем, о последней лучше и не вспоминать.

Та иногда названивала после выпускного, но у Вересова и других впечатлений хватало, потому благополучно игнорировал.

Так за каким чертом теперь Митрофанушку вспоминать?

Нет, он помнил ее. Нескладная, угловатая, слишком худая. Правда, мордашка всегда была вполне ничего себе. Еще у нее в наличии имелись мозги, что не редкость в их экспериментальном «Б» классе, и умение ими пользоваться – а вот это уже диковинка. Но это умение не распространялось на то, что касалось Вересова.

Нравилась она ему тогда?

Ну… справедливости ради, чисто по-человечески нравилась. Наверное, потому и не таскал ее, как Кудинову, по подсобкам. Какое-то представление о порядочности в нем все-таки было. Но ее к нему слабостью пользовался и того не стыдился – само в руки плыло.

И если в пятничный вечер эта почти незнакомая теперь уже девушка его заинтриговала – была в нем азартность, была – то в воскресенье озадачила. Дурацкая недосказанность заставляла его раз за разом прокручивать их разговоры и ее поведение. Да и свое тоже – чего уж скрывать. И бить себя по рукам, чтобы не набирать Митрофанушкин номер.

В офисе он старался задерживаться допоздна, дома отговаривался тем, что у него работы валом – впрочем, никто особенно и не интересовался. Некогда им там было интересоваться. Если бы Кирилл вникал, то заметил бы, что в доме царит необычная атмосфера – Марина ныкалась по углам и на глаза не показывалась, зато по всем комнатам были разбросаны исписанные блокнотные листы. Тем не менее, все в доме ходили на цыпочках.

– Мама пишет про капитана Ратона, - важно пояснила Машка, будто делилась секретной информацией, которая что-то должна была объяснить. – Опять.

Кирилл кивнул и удрал на работу.

Это была среда.

И именно в среду на работу соизволила заявиться Лина Мильх.

– Как вы тут без меня? – заворковала она, едва переступила порог конторы. – Скучали или радовались, что остались без присмотра?

– Лично я психовал, - сообщил Кирилл, стоя возле кофемашины, установленной в приемной.

– У тебя не было ни малейших причин, - удивилась Лина. – Я отдала тебе беспроигрышное дело.

– И не сказала, кто со стороны ответчика. Шутка удалась.

– Это не было шуткой, – хохотнула госпожа Мильх, располагаясь на диване. – Это был экзамен на выживаемость.

– Как видишь, первое заседание я пережил. Он точно не знал?

– Не знал, не знал. Ему понравилось?

– А ты как думаешь? По-моему, он в восторге.

– Ааа, - понимающе протянула Лина. – Ну смотри… провалишь дело – пойдешь на вольные хлеба. Или к папе, - она снова хохотнула.

– Издеваешься? – Кир поперхнулся кофе и воззрился на беременное начальство. – Я разведу Горелову на наших условиях, даже не сомневайся. Если, конечно, она сама не передумает.

– Ты наш договор с ней читал?

– Два раза! Цены на услуги у нас ломовые.

– Нормальные у нас цены! И ее развод нам выгоднее. Так что иди и работай!

– Все под контролем, - хмыкнул Кир. – И ты это прекрасно знаешь, иначе отцом бы не перестраховывалась!

– Это мы потом посмотрим, - сказала Лина и, тяжеловато поднявшись с дивана, уплыла в свой кабинет.

Ее явление его встряхнуло – и вовремя. Поскольку впервые за эту неделю он всерьез задумался о том, что делать все-таки чего-то надо. Пытался вспомнить заветы отца. Вместо этого в голове вертелось его вполне серьезное «тебе нужны эти приставки?»

Нет, отец где-то и в чем-то определенно прав. Если бы он гонялся за приставками, три года упрямо не сидел бы у дяди Игоря. С другой стороны, хотелось ему что-то делать не хуже Вересова-старшего? Хотелось, еще как! Но к делу это отношения не имело.

«Ищи подход!» - наверное, это относилось не только к работе. У отца редко бывало что-то просто так. В жизни Кирилла встречалось множество булыжников, большую часть которых он организовал себе сам. И к каждому нужен был то ли подход, то ли обходной путь.

Случай хоть к чему-то найти подход представился уже на следующий день. В офисе появилась госпожа Горелова собственной персоной, что стало для ее адвоката несколько неожиданным – о встрече никто не договаривался.

– А я мимо проходила, - вместо приветствия сказала Наталья Сергеевна.

«Проходя мимо, проходи мимо», - мрачно подумал Кир, но вслух вынужден был предложить:

– Кофе? Чай?

– Нет, спасибо, - отказалась Горелова. – Я поинтересоваться зашла. Как вы думаете, если я не стану ходить в суд, он быстрее разведется? Госпожа Мильх говорила, что такие дела могут длиться годами.

– Ну… это вам виднее, согласится он быстрее или нет. Вы же с ним двадцать лет прожили… или сколько там? Мы можем только предположить, что однажды ему все-таки надоест. Вопрос как скоро.

– Он упертый, - вздохнула Наталья Сергеевна.

«Вы тоже», - мысленно простонал Кирилл.

– Тогда, пока он сам не решит, то едва ли ваше присутствие или отсутствие на заседаниях сыграет роль. Вы с ним помимо зала суда виделись? Преследованиями не напрягает?

– Звонит, - угрюмо сообщила клиентка. – Вчера пытался прийти.

– А вы его, разумеется, не пустили… Если вам это неприятно, можно об этом в суде заявить. Пусть его адвокат с ним проведет беседу, - пожал плечами Кирилл, мучаясь дилеммой, которая вызрела в его голове: а ей самой-то, и правда, нужен развод? Или это просто истерика обиженной женщины, которая твердо вцепилась в томагавк войны и рубит им дрова? Может, пройдет?

«Ее развод нам выгоднее», - Лина свою позицию высказала.

Особенно, если действительно годами. Время идет, деньги капают.

Но, черт подери! Жалко тетку! И мужика ее тоже!

– Разумеется, не пустила, - взвилась Горелова. – Откуда я знаю, откуда он явился!

– А если бы знали, пустили бы? – сначала сказал, потом подумал.

– Тем более бы не пустила, - фыркнула она и полезла в сумочку. – У вас вода есть?

– Есть, - Кирилл вынул из ящика бутылку с минералкой, налил в стакан, придвинул к ней и все-таки решился. – Следующее заседание через неделю. До этого времени можно провести встречу и попробовать решить все полюбовно. Я думаю, их сторона тоже заинтересована в скорейшем разрешении.