Чтение онлайн

Иной раз даже не и знаешь, с живым человеком ты говоришь или с высоченным креслом, которое он в данный момент занимает.

Братва же на новом историческом этапе - я беру здесь не примитивную урлу, и не «организованные преступные группировки», а тщательно сформированную команду с мозговым центром и достаточно мощным коллективом профессиональных исполнителей - представляет из себя людей, безусловно талантливых и прытких.

Я говорю это без всякой этической оценки, а просто констатирую очевидный факт.

Но и у этой категории граждан есть существенный минус - недостаток образования и дурацкая блатная привычка схапать все и сразу.

Отсутствие финансовой сметки и расчета частенько приводит их на положенное количество метров ниже земной поверхности.

В невероятно сложном и опасном финансовом мире, неизбежно связанным с политикой и экономикой научились ориентироваться единицы из бандитов.

Остальные же - и их большинство - избрали для себя наиболее простой путь и плыли по течению, принимая навязанные им государством правила игры на тот или иной отрезок исторического времени.

Так, сегодня было принято крепко дружить с администрацией.

Схема приблизительно такая: я тебе деньги, ты мне подряды и возможность отмывки.

Вроде бы все о’кей.

Но через какое-то время авторитет сам оказывался в положении «кабанчика».

Этот термин представляет собой следующее: бизнесмен находит себе крышу, которая медленно, но верно прибирает к рукам его дельце.

Мало-помалу, шаг за шагом традиционная выплата дани отходит на второй план, а братва начинает подкидывать бизнесмену всякого рода выгодные проекты, вкладывает деньги в его предприятие и в один прекрасный день, когда «кабанчик» уже откормлен, предпринимателя ставят перед фактом: твоя фирма уже не твоя.

Государство, надо сказать, переняло именно такую тактику по отношению к братве.

Сначала прикармливая, холя и лелея шпану высокого ранга, оно убеждалось в том, что братан расслабился и вовремя не позаботился о тылах: скажем, политическом окружении или запасных путях отхода.

И, в один прекрасный день братан обнаруживал себя за решеткой, а то и с пулей во лбу.

В последнем упомянутом мной случае, конечно же, обнаруживали его.

Расследование, как правило, тянулось вяло и заходило в тупик, а населению через газеты сообщали, что произошла очередная разборка.

Место фаворита занимал новенький, скорее всего тот, чьи ребята ухлопали предыдущего и машина начинала крутиться заново.

«Эх, Копченый, Копченый, - продолжал я свои размышления.
– Недостаток исторического мышления, вот что тебя погубит.

Разве ты не помнишь Макара, твоего давнего врага, кстати? Он ведь ногой дверь в мэрии открывал еще каких-то пять лет назад?

И где он теперь? Пожизненное заключение с отклоненной кассацией об амнистии.

А Календарь?

Ведь он даже в официальных спортивных мероприятиях участвовал.

А сейчас где-то на обочине и финансового и криминального мира. Искать его надо с большим микроскопом, да и такая глупая идея никому в голову не придет - не нужен больше Календарь.

А Рыжий?

Полгода не прошло. как его расстреляли вместе со всей его командой прямо в офисе.

А ведь когда-то все деньги страховой медицины шли через него.

Так что думай, Копченый, хорошенько думай, если не хочешь оказаться на их месте. Время-то у нас сейчас быстро идет...»

А Копченый не уставал мне рассказывать о своих успехах на местном фронте.

Пока что все у него ладилось и Копченый находился в некоторой эйфории.

Сегодня он праздновал очередную победу, кочуя, как это было у него в обыкновении, из дорогих кабаков в дешевые кафешки и чередуя элитные сорта коньяка с сомнительным портвейном.

– Неужели все у тебя так хорошо?
– спросил я, незаметно взглянув на часы.

Мои любимые швейцарские «радо» с особо прочным стеклом, которое нельзя поцарапать даже при самом сильном желании, показывали без пяти одиннадцать.

– Прям-таки никаких проблем?
– повторил я свой вопрос, обращенный к Копченому.

– Ну почему же никаких, - с охотой отозвался Копченый.
– Вот, скажем, с облицовкой нового драмтеатра получаются проблемы.

– Это какие же?

– Поставки срывают, мать их во все дыры, - пожаловался Копченый.
– Думаю, надо из своих хлопцев рейд в Москву отправить, чтобы разобрались.

В последнее время Копченый специализировался на строительном бизнесе.

Ему удалось за прошлый год подмять под себя большинство городских предприятий и сделаться в этой перспективной области почти монополистом: оставил для видимости конкуренции три-четыре мелких конторы, которые тоже, кстати, контролировал.

– Неужели с африканским гранитом напряг?
– удивился я.
– Что, общество снова возвращается к незапамятным временам дефицита?

– Да нет, - пояснил Копченый, - просто у них свои заморочки. Камень идет через Лейпциг, а там у них забастовка. Вот гады немцы, правда ведь?

– Зачем же время тратить и людей попусту в престольную гонять?
– отозвался я.

– Как зачем...
– начал кипятиться Копченый.
– У меня разговор короткий...

– Все равно ведь они в Лейпциге не впрягутся вместо работяг вкалывать, - пожал я плечами.
– И чего ты на одной конторе зациклился, Копченый? Давай я свои каналы подключу. Это Урал, там все железно, кроме транспортировки. Если сможешь договориться о перевозках, то считай, что гранит уже у тебя в кармане.

– А что?
– оживился Копченый.
– Давай завтра стрелку забьем, побазарим.

– Давай, - согласился я.
– Чтоб долго не думать, предлагаю встретиться здесь в это же время. Тем паче, что у меня к тебе тоже есть просьба - надо бы уточнить насчет одной конторы. Детективное агентство «Ястреб». Слышал, наверное.

– Что конкретно интересует «дельца»?
– спросил мой собеседник.

– Все в самых общих чертах. Бывшие менты, твои коллеги там рулят или кто еще. Насколько можно доверять. Финансовое состояние. Сколько времени функционирует, перспективы развития...

– Заметано, - откликнулся Копченый.
– Сейчас я себе помечу.

И он достал оганайзер из крокодиловой кожи с золотым тиснением.

Дамы, как только разговор зашел о делах, мигом потеряли к нам всяческий интерес и переключились на спутников Копченого.

– Да не лижись ты, - оттолкнул от себя девку второй человек из компании, одетый в костюм.
– Все лацканы мне помадой испачкала, а мне завтра на прием. Вон, давай с Кузьмой лижись.

Прикинутый в новехонький «Адидас» Кузьма вяло приобнял пьяную деваху.