Чтение онлайн

— Ацель. Кажется, это он о тебе.

— О!

— Ага.

— Я повторяюсь?

— Ага.

— Но ведь по делу же!

— Ну…

— Никаких «ну», Эдвард, — сложил руки на груди пришелец. — Клиент всегда прав!

Путь до «Генриетты» был недолог, однако по привычке водитель переключил радио на любимую волну, что настраивала его на получасовые поездки. Он без пятнадцати годков полстолетия работал таксистом и выстроил свой особенный водительской быт с хорошими и плохими сторонами, с зависимостью от сигарет и старомодным шансоном, от которого у пассажиров вяли уши.

— А можно выключить радио? — Пришелец постучал по сиденью.

Водитель печально вздохнул и щелкнул кнопкой автомобильного радио, случайно заскочив на новостную станцию.

— Сделайте погромче! — остановил его Эдвард, услышав знакомое имя.

«Двадцатишестилетнюю Габриэль Остин Феннис, уроженку Ланкашира, Кован-Бридж, проживающую в нынешнее время в Станвелле, признали невменяемой и обвинили в зверском убийстве собственной матери и профессора Нортона Хоггарда, дело о смерти которого до сих пор не было закрыто. Сама девушка отказалась комментировать происходящее. Судя по всему, она не помнит о том, что сделала. Тем не менее, мистер Луис Уэллс и другие очевидцы подтвердили, что видели мисс Феннис вблизи дома профессора в день его гибели, а также не отрицают того, что Габриэль Феннис присутствовала на похоронах и вела себя подозрительно…»

— Чёрт возьми! — воскликнул юноша, вылупив глаза на Ацеля. — На Габриэль из нашего мира повесили убийство профессора…

— Не смотри на меня так, — побледнел пришелец.

— Но ведь это ты его убил!

— Я не… я не специально! Просто… все пошло не по плану, — отвернулся он стыдливо.

— Она ничего не помнит, потому что в её теле была Габриэль из параллельной вселенной. Уверен, что и про мать они тоже наврали! — сжимал кулаки студент.

Таксист растянулся в алчной улыбке, а его щеки надулись и почти позеленели, как у Гринча, затевающего шалость.

— Гхым! — кашлянул он демонстративно. — А ничего, что я все слышал?

В парке горланила музыка. Неказистое бренчание гитары и аккомпанемент заикающегося фортепиано выплевывал граммофон, прикрепленный к бетонному столбу. Девочка лет шести просовывала пальцы сквозь квадратные прорези в высокой — как ей тогда казалось — ржавой ограде, за которой бурлила смердящая вода, заглатывающая прошлогодние листья и брошенный прохожим пластиковый стаканчик от газировки.

— Эй, кроха, ты потерялась? — Сквозь поток веселящих песнопений прокрался скользкий мужской голос.

— Мама не разрешает мне разговаривать с незнакомцами, — ответила девочка, не поворачивая головы.

— Правильно делает, что не разрешает! Вот только, — выдержал игривую паузу тот, мастеря пуделя из продолговатого воздушного шарика, — я и не незнакомец вовсе! — Он заманчиво потряс поделкой. — Видишь? Я — клоун! Все дети меня знают!

— Спасибо, не надо! — отклонила подарок девочка, и её кустистые брови перекосились.

— Смотрела я как-то фильм, где такой же чудила заманивал детей шариками и убивал…

— А ты умна не по годам! — восхитился клоун.

— И я, к вашему сведению, вовсе не потерялась! Я сама ушла! Моя глупая семья даже не заметила, что меня нет.

— О, уверен, — хлопнул в ладоши тот, стараясь казаться смешным, — они беспокоятся о тебе!

— Сомневаюсь. Сестра считает, что я вырасту гопником, а мама и папа ругают из нас двоих только меня. Как будто я — главное зло в этом мире! Но вы то, дяденька, явно злее меня. — Девочка окинула клоуна взором. Это был не первый ряженый мужчина в её жизни. Потные люди в костюмах белых кроликов, собачек, лисят — привычное дело для ребёнка. А клоуны… они самые раздражающие — все, как один в оранжевых кучеряшках, с размулеванным белой краской лицом и красным пищащим шариком вместо носа; лыбятся во все зубы, кривляются и мерзко хихикают. Кому в здравом уме такое может понравится?

— На что ты смотришь? — полюбопытствовал клоун и тоже высунулся через ограду. Она едва доставала ему до пояса, и мужчина с лёгкостью разглядел в порослях поздней зелени торчащие из-под земли трубы.

— Мама говорит, когда этот мостик только-только построили, здесь журчал природный ручеек, но устье реки пересохло и превратилось в грязное болото.

— Очень печальная история!

— Да, радости в этом мало, — вздохнула девочка, отворачиваясь к воде спиной. — Но если закрыть глаза и просто слушать — река притворится настоящей. Правда, — поморщилась она, — запах немного портит впечатление.

Выпав из поля зрения, клоун мрачно спустил показную улыбку. Нижняя губа выпятилась вперёд, отчего его подбородок угрожающе заострился. Он вдруг впился руками в решетку с такой силой, что на сгибах его пальцев, там где давление было максимальным, ткань клоунских перчаток протерлась до дыр, и кровь побежала по прутьям вниз, ныряя в грязную пену.

Ограда покосилась, проломив бетон, что, казалось бы, мертвым камнем слился со стальными ножками, и девочка ощутила, как теряет равновесие, а её правая нога непослушно выскакивает из желтой сандалии.

— Целитель! Я нашёл его! — Писклявый голосок донесся до её ушей откуда-то из искусственного ручья, и чистые прозрачные струйки потянулись к озадаченному клоуну, затыкая ему рот кляпом из воды.

— Понял! — Как-то разумно, подобно танцующим змеям, цепи рассекли воздух и, надежно обмотав щиколотки девочки, потащили её вверх — к безоблачному небу, подальше от зловоний и брызг. Супергерой в чёрном плаще — ростом немногим выше шестилетнего ребенка — материализовался из ниоткуда и, дернув цепи на себя прямо в полете, успешно спрыгнул на землю с девочкой на руках, оросив брусчатку мостовой неопознанной жидкостью.

— Уходи отсюда! — обратился Целитель к пострадавшей, выпуская её из своих объятий.

— Это было так круто! — воскликнула та — испуг быстро прошёл, и теперь она святилась детским восхищением, разрумянившись во все лицо и пружиня на месте, как резиновый мячик.

Целитель оценил зазорное поведение ребенка соответствующим взглядом и увидел, как к мосту, перекрикивая граммофон, спешат взрослые. Он знал, что если начать битву сейчас, люди заметят его, и в городе пойдет молва — компромат на сверхъестественное, который может слишком сильно ударить «молотом» по «наковальне». Нерасчетливые вмешательства беспокоят структуру пространства-времени, и ответственность за последствия — на нем одном. Нужно скорее поймать врага, залечить «раны» и по возможности засесть где-нибудь в междумирье, пока Вселенная не восстановит расшатанную иммунную систему.

— Габриэль! — приоткрыв рот в облегчении, женщина с густым хвостом и пририсованной родинкой на подбородке подозвала девочку к себе. — Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты держала сестру за руку!

— Мама! — прихрамывая босой ногой, малышка с двумя тугими рыжими косичками повисла на подоле бардовой юбки. — Ты только посмотри! — Девочка ткнула рукой туда, где должен был вести бой Целитель.

— Ах! — развела руками женщина и посмотрела на молчаливого мужа: — Думаю, нужно позвонить в скорую!