Чтение онлайн

Она остановилась на пороге, оглядывая зал.

Сотни коек, матрасов, просто тряпья на полу. Но то, что она увидела, заставило её сердце сжаться от тепла.

В углу, у перевязочного стола, торговка в грязном переднике поила с ложки раненого орка-наёмника. Тот, кто ещё неделю назад мог ограбить её лавку, теперь смотрел на неё с благодарностью щенка. Чуть дальше, группа женщин, судя по одежде, из обедневших аристократок, которым не хватило места в Цитадели, рвала дорогие шёлковые платья на бинты, помогая замотать ожоги чумазому кочегару.

Социальные барьеры, которые выстраивались в городе веками, рухнули. Здесь не было богатых и бедных, чистых и нечистых. Были только выжившие.

«Ты сделал это, Костяша», — подумала Фенрис, чувствуя, как внутри разливается гордость, смешанная с грустью. — «Ты хотел просто выжить и создать свою стаю, а в итоге… ты объединил их всех. Пусть через страх, пусть через разрушение, но они теперь единое целое».

Фенрис спустилась еще ниже, туда, где воздух становился влажным и теплым, словно дыхание огромного живого существа. Коридоры сменились естественной пещерой и сводчатым залом, стены которого покрывала густая, мерцающая зеленоватым светом грибница. Пахло землей и чем-то сладковато-кислым, что щекотало нос и заставляло уши прижиматься.

Она назвала это место про себя «Агрокомплексом», хотя Торек, гном-инженер, упрямо именовал его «Биополем № 1». Как бы там ни было, здесь решалась одна из главных проблем крепости — еда.

В центре зала, в выдолбленной каменной чаше размером с колодец, находилось нечто живое и полупрозрачное — Королевский Слайм. Фенрис остановилась, глядя на него с невольным благоговением. Существо еще не родилось окончательно — его желеобразное тело словно дышало, сжимаясь и расширяясь в медленном, гипнотическом ритме. Изнутри него исходило мягкое золотистое свечение, и магическая аура была настолько мощной, что воздух вокруг искрился, словно перед грозой.

Вокруг чаши копошилась жизнь. Десятки мелких слаймов размером с кулак, ползали по камням, словно любопытные щенки, тянущиеся к родителю. Они рождались прямо из ауры Короля, материализуясь из воздуха и света, и тут же принимались за работу.

— Эй, ты! Тачку не туда катишь! Влево, влево, тупица! — рявкнул знакомый скрипучий голос.

Фенрис обернулась. У дальней стены, где был оборудован импровизированный склад, суетились гоблины. Они свозили сюда тачки с отходами — объедками, испорченными тряпками, экскрементами, всем тем мусором, который неизбежно накапливался в крепости, забитой тысячами беженцев. Над ними нависала коренастая фигура в кожаном фартуке и с огромной трубкой в зубах — старый гном-инженер по имени Горн.

— Быстрее, лентяи! У нас тут не курорт! — Горн стукнул одного из гоблинов по затылку своим массивным черпаком. — Высыпай прямо в зону кормления! Да не мимо, идиот!

Гоблин заверещал что-то обиженное на своем языке, но послушно опрокинул содержимое тачки в специально вырытую яму. Едва мусор коснулся земли, как из-под камней выползли слаймы. Они набросились на отходы с жадностью голодных зверей, обволакивая их своими телами. Органика исчезала на глазах — растворялась, перерабатывалась, не оставляя ни запаха, ни следа.

И слаймы росли. Буквально на глазах крошечные комки желе раздувались, увеличиваясь до размеров арбуза, потом тыквы. Их полупрозрачные тела наливались густотой и цветом.

— Красота! — Горн выпустил клуб дыма из трубки и довольно хмыкнул. — Дерьмо исчезает, еда появляется. Магия природы, чтоб её! Вот это я понимаю — эффективность!

Когда слайм достигал нужного размера, гоблины ловко подкатывали к нему большую бочку и специальным скребком загоняли существо внутрь. Слайм не сопротивлялся — у него не было ни разума, ни инстинкта самосохранения. Он просто… существовал, пока его не переработали в питательное желе, которое потом раздавали в лазаретах и столовых.

Фенрис поморщилась. Она пробовала это желе. Оно было безвкусным, склизким и отдаленно напоминало застывший бульон. Но оно насыщало, не вызывало болезней и главное его было много. Для города, стоящего на грани голода, это была манна небесная.

— Курра-кара-ра! Стой! Стой, говорю! Ты куда?! — Пронзительный визг заставил Фенрис обернуться.

Из-за угла выскочила знакомая зеленая фигурка Гобби. Он выглядел… комично. Поверх своей обычной грязной робы он нацепил бархатную жилетку (очередной подарок Лиандри, который он носил как святыню) и какие-то элементы настоящей брони — наплечник, слишком большой для его тощего плеча, и шлем, съезжающий на глаза. В руках он сжимал самодельный посох с привязанной на конце тряпкой, которую явно считал знаменем.

— Рабочие! Рабочие! Кура-ра-кара! Слушай приказ! — Гобби размахивал посохом, пытаясь выстроить гоблинов в шеренгу. — Тачки ставить ровно! Ровно, поняли?! Да не так!

Гоблины переглянулись, явно не понимая, чего от них хотят, и продолжили работать как работали. Гобби заметался между ними, суетливо тыкая посохом то в одного, то в другого.

— Ты! Ты не так копаешь! И ты! Курра! Почему медленно?! Генерал сказал — быстро!

— ГОББИ! — рявкнул Горн, и его голос прокатился по пещере громом.

Гобби подпрыгнул на месте, уронив посох.

Гном подошел к нему широким, тяжелым шагом, нависая как скала. Его борода топорщилась, глаза сузились.

— Ты мне тут поток сбиваешь, мелочь! — Горн замахнулся черпаком.

Шлеп!

Легкий, но звучный подзатыльник заставил шлем Гобби звякнуть и съехать еще ниже на глаза.

— Не мельтеши! Видишь, работа идет? Идет! Так зачем ты тут скачешь, как блоха на горячей сковороде?! Сиди в сторонке, не путайся под ногами!

Гобби застыл. Его уши, торчащие из-под шлема, медленно поникли. Он молча поднял посох, поправил жилетку и отошел в сторону, опустив голову.

Фенрис видела, как его тощие плечи поникли.

— Гобби? — позвала она тихо.

Он вздрогнул, обернулся и, увидев её, тут же бросился к ней, едва не спотыкаясь о собственные ноги. Он остановился рядом, уткнувшись лицом ей в колени, и… всхлипнул.

— Курра… Они не слушают, — пошмыгал он носом. — Гобби говорит — не слушают. Гобби старается — бьют.

Фенрис присела на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. Её хвост обмотался вокруг ног — жест утешения.

— Что случилось? — спросила она мягко.

Гобби поднял на неё глаза, полные обиды.

— Гобби… Гобби был Первым Слугой, — выдавил он. — Гобби был с Генералом, когда у Генерала была только кирка! Только кирка и Гобби! А теперь?

Он махнул рукой в сторону верхних уровней крепости.

— Теперь у Генерала Скрежет. Большой, умный Скрежет. И Клык — сильный, храбрый. И Ведьма-сестра, которая всё знает. И Нок, который строит, строит, строит… — его голос стал совсем тонким. — А Гобби? Гобби больше не нужен?