Чтение онлайн

Валерон недовольно фыркнул.

— Да они на меня совершенно не похожи.

— Мать — шпиц, — пояснил я. — Но от тебя там тоже что-то есть.

— И что? — подозрительно уточнил Валерон.

— Обаятельность и интеллект.

— А отец у них?

— Очень предприимчивая болонка. Или предприимчивый, он же кобель… — задумался я.

— Кобель болонки — всё равно болонка, — пренебрежительно тявкнул Валерон и неожиданно предложил: — Может, их в стазис до передачи Симукову? Пусть они свой интеллект проявляют у него, а не у нас. А то их интеллект уже немного подванивает из корзинки. Нужно там сено сменить.

— Не будем с ними экспериментировать, это не скверники.

— Я же не в себя предлагаю, а в большой сундук Макоши. Не зря же мы багажник в автомобиле на него заменили? Там нормальный стазис. Ни один щенок не пострадает. Мы же за ними не уследим. Стоит им выбраться из корзинки — расползутся по машине, не соберешь.

Опасения были обоснованными. Щенки были мелкими, но казались шустрыми. Боюсь после первого получаса умиления, Лёня и Щепкина переключатся друг на друга и напрочь забудут о щенках, корзинку с которыми я планировал поставить между ними. Она, кстати, займет довольно много места и создаст неудобство для пассажиров.

— Я надеялся на тебя в плане воспитания, — пошутил я.

Валерон внезапно застыл и поинтересовался:

— А сколько они у нас будут? Можно научить чему-нибудь такому неполезному для Симукова или полезному для нас. А это не день и не два. Они, конечно, интеллектом не блещут, что бы ты там ни говорил, но при наличии времени что-то придумать можно.

Он скептически осмотрел притихших щенков, явно намекая, что времени потребуется много.

— Думаю, что передавать ему напрямую в качестве подарка нельзя — заподозрит подвох. Нужно позволить ворам воровать щенков по одному-два. Так Симуков скорее убедится в твоем отцовстве.

Валерон еще раз скептически осмотрел щенков, потом отправился изучать свою неземную красоту перед зеркалом. Он выпячивал грудь и раздувался от важности.

— Ну, за моих при воображении их принять можно, — признал он. — А если он решит, что ты собираешься составить ему конкуренцию по выведению новой породы?

— Будет активней воровать щенков.

— Тогда мы его разорим на найме воров, — воодушевился Валерон. — Хотя… Эти же деньги не нам пойдут. Тогда снимем компенсацию и с него, и с тех, кто полезет к нам в дом. А можно вообще делить деньги, которые Симуков заплатит ворам. Брать себе половину. Считай, легкие деньги от нашего врага.

— Тогда мы становимся соучастниками, а деньги там такие, что мараться не стоит.

— Хм… — сказал Валерон, наверняка намекая, что не существует такой суммы, ради которой нельзя немного сжульничать.

Но поскольку я собирался становиться князем, а не главой преступного синдиката, торгующего щенками, в этом вопросе я был непреклонен.

— Пусть уж воры получают всю сумму от Симукова единолично, зато выполняют поручение от меня бесплатно.

— Тоже вариант, — согласился Валерон. — Если кто-то делает для нас что-то за деньги Симукова, получается, что мы имеем с него компенсацию, хоть и опосредованно. Но нужно, чтобы Симуков действительно захотел этих щенков. И кстати, насколько предприимчивый этот болонистый кобель? Может, у него есть и другие дети?

— Думаешь, этих Симукову не хватит?

— Да ты что, — возмутился Валерон. — Он же занимается выведением новых пород. Ему чем больше, тем лучше. Мы завалим его некондиционными щенками. Первым отдадим этого с зеленым бантом. У него самая тупая рожа.

Указанный щенок возмущенно пискнул, но не потому, что понял слова Валерона, а потому что тот ткнул в него лапой. Наверное, на случай, если я вдруг зеленый цвет от других не отличу.

— Мы сначала пристроим этих, — возразил я. — Вдруг Симукову они не покажутся перспективными?

— Тогда оставим себе, — решил Валерон. — А лучше пристроим в хорошие руки и запустим слух, что планируем создать новую породу. Тогда Симуков точно клюнет. Не захочет конкуренции. И будет воровать уже у тех, к кому мы их пристроим. Создадим ажиотаж.

Пристраивание в хорошие руки началось уже в машине: Щепкина выразила желание забрать одну из двух девочек себе. Сказала, что она будет ей всегда напоминать о счастливом разрешении проблемы Лёни. Разумеется, мы возражать не стали, лишь попросили всем сообщать, что это щенок нашего Валерона.

— Зачем? — удивилась она.

— Нам очень нужно, — проникновенно сказал я.

— Если очень нужно… А они действительно щенки Валерона? Ой, как это я сразу не догадалась! А могла бы понять, что вы не просто так забираете всех пятерых. Ах ты, шалунишка.

Она погрозила пальчиком Валерону, который отнесся к этому стоически, даже не тявкнул, что никак не может быть отцом щенят, поскольку в этом городе впервые и за то время, что здесь находится, щенков завести просто физически не успевал.

Корзину со щенками я отправил в большой сундук Макоши при возмущении дам. Апеллировал я к тому, что еды для таких малышей у нас нет, а еще они будут отвлекать нас в дороге, что недопустимо. Но со щенками в стазисе ничего не случится, для них просто замрет время — и всё. И это совсем не жестокость, как пыталась убедить меня Щепкина. Жестокость — создавать щенкам неблагоприятные условия.

А еще у меня был к этой паре разговор, который следовало вести, не отвлекаясь на милых попутчиков в корзинке.

— Лёнь, ты же понимаешь, что тебя пытались убить? — спросил я.

— Он же вышел, — удивилась Щепкина. — С ним ничего не случилось.

— Но не потому, что это было в планах преступника. Кто знал, что Лёня летит в Лабиринт? Точнее, кто знал, что он летит в конкретный город? Кому вы говорили?

— Я только Анастасии и тебе.

— А вы, Анастасия?

— Никому, — убежденно сказала Щепкина. — Я была уверена, что у Леонида ничего не выйдет, и не хотела, чтобы над ним из-за этого подшучивали. У нас есть некоторые студенты, считающие, что у Леонида стремление получить магию — нездоровая мания. Мол, получение в Лабиринте источника — всего лишь слухи. Но мы убедились, что нет.

А ведь и правда, получить источник в Лабиринте невозможно. Разве что дар с алтаря, но и то для этого нужно до него дойти. Даже имеющие магию в ряде случаев остаются в Лабиринте навсегда. То есть чисто теоретически Лёня мог бы выйти и сам. Против этого говорила уверенность служащего в том, что либо выходят сразу, либо не выходят никогда. Вообще, довольно мутная тема с этим получением даров в Лабиринте. Выходило, что они изначально создавались для подпитки богов — мой с явным удовольствием поглощал то, что получалось при переходе кристалла в дымку. Но само получение даров в Лабиринте без информации об обращении к богам выглядело довольно сомнительным делом. Не говоря уже о том, что людей без магии в правый Лабиринт не пускали. Магию из Лабиринта вынести было невозможно. Тогда какой смысл в этих строениях? Коммуникация с богами избранных? Очень похоже. Тогда всё остальное — всего лишь дымовая завеса.