Чтение онлайн

Но сказать ее вслух так и не довелось. Митрофанушка по-прежнему морозилась. И теперь уже это напрягало.

Завтракал с отцом и Машкой. Алла Эдуардовна вяло передвигалась по кухне, доставая то сметану из холодильника, то подкладывая еще сырников на тарелки. Фамильная любовь к этому блюду передалась и младшей сестре. Кирилл посмеивался про себя. И снова приставал:

– Математику сделала?

– Сделала, - отмахивалась Машка.

– И английский?

– И английский.

– И литературное чтение?

– А нам ничего не задавали.

Кир посмотрел на отца и подмигнул:

– Я тоже так всегда говорил.

– Говорил. Ты вообще любил говорить, - сказал отец.

– Семейное, - рассмеялся Кирилл, но, сделав серьезное лицо, вдруг выдал: - Я скучал по разговорам.

– А меня часто впечатляли выбранные тобой темы.

– Особенно про домработниц с третьим размером груди, - хохотнул Кир и тут же замер, в ужасе глядя на сонную Аллу Эдуардовну с банкой клубничного варенья в руках и навострившую уши Машку.

– И за словами, по-прежнему, следишь не всегда, - заключил отец. – Для адвоката – рискованно.

– Исправлюсь, - извиняющимся тоном пообещал сын.

Было еще кое-что, что он хотел исправить.

Понимал, что, наверное, это невозможно, но попытаться был обязан.

Случай представился уже вечером. Приехав с работы чуть раньше обычного, до невозможности уставший и раздраженный – Лера по-прежнему игнорировала – Кирилл обнаружил, что заявился домой раньше всех.

Разулся. Разделся. Принял душ. Решительно спустился вниз и… наткнулся на Марину. Она сидела с блокнотом на коленях посреди кухни на полу и что-то в нем черкала. Бывшая учительница и раньше была слегка не от мира сего. Но сейчас вообще представлялась ему диковинной зверушкой.

Увидев его, всполошилась, вскочила. Захлопнула блокнот со своими каракулями. И растерянно заморгала.

– Сиди, сиди, я чаю попить! – быстро предупредил Кир.

– Я не слышала, что ты пришел. Не буду мешать.

Теперь он растерялся тоже, впервые осознав за все это время, что всякий раз, когда они где-то пересекаются в доме, она спешит ретироваться – если поблизости нет отца. Раньше в глаза не бросалось, а сейчас стало как-то очень отчетливо. А ведь привык ее «хозяйкой» считать.

– Ты мне не мешаешь, - глупо ответил Кирилл, рассматривая Марину.

Под его взглядом «мачеха» покраснела и сделала шаг по направлению к выходу из кухни.

– Мне там… нужно, - она неопределенно махнула рукой, - дела…

– Правда – не мешаешь! – возразил «пасынок». – Абсолютно.

Марина остановилась и подняла на него внимательный серый взгляд. Несколько секунд они изучали друг друга, будто оценивая, кто и на что способен. Потом госпожа Вересова очень медленно и очень серьезно проговорила:

– Разве дело в том, что кто-то кому-то мешает? В условиях мирного сосуществования этого можно избежать.

– Можно. Если это нужно всем сосуществующим.

– Мне бы хотелось верить, что нужно.

– И мне. Чаю хочешь?

– Хочу.

– А почему на полу сидела?

– Да где застало, там и пишу…

– Аааа…

– Еще есть халва и мармелад. Минут через двадцать будут пирожные.

– Почему через двадцать?

– Сегодня Макс Машу из школы забирает – его очередь. И она по-любому раскрутит его на поход в кондитерскую. Он почти не умеет ей отказывать.

– Машкиному обаянию трудно сопротивляться.

– У Вересовых это наследственное, - сказала Марина, совсем как он только в это утро.

Смеялись оба. И то, что случилось девять лет назад на лестнице между первым и вторым этажами старшего блока гимназии им. Франко №92, тоже оказалось отправленным в архив. Не исправленным, но точно окончательно пережитым и оставленным позади.

И все бы ничего, и вполне можно жить, но Лера по-прежнему не отзывалась.

Утром среды Кирилл был примерно уверен в дальнейшем плане наступательных действий. Гора к Магомету не идет. Гора отказывается говорить с Магометом. Гора, походу, гордая. Или все еще переваривает то, что Магомет в воскресенье отчебучил, и в чем он совершенно не раскаивается.

Потому Магомет, в смысле Вересов, был намерен в краткие сроки разыскать гору, в смысле Митрофанушку. Варианты, по счастью, были. Одноклассники, макаронная фабрика, дядя Игорь.

Но так уж вышло, что к одиннадцати утра он успел выяснить только номер телефона Ивановой и то, что в Киеве три предприятия, специализирующихся на производстве макаронных изделий: ООО «Украинские макароны», Киевская макаронная фабрика и частное предприятие «Жанет». Не так уж и густо, но уже что-то. А уже в 11:15 в офисное здание, где располагалась адвокатская контора Лины Мильх, вперлась Карина Поддубная, в девичестве Кудинова.

– Привет, дорогой, - кинулась она с поцелуем к Кириллу, легко разыскав его кабинет.

Не успев вовремя сориентироваться, щеки своей от лобызания не уберег. И остался расцелованным. Правда, успел вовремя вскочить со стула – прежде, чем она приземлилась на его колени.

– День добрый! – в замешательстве выдал он. – Какими судьбами?

– Ну и что это такое было в воскресенье, скажи мне, пожалуйста? – весело проговорила Карина, присаживаясь перед ним на стол. И закинула ногу на ногу, явив ему соблазнительное бедро в черном прозрачном чулке.

– Культурная программа на очередном свидании, - решительно заявил Кир, когда дошло, зачем она припорхала. – И Новицкого поддержать.

– Свидании? – рассмеялась Кудинова. – Это с Митрофаненко у тебя свидания? Ох, насмешил. Лерка – роковая женщина!

– Кажется, в моем тексте про роковую женщину не было. Прости, кофе не предлагаю – работы много.

Пропустив про кофе мимо ушей, Карина заговорила о насущном:

– Ну а как ее еще назвать? С тобой у нее свидания. С женихом у нее любовь. С такими успехами она и служебный роман заведет – не побрезгует.

Вересов задержал взгляд на Кудиновой и на минуту завис, соображая, что означает сказанное. Потом медленно разлепил губы и, чувствуя, как с воздухом по небу и языку скользит каждое проговариваемое слово, спросил:

– Ты-то откуда про жениха знаешь? Задушевной подругой не была, вроде.

– Я всегда умела добывать информацию, - довольно сказала Каринка.

– А сейчас оно тебе зачем?

– О тебе решила позаботиться, - она взяла его за руку и откинула голову. – По старой дружбе. Думаешь, Митрофаненко какая-то особенная? Мы все одинаковые. Своей выгоды не упустим.