Чтение онлайн

Тари подобрал с пола кинжал ТайИри, прокрутил его между пальцами, презрительно хмыкнул и повернулся обратно к столу, больше не обращая внимания на эльфийку, которую потащили к выходу из зала. Тело Кайриси унесли прочь и скоро пир зашумел с новой силой.

Пировать вместе с остальными альвами мастер Лан не собирался. Убедившись, что ТайИри увели и девушке пока ничего не угрожает, по крайней мере сейчас, старый мечник решил наконец отправиться на поиски Дара. Он подхватил своё оружие и начал протискиваться сквозь ликующую толпу к выходу. Забрасывать меч за спину Лан не торопился. Замок был взят, но кто-то из его защитников мог затаиться, выжидая удобный момент для нападения. Так что свой клинок Лан нёс в руке, так его быстрее пустить в дело, случись такая необходимость. Из ножен на спине такой меч сразу и не вытянешь. Пирующие на его уход не обратили никакого внимания. Тари уже вновь сидел во главе стола, одной рукой сжимая чашу с вином, а второй обнимая расположившуюся у него на коленях черноволосую красавицу. Кажется, одну из тех, что привела сюда недавно юную эльфийку. Что ж, этой девчонке повезло, её подруга заплатила жизнью за то, что они сделали. А черноволосая звонко смеялась, запрокидывая голову. Она похоже уже забыла и про смерть подруги, и про холодный блеск эльфийского кинжала. Неожиданно для себя мастер Лан усмехнулся. Кажется, его предсказание, что Тари найдёт, с кем провести ночь, сбылось необычайно быстро. Впрочем, ничего удивительного. К Тари девушки так и слетались, словно мотыльки на свет. Пусть веселятся, молодые, что с них взять. А у старого мастера ещё остались дела, которыми стоит заняться незамедлительно. Уже у входа он поймал за руку пробегавшую мимо служанку из местных альвов, спросил, как пройти в башню, где проводил свои изыскания старый маг. Девчонка нахмурилась.

–Нет, вам туда нельзя, старый хозяин рассердится…Ой, да что это я? Теперь же нам всем всё можно, да?

Но дорогу объяснила и довольно толково. Следуя её указаниям, Лан двинулся по коридорам и галереям, то погруженным в полумрак, то ярко освещённым. Он ступал бесшумно, чутко прислушиваясь к шумам и шорохам. Следов недавнего боя ему почти не встречалось, разве что в одном месте возле выбитого окна на полу обнаружилось несколько смазанных пятен крови. Ни Перворождённых, ни местных альвов на своём пути он тоже почти не встретил. Лишь однажды послышался лязг доспехов и навстречу вышел небольшой отряд восставших, обходивший замок в поисках спрятавшихся врагов. Старший отряда почтительно приветствовал мастера, осведомился, не нужна ли ему помощь и, узнав, что в помощи старый мечник не нуждается, повёл своих воинов дальше.

Вскоре Лан услышал приглушённые голоса. Осторожно ступая, он подкрался к открытым дверям, из которых доносился разговор и заглянул внутрь. На рабочие покои мага открывшийся его глазам зал был совсем не похож. Тонкой работы гобелены по стенам, несколько скамей и кресел из дерева неизвестной породы, большой камин, по летнему времени так и не растопленный. Внутри находилось десятка два альвов, негромко переговаривающихся друг с другом. На одном из кресел задом наперёд сидел Дар. Молодой предводитель упирался подбородком в сложённые на спинке кресла руки и бездумно смотрел на лежащую перед ним на полу фигуру в длинной тёмной одежде, подпоясанной шёлковым поясом, расшитым золотой нитью. Лан сразу отметил неподвижность лежащего, его раскинутые ноги в недлинных сапожках мягкой кожи, бессильно откинутую в сторону руку с тонкими, изящными пальцами, длинные волосы цвета благородного серебра и острые кончики выглядывающих из этого серебра ушей. Уже не скрываясь, Лан прошёл к лежащему, нагнулся над ним, коснулся шеи, надеясь ощутить под пальцами биение жизни. Но ощущение было такое, будто он прикоснулся к мраморной статуе. Прекрасной, но высеченной из мёртвого камня. Разговоры при появлении Лана стихли, один Дар по-прежнему сидел и безучастно смотрел в никуда. Он даже не пошевелился при появлении мастера меча.

– Это тот старый маг, которого ты должен был захватить? – поинтересовался Лан. – Почему он мёртв?

– Он мёртв. – Голос Дара был безжизненным и сухим, как песок Великой пустыни. – Старый маг мёртв и все наши надежды узнать секрет элексира Бессмертия теперь тоже мертвы.

– Как это произошло?

– Сам не пойму.– Во взгляде Дара наконец появилась некая осмысленность. – Мы всё сделали по нашему плану. Дошли до дверей его покоев, шума по дороге не подняли. Постучали и сообщили, что молодой лорд просит его помощи, на замок напали. Как раз начался бой внизу. Он поверил и вышел, мы внезапно напали и оглушили его. Сняли все амулеты, перстни, забрали меч и жезл. Вон они лежат. Пока несли его, он начал приходить в себя и я решил не вести его дальше, а поговорить прямо здесь, как раз зал удобный по дороге попался. Ребята держали его за руки, ни сделать магический пасс, ни произнести заклинание он бы не успел. Он, кстати, и не пытался. Видимо, понимал, что колдовать ему мы не дадим, успеем помешать.

– А дальше?

– А дальше я предложил ему выкупить свою жизнь в обмен на секрет элексира. А ещё чтобы он отвёз Совету Светлых лордов наши предложения. Не получилось, теперь придётся ехать кому-то из наших.

–Так отчего он умер? Не от старости же, он же изначально бессмертный? Или это яд?

– Зачем ему принимать яд, он же бежал на защиту замка. И мы ему особого вреда не причинили. Ударили лишь чтобы оглушить, Перворождённого таким ударом не убьёшь. А этот стоял спокойно, слушал меня, а когда услыхал, что именно нам надо, вдруг побелел весь, плюнул в меня и свалился нам под ноги. Когда мы склонились над ним, он был уже мёртв. Может, он убил сам себя, лишь бы не раскрывать нам эльфийские секреты?

– Я слышал, что иногда, в безвыходных ситуациях эльфы на такое способны, – ответил Лан после недолгих раздумий,-но никогда не видел этого собственными глазам. Для бессмертных жизнь это дар Творца. Слишком драгоценный дар, чтобы прерывать её насильственно. В бою или на охоте они могут погибнуть, но чтобы эльф убил себя сам – такое бывает крайне редко.

– Но тогда почему же он умер, этот проклятый эльф? Что его убило?

– Я полагаю, что его убила ненависть к нам. Ненависть – это страшный яд, она способна уничтожить любого. Даже изначально бессмертного.

– И что же нам теперь делать? Секрет элексира мы так и не добыли, а значит всё, что мы сделали – напрасно.

– Ну почему напрасно? Мы захватили этот замок. Это большая и надёжная крепость, теперь нам есть где укрыть детей и женщин на время войны. А большая война все равно была неизбежна. Посла к Звёздному трону отправлять всё же придётся, хотя боюсь, что Светлый Совет не захочет его выслушать. Перворождённые сегодня потеряли одного из своих лучших магов и нескольких воинов, включая молодого лорда ТайИллоро, а это был очень сильный боец. Если нам предстоит война, то любые потери у Перворождённых для нас выгодны.

– ТайИллоро мёртв?

– Да, мы сразились в поединке и он погиб.

Лан помолчал и нехотя добавил.

– Перед тем, как умереть, он успел убить нескольких наших. И Кору. Прости, я не успел ему помешать.

– Кору? – Дар встал, уставился на мастера меча широко открытыми глазами.– Он убил Кору?

– Она вышла против него на поединок. А ТайИллоро для неё был слишком сильным противником. И не смотри на меня так, ты бы с ним тоже не справился, так что хорошо, что тебя там не было. Во всём замке сейчас три, ну может четыре бойца, которые бы были равны ТайИллоро по силам. Возможно, Тари смог бы победить этого эльфа, но увидев смерть Коры, он обезумел от ярости. Я с трудом удержал его, даже для Тари бой в таком состоянии с таким противником означал бы верную смерть. Хотя твой друг замечательный боец. И мог бы стать великим воином, если бы научился контролировать свою ярость. Но он этого никак не может достичь, ярость сжигает его изнутри как огонь и, боюсь, однажды всё же станет причиной его смерти. Но пока мы живы, значит продолжим искать разгадку секрета эльфийского зелья. Раз не получилось узнать его у этого мага, надо найти другого, только и всего! Так что хватит сидеть в тоске и корить себя неизвестно за что. Ты вождь нашего народа, ты должен быть на пиру, праздновать победу вместе со всеми, а не скорбеть в пустом зале. Пойдём!

– Подожди, мастер Лан, – остановил Дар старого альва, уже шагнувшего к выходу.– Старый лорд Тар-Алорон мёртв, молодой ТайИллоро убит, но в замке ещё жила сестра ТайИллоро, молодая госпожа ТайИри. Я встречался с нею раньше. Точнее видел её…несколько раз. Она жива?

– Была жива, когда я отправился на твои поиски. Её привели к нам её собственные служанки. Огонь-девчонка, хотя по внешности и не скажешь. Когда она поняла, куда и зачем её привели, то заколола одну из служанок и чуть не прирезала Тари, когда тот предложил Высокорождённой разделить с ним постель. Ох, она и разбушевалась! Сейчас её заперли в одной из комнат и хорошенько стерегут. Эй, постой, куда ты?

– Я должен увидеть её. Поговорить с ней.

– Эй, парень, ты уверен, что сейчас она захочет с тобой говорить? Мы для неё сейчас все мятежники и захватчики, и это она ещё не знает, что два её ближайших родственника мертвы.

– Нет, я хочу увидеть её. Поговорить мы сможем после, но увидеть и убедиться, что она хотя бы жива, я должен сейчас! Мастер Лан, я прошу тебя, ты покажешь, где её держат?

ТайИри сжалась в комочек, привалившись спиной к двери. Болели скрученные за спиной руки, верёвка глубоко врезалась в тело. Но эта боль была несравнимой с той, что царила сейчас в душе ТайИри. Девушка боялась признаться в этом даже самой себе, но сейчас ей было страшно. Очень страшно. Гораздо страшнее, чем было там, в зале, где, наверное, до сих пор пируют эти убийцы и предатели. Реальная война оказалась совсем не похожей на мрачные, но красивые предания и легенды прошлого.

Долгое время до ТайИри доносились лишь отголоски далёких криков из пиршественного зала да изредка звякали доспехи стражи, стоящей за закрытыми дверями. Стерегут изменники, опасаются гнева своего главаря. Какая жалость, что не сумела и его угостить ударом кинжала, как эту мерзкую предательницу Кайриси. Ага, угостила одна такая, насмешничал внутренний голос. Этого здоровенного альва и мечом не разрубишь. Разве что брат со своим клинком смог бы сотворить такое. ТайИри вспомнила, как впервые увидела у брата его меч. Большинство клинков у Перворождённых были тонкими и прямыми, дабы походить на луч света далёкой звезды. К тому же столичные мечники предпочитали аккуратно проткнуть соперника, а не рубить его на куски. Ещё чего доброго свою одежду кровью запачкаешь, да и запах от распоротых кишок ужасный. Поэтому когда ТайИллоро бережно снял с деревянной подставки и извлёк из ножен длинный, слегка изогнутый клинок, юная эльфийка пренебрежительно скривила губки. А почему бы и нет, разве она не разбирается в оружии лишь немногим хуже брата? Уже несколько лет, как её начали обучать обращению с оружием. Такое обучение по достижении определенного возраста проходили все Перворожденные, и юноши, и девушки. И она достигла в этом успехов, как утверждал её наставник. Точнее, определенных успехов, да, определенных, именно так он выразился. Всё это она тогда и высказала брату. Сначала ТайИллоро, похоже, собирался всерьёз обидеться. Сам он глядел на свой новый клинок с нескрываемым обожанием, точь-в-точь как некоторые девушки в замке на него самого. Но затем брат рассмеялся и объяснил, что прямой клинок – это всего лишь древний обычай. Манеры столичных мечников хороши на придворных турнирах, но плохо подходят для настоящего боя. Настоящий мастер оружие подбирает не по канону, а по руке и умению. Вот и он, ТайИллоро, наконец получил меч, скованный специально для него мастерами из Дома Северной Звезды. Кузнецы из этого Дома слыли непревзойдёнными мастерами, хранившими древние секреты ремесла, утраченные большинством остальных Домов. Старинные приёмы были не в чести, их давно заменила магия. Поэтому у горнов и наковален в большинстве своем теперь стояли альвы, а сами Перворождённые подключались лишь в конце ковки, вплетая в огненный ещё металл хитроумные могущественные заклятия. И всё же ни один из этих заговоренных клинков не мог сравниться с изделиями Дома Северной Звезды. Как ни старались маги, превзойти навыки древних мастеров никто из них так и не смог. Сам ТайИллоро свой меч ждал больше девяти лет и готов был ждать втрое больше. Он всегда говорил, что этот меч того стоил. И вот теперь, когда его меч так нужен, о брате ничего не слышно. Первое время ТайИри надеялась, что брат вот-вот появится и спасёт её. Ждала, пока её тащили по коридорам, ждала и сейчас, беспомощная, связанная пленница, запертая в комнате своего родного замка, в один миг ставшего чужим и страшным. Но время шло, а брат всё не появлялся. И с каждым мгновением надежда на спасение становилась всё меньше и меньше, пока почти совсем не исчезла.