Чтение онлайн

Сад Инсекториусов приносил всегда такой большой урожай, что девать его было решительно некуда, и, на радость городской ребятне, калитка оставалась открытой всю осень. Но цветник!.. Цветник Эмилии был настоящим чудом. Цветы в нем появлялись сразу после того, как сходил снег, и цвели чуть ли не до Нового года. Городские старики, захаживая в сад Эмилии ранней весной, говорили: «Неизвестно, доживем ли мы до настоящего лета, но здесь им можно насладиться загодя».

Все сказанное касается лишь внешнего облика дома Инсекториусов. Изнутри дом выглядел иначе. Здесь целиком и полностью властвовал профессор-энтомолог. Везде можно было встретить застекленные коробочки с красивейшими бабочками, разнообразными жуками, панцири которых отливали всеми цветами радуги. Но в отличие от цветника Эмилии в покои Артура Инсекториуса никто не приходил полюбоваться красотами его коллекции, за исключением, разумеется, друзей.

Однако поспешим за нашим звездочетом. Едва Себастьян шагнул за калитку, как нос к носу столкнулся с Эмилией.

– Господин Нулиус, – воскликнула она, – наконец-то вы пришли!

Себастьян сделал шаг назад и, холодея сердцем, оглядел жену своего старшего друга. Обыкновенно опрятная и со вкусом одетая, теперь Эмилия стояла перед ним простоволосая и заплаканная, в глазах ее застыли тревога и отчаяние. Себастьян, припомнив водяные разводы в записке, только теперь догадался, что то были слезы бедняжки.

– Что случилось, Эмилия? Неужели все так плохо?

– Гораздо хуже, чем вы можете себе представить, – ответила Эмилия нетвердым голосом.

– Да что же, что произошло?! – теряя терпение, воскликнул звездочет.

– Как! – воскликнула в свою очередь Эмилия. – Разве вы не получили моего письма?

– Получил, но, признаться, ничего из него не понял.

Эмилия как-то странно на него посмотрела, в глазах ее вспыхнул огонь, и дрожащими губами она произнесла:

– Пойдемте, я вам все покажу!

Она схватила гостя за руку и повела его в глубь сада.

– Только вы, господин Нулиус, – говорила Эмилия, – только вы один можете мне помочь. Вы просто обязаны это сделать!

Эмилия внезапно остановилась, выпустила руку звездочета и указала на цветочные клумбы.

– Вот, полюбуйтесь!

Себастьян взглянул на цветник и обомлел. «Неужели, – подумал он, – этой ночью в городе побывали кабаны из Дальнего леса?»

Цветник был в плачевном состоянии: вдоль и поперек по нему пролегали тропы, устланные смятыми цветами. Себастьян поднялся на мысочки, чтобы заглянуть в глубь цветника, и среди цветов с удивлением разглядел как бы торчащий из-под земли худосочный зад своего друга профессора Инсекториуса, обтянутый зелеными панталонами.

– Артур! – вскрикнул звездочет, но созерцаемая им часть профессора не откликалась.

– Вот ви-ди-те! – зарыдала Эмилия и уткнула лицо в ладони.

– Да что с ним стряслось? – в недоумении вопрошал Себастьян. – Что за безумную прополку затеял ваш муж?

Но Эмилия только качала головой и горько всхлипывала. Поняв, что толку от нее не добиться, звездочет принялся настойчиво звать своего друга. Но с клумбы доносилось только едва внятное бормотание:

– Сейчас, сейчас. Одну минутку, моя дорогая…

Эмилия отняла ладони от лица и заговорила:

– Слышите? Вот уже несколько часов кряду он утешает меня этими словами.

– Но все-таки что же произошло? – снова спросил звездочет. – Расскажите, Эмилия, прошу вас. У меня голова идет кругом.

– Ах, все из-за его несносных букашек! Вообразите себе, вчера вечером, перед заходом солнца и сразу после ужина, мы с Артуром вышли в сад и уселись вон там, под яблоней. Он по своему обыкновению принялся читать мне главы из своей будущей книги “О нравах и устройстве насекомых”, а я принялась перебирать красную смородину. Вечер был теплый и безветреный. И вдруг я услышала какой-то странный шум, подняла глаза и увидела, что какой-то мужчина перескочил через ограду прямо в цветник. Вы, господин Нулиус, знаете наши обычаи: калитки цветника и сада всегда открыты для всякого доброго человека. Но прыгать через забор!.. Я, разумеется, была оскорблена до глубины души. Артур, вооружившись граблями, тут же кинулся искать этого человека, дабы расспросить его о столь недостойном поведении, но, к нашему удивлению, ни в цветнике, ни в саду этого вора не было! Мы обшарили буквально все…

– Вы хотите сказать, что Артур по сию пору ищет того человека здесь, в цветнике?!

– Ах, не перебивайте меня, господин Нулиус! – горько ответила Эмилия. – Поверьте, мне сейчас не до шуток. К счастью, вора мой муж не обнаружил, но, на мою беду, он нашел какого-то золотого жука, а может, и не жука, не разбираюсь я в этом. Всю ночь он спал беспокойно, а сегодня, вернувшись из университета, не пообедав даже, направился в цветник и роется там уже несколько часов. Ему, видите ли, кажется, что там должен быть еще один экземпляр.

Эмилия снова ударилась в слезы, а у Себастьяна отлегло от сердца.

– Артур! – крикнул он. – Выходи!

– Сию минуту, сию минуту, – отозвался профессор и принялся ползать по клумбе.

– Артур! Ты, право же, совершенно нелеп. Ну что за ребячество! Посмотри, как расстроена Эмилия.

– Сейчас, сейчас…

– Господин Нулиус, – сказала Эмилия, прервав рыдания. – Неужели вы не видите, что он спятил? Я уж думала, не послать ли за доктором Целиусом, чтобы он пустил Артуру кровь. Ах, неужели мне предстоит теперь жить с рехнувшимся энтомологом?

Себастьян недоуменно посмотрел на Эмилию, затем снова обратился к «безумному» другу:

– Артур, выходи немедленно. Мне надо с тобой поговорить.

Толку не было никакого. Глаза Эмилии заблестели, но уже не от слез, а от гнева.

– Господин Нулиус, – сказала она голосом полным решимости, – не лучше ли вам взять моего муженька за шиворот и силой выволочь из клумбы. Поверьте, я не буду в претензии.

Себастьян, конечно, не думал хватать своего друга за шиворот, но желая хоть как-то обратить на себя внимание профессора, шагнул к цветнику. Однако в эту минуту профессор сам поднялся во весь рост, потоптался на месте, развел руками и проговорил:

– Ничего не понимаю…

Затем в три огромных шага оказался на дорожке. Взгляд его был рассеян.

– Нету. Его там нету. Но этого не может быть!

Себастьян укоризненно покачал головой, а Эмилия, уперев руки в бока, сверлила мужа недобрым взглядом. И только в эту минуту профессор будто очнулся.

– Что это с вами, друзья мои? Почему у вас такие лица?

– Он еще спрашивает, что с нашими лицами! – грозно произнесла Эмилия. – Жестокий, несносный человек! Что ты сделал с моим цветником?

– Я? – удивился профессор и оглядел цветник. Похоже, он только сейчас разглядел следы своей бурной энтомологической деятельности.

– Надо же, какая досада… – прошептал он. – Но, Эмилия, дорогая, пойми…

На профессора было жалко смотреть.

– И слушать ничего не хочу! – заявила Эмилия. – Вот уж не думала, что энтомология – такое вредное занятие.

– Что ты говоришь, дорогая? – робко запротестовал Артур. – Я, конечно, понимаю, ты огорчена… я и сам огорчен…

– Огорчена?! Ничуть не бывало! Я в восторге! За два часа ты уничтожил то, что я выращивала целое лето. И все из-за каких-то букашек…