Чтение онлайн

ТайИри продолжала ехать молча, ни о чем не спрашивая и не вступая в разговоры. Не будь Дар так погружен в свои размышления, он бы заметил, что сейчас девушка уже не торопится кутаться в плащ, словно стремясь отгородиться с его помощью от окружающего мира. Капюшон она, правда, опять накинула, но можно было заметить, как временами она бросает из под него странные взгляды на молодого альва. Впрочем, восхищения и обожания в этих взглядах точно не было, эльфийку влекла отнюдь не красота и молодость ее спутника. ТайИри продолжали терзать сомнения, зароненные коротким разговором на привале. Сейчас она ругала себя, что в свое время не стала разбираться в причинах восстания Сотворенных. Раньше все было ясно. Бунтовщики есть бунтовщики, бунт скоро подавят и все будет по прежнему. Сейчас же скорбь по деду и, особенно, по брату никуда не делась, сердце продолжало болеть при одной мысли о них, но в голове все чаще и чаще возникал вопрос – а почему вдруг альвы вообще восстали и можно ли было это предотвратить? Вот она едет рядом с убийцами своих родных. Она должна их ненавидеть, почему у нее это не получается? Не мы начали эту вражду, сказал вожак мятежников. Не они начали? ТайИри чувствовала, альв не лгал, ложь Перворожденные с их обостренными чувствами определяли легко. Но если начали не они, тогда кто? Разве бунт начался не с того, что этот самый Дар убил своего господина, Высокородного Светлого лорда Эрона Тар-Виэля? Шептались, что Дар пытался заключить союз с самим Черным Властелином, извечным врагом Перворожденных, но даже тот не захотел иметь дело с предателями-альвами. Впрочем, в эти слухи ТайИри не верила. Черный Владыка не зря назывался Отцом Лжи, он должен был только обрадоваться, что Тьма проникла в сердца альвов, заставив их изменить клятве верности. Спросить Дара? Нет, если альв предатель, то правды все равно не скажет. Единственный, кому бы она сейчас поверила, это её отец, Светлый лорд Тар-Энель, но он слишком далеко. Придется разбираться самой. Альвы служат Тьме и Черному Лорду? Но ни слова, ни их поступки на это не указывают. Внезапно сердце замерло, эльфийка похолодела от ужасной догадки. А что, если эти альвы все же служат Тьме и везут ее сейчас прямо в Черный замок? Привезут и бросят прямо к ногам Повелителя Тьмы. Перворожденная эльфийка, дочь Светлого лорда, лучшего подарка для Владыки Черного замка представить трудно. Но Дар говорил… А, так он для тебя уже Дар? Да мало ли что может пообещать мятежник, разве можно верить его словам! Нет, верить на слово нельзя, но зато любые слова можно проверить. Надо надо только придумать, как. И придумать побыстрее, а то сама приедешь прямиком в темницу Черного замка и ругать за это останется только себя.

Тем временем равнина мало-помалу начала прорастать небольшими холмами, заросшими лесом. Холмы все подрастали, их строй становился плотнее. Огибая их, дорога повернула в сторону от границы. Еще несколько миль и путники въехали в уютную долину, со всех сторон окруженную даже не холмами, а невысокими, но все же довольно крутыми горами. Дорога пересекала долину и, сделав изгиб, скрывалась за дальней горкой. А перед горой стояла одинокая усадьба, окруженная невысокой каменной стеной. В таких усадьбах обычно жили не слишком богатые и знатные семейства Перворожденных. К центральной башне, в незапамятные времена служивший сторожевым постом, позднее, в более мирные времена пристроили два каменных двухэтажных крыла, поставили флигели и хозяйственные постройки, окружили все зубчатой стеной. Несмотря на кажущуюся простоту, все строения носили на себе отпечаток изящности, свойственный любым постройкам эльфов. Каменные строения казались невесомыми вопреки тяжести камня, пошедшего на строительство. Тут явно потрудились руки мастера из расы Перворожденных. Вокруг лежали исконные земли Предзакатного королевства и ожидать здесь людских или гномьих построек не стоило. Хотя до Вестланда, ближайшего из людских королевств, граничившего с эльфийскими землями, отсюда было рукой подать.

– Там кто-то есть, – заметил Тагон, всматриваясь в постройки. Расстояние было слишком велико даже для зоркого глаза альва, но было видно, что по усадьбе действительно кто-то ходит. Сквозь распахнутые настежь ворота видна была крытая повозка, запряженная парой лошадей. В нее что-то грузили, но кто и что именно, на таком расстоянии разобрать было сложно.

– Так что, бунтовщик, – неожиданно обратилась ТайИри к Дару.– Я действительно свободна или все же пленница?

– Нет, госпожа ТайИри,– несколько удивленно ответил альв. – На привале я говорил правду. Вы свободны и можете ехать, куда хотите. Мы сопровождаем вас лишь для вашей собственной безопасности.

– Что ж, отлично. Я знаю эти места. Вон там, впереди, имение наших дальних родственников и я надеюсь найти там помощь. Я …, – тут эльфийка запнулась и добавила, – Я благодарю тебя и твоих воинов за то, что помогли мне выбраться из замка. Но дальше я поеду одна, вам туда лучше не ехать.

С этими словами ТайИри прощально кивнула и послала свою лошадь быстрой рысью. Девушка ждала, что сейчас сзади раздастся стук копыт, в спину полетят окрики и приказы вернуться, но все было тихо. Её никто не преследовал. Так что же, она действительно свободна? Вот так просто и всё? Это не укладывалось в голове.

Альвы действительно оставались на месте, лишь придержали лошадей, чуть было не рванувшихся вслед за лошадью эльфийки. Оба воина недоуменно переглянулись, но вопросов Дару задавать не стали. Сейчас все трое лишь взглядами провожали беглянку, уже въезжающую в широко распахнутые ворота усадьбы.

– Что-то тут не так,– произнес Тагон, привстав в седле. – Не знаю, кто там внутри, но не похожи они на ее родственников.

Дар и сам видел, что хотя фигурки неизвестных перемещались по усадьбе довольно быстро, но их движения совсем не походили на плавную грацию Перворожденных. Да и народ альвов, будучи Сотворенными, нес в себе частичку крови эльфов и их магии. От своих создателей они так же унаследовали грациозность и плавность движений. Здесь этого не было. Совсем. На переваливающихся с ноги на ногу большеголовых орков неизвестные совсем не походили, но эльфами они тоже не были. Гномы? Слишком высоковаты и не такие кряжистые, как подгорный народ, это видно даже на расстоянии. Не эльфы, не альвы, не орки и не гномы…

– Люди,– подтвердил невысказанную догадку Тагона Скони, второй из сопровождавших Дара воинов. – Но что они делают по эту сторону границы?

А вот это мы у них самих сейчас и узнаем, – хмуро процедил Дар. – За мной!

Породистые кони, чуя настроение своих седоков, с места рванули в галоп. Словно подгоняя их, из-за ограды раздался женский крик, потом возмущенное ржание лошади и мужские вопли. Альвы на всем скаку влетели в ворота и их глазам открылась странная картина.

В эльфийском поместье действительно распоряжались люди. Самые обычные люди, бородатые, грязные, довольно бедно одетые и разномастно вооруженные. По их внешнему виду трудно было сказать, кто они и откуда. Но чувствовали они себя здесь хозяевами. Четверо оборванцев как раз с натугой запихивали на телегу резную деревянную дверь, явно снятую внутри дома. Телег, кстати, оказалось целых три, две уже увязанные и готовые к отправке, стояли за домом. А во дворе пятеро или шестеро пришельцев растянулись цепочкой и с гоготом пытались остановить лошадь ТайИри. Или хотя бы загнать ее в узкое место между телегами. Один из чужаков уже попытался выдернуть эльфийку из седла, схватив ее за край плаща. К счастью, девушка удержалась в седле, успев рвануть завязки плаща и сбросить его. Второй нападавший изловчился ухватиться за сбрую эльфийской лошади, но запутался в поводьях, не удержался на ногах и теперь с проклятиями волочился по двору за всадницей. Несмотря на тащившегося за ней человека, лошадь еще повиновалась своей наезднице. ТайИри пыталась прорваться назад к воротам, но каждый раз остальные люди взмахами копий и дубин преграждали ей дорогу. Так что помощь подоспела очень вовремя.

–Берегись, эльфы!– завопил один из людей, первым заметивший новых всадников.

Он развернулся и швырнул свое копье в Дара, скакавшего первым. Дар рванул лошадь в сторону, перехватил копье на лету, развернул и, не раздумывая, метнул его обратно. Копье пробило своего бывшего владельца насквозь и отбросило его в сторону. Второй копейщик попытался отскочить и сбоку ударить копьем коня Скони. Альв вырвал из ножен меч и на скаку срубил наконечник копья. Удар был настолько быстрым, что человек не успел сообразить, что произошло и нанес удар уже обрубленным древком. Но коню не понравилось, что в него тычут какими-то палками. С злобным ржанием скакун лягнул назад сразу двумя подкованными копытами. Один из ударов пришелся в голову нападавшего, второй попал в грудь. Раздался звук, словно треснул переспелый арбуз и человек рухнул недалеко от тела своего товарища. На долю Тагона достался лучник, выдергивающий из колчана стрелу с криво прилаженным на скорую руку оперением. Он даже успел выстрелить почти в упор, но альвийский воин легко прогнулся, несмотря на доспех, упав спиной на круп своего скакуна и стрела с хищным свистом прошла над ним. А Тагон также легко распрямился и, не дожидаясь второго выстрела, взмахнул клинком, перерубая лук. Хлопнула рассеченная тетива, с сухим стуком упали на землю половинки лука. Сам лучник испуганно присел, закрывая голову руками в ожидании неминуемого удара, но альв не стал убивать обезоруженного противника. Он лишь дернул повод и конь, повернувшись, грудью сбил неудачливого стрелка с ног. Тот покатился по земле с громким испуганным криком. Остальные люди столпились перед телегами, сжимая в руках свое оружие. Грузившие дверь бросили свою добычу и бегом присоединились к товарищам. Еще двое выскочило из дома. Поднялся и прихромал к дружкам бывший лучник. Впрочем, в первые ряды он благоразумно не лез, предоставив решать дело менее пострадавшим соратникам. Остальные трое людей так и лежали без движения. С первыми двумя все было ясно. Один был пробит собственным копьем, вокруг второго, получившего удар копытом в голову, лужа крови расплывалась с такой скоростью, что его судьба не вызывала сомнений. Последний участник схватки так и висел на поводьях, вытянув вперед запутавшуюся в ремнях руку. Лошадь ТайИри, выгнув дугой точеную шею, косила на тело налитым кровью глазом, нервно фыркала и била копытом о плиты двора.

Трое альвов с мечами наголо теснили своих противников лошадьми, пока не прижали к телегам. Рубить людей никто не торопился, а те, слишком напуганные появлением неизвестных всадников со сверкающими клинками, тоже не рвались в бой. Их было ещё больше десятка, но быстрая расправа над их товарищами так потрясла людей, что уцелевшие даже не помышляли о сопротивлении.

– Бросайте оружие, если хотите жить, – гаркнул Дар. Он сообразил, что появилась возможность закончить дело малой кровью. Просто надо действовать быстро, не давая людям опомниться, пока у них не прошел первый испуг. Иначе придут в себя, сообразят, что их больше и по глупости попробуют напасть. Исход схватки не вызывал у Дара сомнений, в умении своих воинов он не сомневался, но убивать без нужды не хотелось. Если у этих смертных в головах найдется хоть немного мозгов, можно будет разойтись без драки. Оборванцы тем временем замерли, завертели головами, переглядываясь. Не дождавшись, пока они сумеют додуматься хоть до чего-то стоящего, Дар легко спрыгнул с коня и, шагнув к своим противникам, выдернул копье у ближайшего из них. После чего перекинул трофей Тагону. Тот ловко подхватил копье на лету, а ненужный уже меч убрал в ножны. Оставшийся без копья человек лишь удивленно заухал, тупо уставился на опустевшие ручищи. Наконец он собрался что-то сказать, но его слова заглушил дружный стук бросаемого сподвижниками оружия. Отлично, получилось, теперь можно было и поговорить.

– Кто вы такие и что здесь делаете?

–Дык, эльфы, вы ж того…исчезли, – ответил стоящий в середине толпы бородатый мужик, облаченный в малость поржавевшую, но еще годную в дело кольчугу поверх обычной одежды. Его дружки мало-помалу отступили за его спину и оттуда дружно закивали головами.

–А оно вот тут это…совсем ненужное, а вещь сплошь дорогая, в хозяйстве пригодится. Всё равно пропадёт ведь вот так, без хозяина.

–И ты, тварь смертная, решил, что хозяин теперь ты? Грабишь понемногу, трупоед?

– Да ясно все с ними, мародеры из вестландского приграничья. Зарубить их и дело с концом, – посоветовал сверху Скони. Бородатый кинул быстрый взгляд на грозного всадника, скосил глаз на валяющиеся под ногами копья, но даже не шелохнулся. Видимо, понимал, что будет, попробуй он хотя бы протянуть руку к оружию. Дар, оставив бородатого с его дружками под присмотром своих спутников, слез с коня и развернулся к любителям поживиться бесхозным добром спиной. Осторожно приблизился к кобыле ТайИри, поймал лошадь за повод. Погладил животное по шее, успокаивая, высвободил из ременной петли руку запутавшегося человека. Похоже, тот был еще жив, но без сознания. Мародеру здорово досталось от лошадиных копыт, пока он тащился за скачущей из стороны в сторону кобылой. Дара он сейчас не интересовал, но волочившееся по двору тело сильно пугало лошадь.

– Вы в порядке, моя госпожа? – спросил альв, внимательно оглядывая одежду ТайИри. Плащ девушки так и валялся невдалеке, на светлом дорожном платье следов крови вроде не было. – Они не успели причинить вам вреда?

– Нет, все хорошо,– почти неслышно прошептала ТайИри. И сразу птицей метнулась из седла, стремительно обежала телеги и скрылась за углом. Дар шагнул было за нею, но звуки рвоты, которые он уловил своим чутким слухом, все объяснили. Через некоторое время ТайИри вышла из-за угла дома, побледневшая настолько, что смахивала на собственный призрак. Подчеркнуто ни на кого не глядя, снова забралась в седло и застыла там мраморной статуей, стараясь не смотреть на тела убитых.