Современная проза

Ночь оказалась с происшествием. Я уже улегся спать, устроился в небольшой каморке рядом с кухней, где я смастерил себе на первое время лежанку под окном, и заснул, на улице было черным-черно и холодно. Это я заметил, когда в последний раз выходил за дом отлить. Я так делаю, потому что сортир здесь пока…

В густом тумане сквозь урчание трактора она услышала ровный гул и почувствовала резкий запах воды. Верстов выкинул на землю рюкзаки, потом помог Анне спуститься. Рядом заискивающе суетился протрезвевший дорогой тракторист. — Стакана хоть не нальешь? — тихо спросил он со страданием в голосе. — Худо…

Сословное недоверие к другу усугубляла авторская мнительность Криворотова. Но теперь, когда Арина запросто поминала Льва наряду с головокружительными именами («здесь вы как бы вторите натурфилософии Заболоцкого»), – открывались совсем иные горизонты, другая жизнь: получалось, что его взяла. И закадычный…

А началось все с банальной пьянки с сотрудниками одного из институтов Академии наук, директор которого был научным руководителем разработок Жмакина. Тогда кто-то из комсомольских «вожаков» предложил от имени центра НТТМ написать отчет об уже проведенном ранее в лаборатории Родика исследовании и, сформировав…

Даже через меня, бывало, удочки закидывали. Не хочет. Такой уж человек. Но мне бы все одно хотелось послушать несколько другой аккомпанемент: песня-то – ее, Дашкина. В смысле – музыка ее. Стихи в данном случае – Лорки. В переводе Цветаевой, если мне склероз не изменяет. Тупо лень проверять.…

— А если я вам скажу, что они не станут вам препятствовать, то вы прямо сейчас встанете и уйдете? — Да, разумеется. — И куда вы пойдете? — Домой, отсыпаться. Только вы все равно меня не отпустите. Голова раскалывалась, шею саднило, но спать не хотелось. Хотелось лежать с закрытыми…

— Пойдём, малышка. Я ответила, что у меня нет времени выслушивать разглагольствования какого-то идиота. Тогда Маринетта прошипела: — Да иди же, дурёха! Брассак наклонился к ней через стол. Казалось, он хотел убить её взглядом. — А ты заткни глотку, рыжая. Если я увожу малышку, то не для того,…

Подписав книжки, она улыбнулась своей обычной полуулыбкой, обращенной скорее внутрь, чем на публику, — как бы посмеиваясь над чем-то, понятным лишь ей одной, — и поблагодарила слушателей за внимание. Я знала, что она ждет мужчину. Даже знала, какого: застенчивого блондина в безрукавке, с ниткой деревянных…

Но я не хочу исчезать, я очень хочу вернуться вниз, в мир людей, машин, компьютеров, небоскребов. И чтобы вернуться, мне нужно пройти два километра триста сорок восемь метров вверх. Сделать несколько фотоснимков у штатива китайцев и спуститься. И тогда я буду иметь перед собой право сесть в джип, а потом…

Страсть сожжет все вокруг себя, всю органику. Как в школьном опыте — и останется только минеральный остов: твердый, жесткий и — хрупкий. То, без чего не живет любящий. Вылюбивший все вокруг себя после легко погибнет сам и отдаст на погибель любимую, золе нечего желать. Пушкин же варился в пахучем,…

Об этом, по сути, и представляемый читателю роман. Нелегко объяснить скрытое волшебство этого романа особенно в критической статье, пишет известный израильский критик Лея Ниргад, которая признается, что влюбилась в эту книгу с первого взгляда, и это вовсе не в смысле, что любовь слепа. В этом романе…

– Вот оно что, – ответил на это я. Так мне и досталась новая точилка для карандашей последней модели, а Нобору Ватанабэ – «Max PSD» 1963 года, украшенная наклейкой с Астробоем. У Нобору Ватанабэ в сумке всегда припасены для обмена новенькие точилки. Возможно, я и повторюсь, но такая удача…

Нередко к ней наведывалась семья Хавамиди. Они садились и глядели, как она железной кочергой переворачивает лепешки, или шли вместе с ней в птичник, где она месила птицам отруби и хлебные крошки. Потом они с увлечением слушали забавные истории, шутки и новости, рассказывать которые она была мастерица.…

«Она!» — пронеслось в Петином померкшем сознании. — Макс! — громко окликнула кого-то женщина. — А у тебя очень симпатичные соседи. — И засмеялась. Рядом, в тесном проеме двери, уже стоял боком коренастый усатый мужчина с красным обветренным лицом. — Значит, опять удача, Лизон, — отозвался он резким…

Я снова взялся за газету и начал смотреть, что — в кино. Не пойти ли? Вдруг да сумею попасть на последний сеанс. В кино хорошо: сидишь, живешь чужой жизнью, чужими чувствами, и, что странно, они кажутся тебе куда существеннее собственных. А кроме того, приятно сознавать, что вокруг — тоже люди, что весь…

Знаешь что? — спросил он сам у себя, играя в привычную игру. Что? А меня ведь возьмут в команду. Мечтай, мечтай . Я не мечтаю, так оно и будет. С очередным глубоким вдохом боль вдруг вернулась, маленькая, приглушенная — едва различимый сигнал бедствия. Бип, я здесь. Я боль. Он шел,…

И дед тюкнул кончиком ботинка по тазу. Лежавший полумесяцем налим медленно выгнулся латинской буквой S, потом еще раз S в другую сторону и снова замер. Витька не любил этих рыбин, которыми дед частенько угощал и родственников, - не любил за то, что они, говорят, питаются трупами, и за то, что они вообще…

Затем Лили вошла вместе с ним в квартиру, провела там ночь и исчезла на месяц. Чтобы ее найти, Джек изощрялся, как только мог, включая подачу объявлений в скандально известный раздел знакомств в «Остин Кроникл». Но ничто не помогло. А потом, ночью 9 декабря, Лили снова появилась у его дверей. Сказала,…

Молодой репортер предпочитал не терять головы: он вертел в руках то бокал, то блокнот с карандашом, исподтишка высматривая место, куда бы поставить подальше свою емкость, чтобы Феверс ее больше не наполняла, – быть может, на каминную полку, жутковатый чугунный угол которой выступал как раз там,…

— Да уж, с этим телевизором и компьютерами, скоро мы вообще напрочь потеряем чувство реальности. Сатир нетерпеливо заерзал в кресле. — Стоп, стоп! Не вилять. Жалко тебе их или нет? — Как нарезку из фильмов — нет, как людей — да. — Ему жа-а-алко, — протянул Сатир. — Ничего, ты можешь себя утешить…