Чтение онлайн

Они проговорили до ужина. Потом вместе поужинали, гуляли по набережной, побывали на скале Шаляпина, сходили к Артеку. Затем Ачкасов позвонил кому-то по телефону, вызвал машину и отправил Сергея во Фрунзенское. При этом он взял с него твердое слово, что Сергей непременно побывает до четверга у него еще раз. Сергей, конечно, обещал. Уже когда они прощались, Сергей спросил:

– - А почему вы один отдыхаете, Владимир Георгиевич?

– - Жене абсолютно противопоказан юг. А я совершенно не могу без моря. Если летом не поплаваю, всю зиму буду чихать и кашлять, -- посетовал генерал, пожимая Сергею руку.

От Гурзуфа до Фрунзенского езды полчаса. Но Сергею показалось, он ехал и того меньше. И вообще не ехал, а летел на собственных крыльях, вдруг выросших у него крыльях. Чему он радовался, он точно не знали сам. Разве только тому, что встретил очень близкого ему человека, которому безгранично во всем доверял. Другого конкретного повода для ликования у него не было. Ачкасов никак не выразил своего отношения к тому, что стало с Сергеем. Его сегодня интересовал только новый объектив. Но Сергей над этим не задумывался. На душе у него было празднично.

Во вторник он снова навестил Ачкасова. На сей раз генерал увез его в Никитский сад, в котором Сергей до этого не бывал. Они долго гуляли по аллеям сада, потом обедали в ресторане в Ялте, а потом Ачкасов отвез Сергея в его санаторий. Они были вместе фактически целый день. Говорили обо всем на свете. Но работы уже не касались и полусловом. И тем не менее настроение у Сергея снова было очень хорошим, и он уже нисколько не жалел о том, что не сбежал из санатория домой раньше срока.

В четверг Ачкасов улетал в Москву. Сергей, естественно, приехал его провожать. Они сходили на пляж, долго купались, немного позагорали и поехали и поехали в Симферополь -- в аэропорт. Только здесь, уже почти перед самой посадкой, генерал, казалось, вспомнил о делах.

– - Отдыхайте, Сергей Дмитриевич, хорошенько. Ведь ваша жизнь как " сказке: чем дальше, тем страшней. А точнее сказать, трудней. Диссертация вам совершенно необходима. Тут Александр Петрович прав, я сам пожурил его однажды за то, что он мало заботится о вашем росте как ученого. Так что грызть гранит науки вам придется во всех случаях. А вообще, молодой человек, вся эта история должна послужить вам хорошим жизненным уроком. Помните, что сказал Горький? Надо очень много энергии, чтобы занять свое место в жизни. А у вас столько энергии в нужный момент не нашлось. Я, конечно, понимаю, в армии трудно проявить свой характер. В данном случае, хоть сие и парадокс, высшим проявлением этого самого характера должно рассматриваться умение сдерживать себя. И все же на сей раз, мне думается, вы поступили не по-кольцовски.

Сергей виновато улыбнулся.

– - Мое согласие на уход из КБ вызвано Владимир Георгиевич, во многом еще и личными причинами, -- начал объяснять он.
– - Завязалось все, как говорится, в один узел. Поэтому я особо и не сопротивлялся. Уходить так уходить. Решил, что так, может, даже лучше будет.

– - Для кого лучше?

– - По крайней мере для меня:

– - Вот это-то и не по-кольцовски, Сергей Дмитриевич, -- наставительно проговорил Ачкасов.
– - Ну да ладно. Когда у вас заканчивается путевка?

Сергей назвал число.

– - А отпуск?

– - Еще через три дня. К старикам хотел заскочить по дороге, -- ответил Сергей.

Прекрасно. Сыновний долг надо блюсти.
– - Ачкасов попрощался и пошел к трапу самолета.

Через несколько минут самолет поднялся в небо и взял курс на север. А Сергей сел в машину и поехал к морю -- на юг.

"Значит, Ачкасов тоже хочет, чтобы я защитился, -- подумал Сергей.
– Значит, так действительно надо".

Глава 24

В понедельник Ачкасов вышел на работу, приказал адъютанту разыскать Бочкарева, пригласил его к себе и долго, почти два часа, беседовал с ним. Потом адъютант с кем-то еще соединял генерала по телефону. Еще позднее он сам ездил к заместителю министра. А в конце рабочего дня адъютант Ачкасова позвонил в КБ Кулешова и вызвал к Ачкасову подполковника-инженера Руденко. Ему ответили, что Руденко нет в Москве.

– - Где же он?
– - спросил адъютант.

– - Он в Есино.

– - Одну минуточку, -- извинился адъютант и доложил об этом Ачкасову.

– - В таком случае пусть приедет завтра, к одиннадцати часам!
– распорядился Ачкасов.

Адъютант вернулся к аппарату и передал это распоряжение секретарю Кулешова. В тот же день, уже после этого распоряжения, Ачкасову несколько раз звонил Кулешов. Но адъютант, получивший на этот случай от своего начальника конкретное указание, всякий раз отвечал, что генерала Ачкасова нет и когда он будет -- не известно.

Во вторник в назначенное время Руденко появился в приемной Ачкасова. Генерал его сразу же принял, предложил сесть, осведомился о здоровье Александра Петровича и Юлии Александровны и, выслушав ответы, перешел к делу.

– - Я хочу сделать вам, Игорь Тарасович, интересное предложение, - начал Ачкасов.
– - В родственном по профилю вашему КБ НИИ освобождается должность начальника отдела. Должность полковничья. С окладом, значительно выше вашего. Так вот, я хочу эту должность предложить вам.

Руденко, совершенно не ожидавший такого разговора, откровенно сказал об этом Ачкасову.

– - И тем не менее не вижу причин, почему бы вам не согласиться, - продолжал Ачкасов.

– - Я уже много лет работаю в одном КБ. Привык к работе, к людям: -начал было отстаивать свою позицию Руденко.

– - Знаю, -- не дал договорить ему Ачкасов.

– - Наверно, мне будет трудно в другом месте.

– - Игорь Тарасович, побойтесь бога, -- усмехнулся Ачкасов.
– - Я же вас не за тридевять земель посылаю, а всего лишь за несколько кварталов от вашей сегодняшней работы. И посылаю на повышение. Вы человек военный. Вам надо расти.

– - А разве у себя в КБ я расти не могу?
– - высказал встречное соображение Руденко.

– - В ближайшее время тут такой возможности не предвидится, -- ответил Ачкасов.

– - Но у нас как раз тоже освободилась должность начальника группы, -подсказал Руденко и: пожалел, что подсказал.

– - Забудьте о ней, -- неожиданно сухо посоветовал Ачкасов.
– - К тому же мое предложение продиктовано интересами дела, и это я прошу учесть в первую очередь.

– - Но если я все-таки откажусь?
– - спросил Руденко.

– - Я буду вынужден отдать ее другому кандидату, желающие, как вы понимаете, занять ее найдутся, -- спокойно ответил Ачкасов.
– - Но вас я должен предупредить.

Руденко весь подался вперед.

– - Вы подполковник и через год достигаете предельного для своего звания возраста службы в армии. Так вот я хочу, чтобы вы знали, что ходатайство Александра Петровича об отсрочке вашего увольнения может оказаться неудовлетворенным.

Руденко понял: Ачкасов шутить не собирается. И все же он попросил еще отсрочки для окончательного ответа.