Чтение онлайн

– Вот как? А кто ты такая, чтобы вершить судьбы? Какое имеешь право решать за других? Мы не марионетки, а живые люди. Выбор сделан. Избранником стал Камаль.

– Тебе необходимо встретиться с Рустамом и Джамалом. Именно они законные потомки Амира ибн Рашида.

– Уже довелось познакомиться с шейхами. И знаешь, что скажу? Ни один и в подметки не годится вашему единоутробному брату. Не задумывались, почему легендарная Лейла не появлялась раньше? Из поколения в поколение оставляли двух мальчиков и связывали их кровной клятвой. Но чуда не происходило. Я переместилась из своего мира лишь в тот момент, когда подрос и возмужал спасенный биологическим отцом неучтенный ребенок. И именно его выбрало сердце, даже не подозревая об исполнении пророчества. Но на самом деле вам плевать на любые аргументы, поскольку глаза затянуты черной пеленой зависти.

– Думаешь легко всегда быть на вторых ролях, - взвился Амирхан. – Родители старшенького обожали и баловали. Всеобщий любимчик. Великий целитель. Не представляешь, сколько денег потратили на его образование. А во мне магии сущие капли. Азалия вообще пустышка.

– Уверена, именно повелитель Шариф передал средства на содержание сына. Вряд ли старый шейх пристроил любимую наложницу замуж за верного сановника и не выделил ни гроша на воспитание отпрыска.

Скандалисты повесили головы, признавая правдивость прозвучавших в пылу ссоры слов.

– Вот даже как, - с тоской в глазах протянул жених. Нездоровая вялость прошла. Похоже, противоядие подействовало. – Вы ревнуете меня к отцам. Одного я ни разу не видел, а второй вырастил чужого малыша из милости или просто потому, что имел большое доброе сердце.

– На золото, бездарно потраченное на учебу, можно было выгодно пристроить единственную дочь замуж, посулив богатое приданое, - заявила сестрица и впилась в него непреклонным взором.

– Вы хоть раз в жизни голодали или нуждались? – спросил жених. – Я пересылал почти весь заработок, оставляя лишь мелочь на расходы. И все равно мало?

– Это твоя обязанность как старшего и наиболее одаренного, - заявил брат.

– Смешно, - рыкнула гневно. – И при этом его за настоящего родственника не считаете и обзываете незаконнорожденным. Надоело слушать необоснованные претензии. Прикидываетесь бедными и несчастными, но работать не хотите. Зато отлично гадите и кусаете кормящую руку. И самое страшное, что ни капли раскаяния за сотворенное зло не мелькает в ваших жестоких глазах.

Приблизилась к Камалю и без тени сомнений развязала серую ленту на груди. Ее концы освободились и потянулись к виновникам, но зацепились за кольца. Молча раскрыла ладонь и взглядом попросила отдать зачарованные презенты.

Он колебался. Человек не может в один миг отказаться от тех, с кем вместе рос, любил, заботился. Но нужно принимать судьбоносное решение. Ходить под проклятием опасно. К тому же, оно может перейти к будущим детям. Неизвестно, что вложено в текст заклинания. Кажется, суженый пришел к такому же выводу и сделал выбор. Кивнул, резко сдернул с пальцев украшения и кинул в дарителей.

Раздался оглушительный визг. Черная змееподобная субстанция не желала расставаться с вожделенной добычей, но вынужденно отступала к создателям… или заказчикам.

– Сами колдовали или к кому-то обращались? – решила уточнить на всякий случай.

– К Лейле – ученице самой древней ведьмы, - заявила Азалия, гордо вскинув подбородок.

– Печально. Девушка погибла в моем мире. А наставница умерла в тюрьме шейха Салима ибн Седаха. Откат от ведовства падет на вас.

Лица злопыхателей вытянулись от неожиданности, а в глазах мелькнул ужас.

С ехидной ухмылкой прикрыла возлюбленному уши и запела колыбельную. Усыпив завистливую парочку, опустилась перед возлюбленным на колени, поймала полный тоски и горечи взгляд и зашептала:

– Не смей себя винить! Узнав о твоем происхождении, они скрыли информацию. Вместо того, чтобы сесть и нормально поговорить, отправились к ворожее. Мало того, что прокляли, так еще и заблокировали подаренными побрякушками целительский дар, ставя жизни пациентов под угрозу. А теперь взгляни на стол, накрытый для завтрака. Среднее блюдо насквозь пропитано соком ширы. Вам, может, и удалось бы выжить, а для меня влитая доза смертельна.

– Я печалюсь о другом. Обещал защищать, а в итоге подверг опасности в собственном доме. Прости, что не поверил сразу. Их можно разнести по спальням?

– Лучше не приближайся. Пойдем, поищем Акпера. Нужно немедленно собираться и уезжать. И попробуй найти документы о твоем рождении. Нельзя оставлять улики. У этих сумасшедших хватит наглости уведомить шейхов о новом родственнике. Который к тому же увел из-под носа вожделенную Фиалку. На нас откроют охоту.

– Не передумала выходить замуж? В данный момент я бездомный и безродный лекарь.

– Из-за этого мои чувства нисколько не померкли. Мы можем с чистым сердцем отправиться в любую точку мира и обосноваться в понравившемся месте. Давай навестим драконов? Хочется утолить любопытство и увидеть сказочных ящеров.

– С удовольствием. Но сначала заключим брак в храме. Мечтаю поскорее назвать любимую девушку законной супругой.

– Я согласна.

Друзей нашли живыми, здоровыми и мирно беседующими на мужской половине. Жених отправился в кабинет изучать документы, а мы спустились на завтрак. Голодными отправляться в дальний путь не хотелось. Поэтому отодвинули опасное блюдо и перекусили тем, что совершенно точно не представляло опасности.

После еды Акпер оттащил непутевых злопыхателей в гостиную и устроил спать на диванах. Я не стала распространяться о причинах произошедшего скандала. Сообщила, что конфликт серьезный и разрыв отношений скорее всего окончательный. Раскрывать ли подробности, решать Камалю.

На сборы ушло два часа. Вещей набралось много. Сразу встал вопрос о покупке второй повозки. Мы уезжали навсегда и не планировали возвращаться. Перед выходом из дома еще раз спела колыбельную. Нужна небольшая фора, чтобы успеть пожениться и выбраться за пределы города.

По случаю предстоящей свадьбы надела платье и никаб. Ткань, купленная на базаре, оказалась замечательной. Не мялась, не просвечивала и позволяла достойно выглядеть даже после долгого пути. Зафира уверяла, что ее мерцающий блеск превращает меня в нежное эфемерное создание, словно плывущее над землей.

В храме царила благостная тишина. Мягкий свет, льющийся сквозь высокие витражи, успокаивал, дарил тепло и создавал романтическую атмосферу. Фрески на стенах чуть поблекли от времени, но именно это придавало особую прелесть, подчеркивая знаковость и монументальность места, посещаемого сотнями прихожан.