Чтение онлайн

Рейнард оказался умнее. Он первым понял связь между водой и симптомами, приказал брать воду только из бурдюков, которые набрали раньше. Но было уже поздно — большая часть отряда выпила достаточно. Весь день они лежали пластом. Охранение — один человек, еле стоящий на ногах. Идеальный момент для атаки.

Но я не атаковал. Зачем? Пусть развлекаются.

Съестные припасы хранились в одной из палаток — мешки с сухарями, вяленое мясо, крупы. Охранение ослабло из-за… скажем так, болезни, все спали как убитые, измотанные дневными страданиями.

Камуфляж, скрытность, знание расположения лагеря. Я проскользнул мимо часового — тот дремал, привалившись к дереву, — и добрался до палатки с припасами. Взял не всё — это было бы слишком шумно и сложно. Только часть: два мешка сухарей, связку вяленого мяса, мешочек с солью (соль вдали от цивилизации на вес золота, я уже понял).

Прокатило на удивление легко, и даже понравилось… возможно, и стоило выбрать класс вора в самом начале?

— Охрана! — взвился Тальвер, всё ещё бледный после вчерашнего. — Кто стоял ночью, уррроды?! Я вам глаза высосу, нахер они вам все равно не нужны!

Виновник нашёлся быстро — боец, который дремал. Тальвер орал на него минут двадцать, обещая все кары небесные. Боец огрызался, говорил, что болен, что не может стоять всю ночь, что это не его вина.

Я наблюдал и лыбился, как кот на ванну с вискасом.

Лошади — животные пугливые. Особенно если ночью что-то страшно воет совсем рядом.

Я не умел выть как волк, или петь как Анна Асти. Но зато, как оказалось, неплохо умел подражать крику болотной твари — противному, скрипучему звуку, от которого даже мне было не по себе. А уж лошадям…

Первый вопль — они встрепенулись, захрапели. Второй — начали биться, пытаясь порвать привязь. Третий…

Верёвки лопнули. Может, я их немного надрезал раньше, когда крался к припасам. Может, лошади оказались сильнее, чем думали хозяева. Неважно.

Четыре лошади понеслись в ночь, топоча копытами и ржа от ужаса. Лагерь проснулся, люди выскочили из палаток, кто-то пытался их остановить — бесполезно.

— ЛОВИТЕ ИХ! — орал Тальвер.—Твари бесполезные!

Трое бойцов побежали следом. Вернулись через два часа — без лошадей, но с новостями: одна нашлась мёртвой (напоролась на корень и сломала ногу), остальные разбежались в разные стороны.

Четыре лошади — минус одна мёртвая, минус три потерянных. Итого: обоз теперь некому тащить. Купец был близок к апоплексическому удару.

— ОН! — ревел он, брызгая слюной. — ЭТО ОН! ЭТОТ! ЭТО!

— Мы не можем доказать… — начал Рейнард.

— НАСРАТЬ НА ДОКАЗАТЕЛЬСТВА! Найдите его! Убейте! Нет, сначала трахните, а потом убейте! А потом опять трахните!

Рейнард демонстративно промолчал.

— Господин Тальвер, у нас трое боеспособных. Остальные ещё не оправились от… болезни. Отправить троих на поиски — значит оставить лагерь без защиты.

— Тогда все идите!

— А вы?

— Я останусь с магом! Он защитит!

Маг — бледный, с кругами под глазами, явно ещё не отошедший от «болезни» — открыл рот, чтобы возразить. Потом посмотрел на Тальвера и закрыл. Видимо, понял, что спорить бесполезно.

— Как скажете, — сказал Рейнард. — Но я считаю это ошибкой.

— Твоё мнение не спрашивали! Выполняй!

Я наблюдал, прикидывая расклады. Трое бойцов идут искать меня. В лагере остаются Тальвер, маг и двое раненых (тот, с порезанным горлом, и тот, со сломанной ногой из ямы). По сути — беззащитны.

Соблазн был велик. Очень велик.

Но я не стал. Убивать беспомощных — не мой стиль. Даже если это беспомощные мудаки, которые пытались меня убить.

Вместо этого — продолжил игру в кошки-мышки с поисковой группой. Три дня они искали меня по лесу. Три дня я водил их кругами, заманивая в тупики, к опасным местам, к ловушкам. Никого не убил — но один попал в силок для крупной дичи и провисел вниз головой полдня, пока его не нашли товарищи. Другой чуть не утонул в болоте, которое я показал как «безопасный путь». Третий… ну, третий просто устал. Устал бегать за призраком, который появлялся на краю зрения и исчезал, стоило приблизиться.

На четвёртый день они сдались. Вернулись в лагерь — грязные, измотанные, злые. Рейнард доложил Тальверу: цель не обнаружена, потери минимальны, но продолжать бессмысленно.

— Он знает этот лес лучше нас, — сказал командир. — Мы можем искать месяц и не найти. А он тем временем будет продолжать… вот это.

— Тогда что ты предлагаешь?! — Тальвер сорвался на визг.

— Уходить. Вернуться в город, набрать больше людей, прийти снова.

— Уходить?! После всего, что я вложил?!

— Либо уходить, либо… — Рейнард помедлил, — либо договариваться.

— С ним?! После того, что он сделал?!

И вот когда я уже думал, что самое интересное позади…

Не одна сигнатура. Не пять. Не десять.

Тридцать. Минимум тридцать человеческих сигнатур на краю зоны восприятия. Плюс — что-то крупное, не человеческое, медленно движущееся.

— Твою же мать… — прошептал я.

Это была не маленькая группа авантюристов. Это была армия. Экспедиция графа Мирена. Наконец-то. Только вот, что-то не слишком я уже и рад их видеть.

Забрался на самое высокое дерево на границе пустоши и изучал их в деталях. Охотничий инстинкт давал общую картину, глаза — подробности.

Тридцать два человека. Двадцать — солдаты в форменных доспехах, с копьями и щитами. Организованы в два десятка, идут строем. Дисциплина видна за километр.

Пятеро — в гражданской одежде, но с оружием. Охотники? Разведчики? Двое из них показались знакомыми — крепкий мужик с обветренным лицом и молодой парень с повязкой на руке. Ольге и Кирт? Те самые, из гильдии охотников, которых Марек упоминал?

Трое — маги, судя по мантиям и посохам. Один — старик с седой бородой, двигается величественно, как будто весь мир ему должен. Второй — помоложе, нервный, постоянно оглядывается. Третий… третью я узнал — Веда. Рыжие волосы собраны в хвост, в руках — толстая книга, которую она листает на ходу.

Одна — женщина в скромном одеянии, похожем на монашеское. Идёт рядом с обозом, иногда останавливается проверить раненых (у них были раненые? Или больные?). Целительница.

И командир.

Марек шёл во главе колонны. Постарел за эти недели — или мне показалось? Больше седины в волосах, глубже морщины. Но спина прямая, взгляд уверенный. Ну да, теперь он не просто хер с горы — целый командир экспедиции.