Чтение онлайн

— Это... мы не проплывали здесь раньше, — произнес Уэбб.

— Заткнись! — рявкнул Джил.

Уэбб напоминал туманного призрака, сидящего на корме. Водоросли казались живыми из-за прыгающих, ползающих и визжащих существ.

На голову Кроу опустилось какое-то насекомое со светящимся тельцем. Добрых шесть или семь дюймов в длину, ярко-фиолетовое, с красными, как у вареного краба, клешнями.

Оно улетело так быстро, что Джил не был уверен, видел ли его вообще.

Уэбб разглядывал все вокруг выпученными от страха глазами. Он был перевозбужден и отовсюду чувствовал угрозу.

— Расслабься, — сказал ему Джил.

Внезапно раздался всплеск, и он сам напрягся. О господи, только не этот гребаный кальмар, пожалуйста, только не кальмар!

— Что это? — прошептал Кроу.

Джил не стал спешить с ответом, поскольку все уже поняли по звуку, что это нечто большое. Оно двигалось по кругу, будто пыталось уловить их запах. Сперва рыскало перед ними. Затем ушло влево. Потом оказалось сзади. Затем справа.

— Оно кружит вокруг нас, — сказал Кроу, перестав грести.

Вода пришла в движение, ковры водорослей ходили ходуном, стебли раскачивались.

Джил видел лицо Уэбба лишь смутно, но мог легко прочитать страх на лице Кроу — оно осунулось и покрылось морщинами. Он чувствовал то же, что и Джил: ужас, впитавшийся в глубь костей. Ужас, который испытывает добыча. Ужас от того, что ты стал объектом охоты.

Джил пытался убедить себя, что не может знать наверняка, преследует ли их эта тварь, но, глядя на клубящийся туман и первобытные водоросли, понимал, что так оно и есть. Атмосфера была просто жуткая. Сердце у него бешено колотилось, и он слышал, как его легкие втягивают воздух.

Сглотнув, он скомандовал:

— Греби, Кроу, греби.

— Оно же услышит нас, — произнес Уэбб, — и найдет.

— Оно найдет нас в любом случае.

Несмотря на то что Джил произнес это с излишним спокойствием, он не лукавил. Оно найдет их. Фактически это происходит прямо сейчас. Они могли бы попробовать спрятаться от этой твари, но это не сработает. Если пятнистую обезьяну закинуть на Северный полюс, белые медведи сразу поймут, что она чужая. Так же, как это существо приняло их за чужаков.

Кроу, с мокрым от пота лицом, налег на весла. Тварь неумолимо приближалась. Казалось, она вынырнула на поверхность и с потрясающей ловкостью скользила сквозь переплетенные массы водорослей.

Лишь физическая нагрузка не давала Кроу впасть в панику. Уэбб, напротив, издавал болезненные утробные всхлипы.

Тварь была уже близко.

В носовую часть лодки ударила волна. Окружающие водоросли наполнились едва заметной жизнью. Затем Джил увидел что-то, прямо в том месте, где лучи их фонариков исчезали в тумане. Змеевидная фигура высунулась из воды, а затем нырнула обратно.

Как он и думал, тварь имела огромные размеры. Только это был не кальмар, а какой-то новый ужас.

Примерно на минуту воцарилась тишина. Все ждали, когда тварь снова всплывет, поскольку знали, что теперь это произойдет прямо рядом с «Зодиаком».

Уэбб захныкал еще громче. Кроу перестал грести, схватил багор и сжал его обеими руками, готовый к обороне. Джил взялся за дробовик.

Водоросли зашелестели.

И тут их гостья появилась из воды. Нечто петлеобразной формы, как гусеница-землемер, притом что они увидели лишь верхнюю ее часть — бурого цвета, чешуйчатую и сегментированную, как у многоножки. Затем она снова ушла под воду.

Но не уплыла.

Тварь несколько раз ударила в дно лодки, будто проявляла любопытство. Затем они услышали, как она проскользила вдоль корпуса, издавая глухую дробь, когда ее сегменты задевали киль.

Уэбб полностью утратил рассудок. Он издал короткий тоненький писк и кинулся на дно «Зодиака». Кроу отбросил его в сторону, когда тварь снова вынырнула из воды. Он замахнулся на нее багром, и крюк глухо ударил по бронированным щиткам.

«Давай же, давай же, — неожиданно для себя мысленно произнес Джил, — Покажись, напади... ты же знаешь, что сделаешь это».

И в следующий момент тварь бросилась в атаку.

С играми было покончено.

Она выскочила из мутной воды, словно кобра, изготовившаяся к удару. Поднялась на добрые двенадцать футов, опутанная водорослями. Ее нижняя часть была бледная, как сыр, и состояла из подрагивающих мягких пластинок. По внешним краям туловища росли ряды смертоносных крюков, похожих на лапки сороконожки, — только это были не лапки, а именно крюки, предназначенные для того, чтобы хватать и удерживать добычу.

Джил успел увидеть это за те мимолетные секунды, пока держал в руках дробовик. Тварь смотрела на людей в лодке подрагивающими во влажных глазницах глазами, что размером и цветом напоминали зрелые сливы. Затем ее тройные челюсти раскрылись, явив розовую слюнявую пасть, усеянную похожими на шилья зубами.

И тогда Джил выстрелил в нее.

Вспышка выстрела была ослепляющей, а звук, словно раскат грома, эхом разнесся над водорослями. Тварь издала пронзительный крик, выдохнув облако горячего воздуха, пахнущее гниющим илом.

Джил выстрелил еще раз — и еще.

Тварь скрылась под водой, а Кроу принялся грести как сумасшедший, пытаясь максимально удалиться от нее, прежде чем она предпримет контратаку. Джил боялся, что тварь ударит снизу и выбросит их всех в море.

— Греби, ради бога! — крикнул он Кроу, дробовик у него в руках ходил ходуном. — Греби!

Кроу продолжал работать веслами до тех пор, пока они не вырвались из самых плотных зарослей и не увидели несколько открытых каналов. Туман сгустился, и они оказались невидимыми не только для твари, но и друг для друга.

ПОКА ОНИ ПЛЫЛИ, Джила снова охватило странное и загадочное чувство дежавю. Оно заполнило разум образами и воспоминаниями. Но потом исчезло, именно в тот момент, когда он уже мог увидеть во всем этом смысл. Остался лишь один образ — болезненно-желтый, перекошенный от боли лик. Рот открывался и закрывался, будто пытался кричать, глаза лопнули, и кровь из них образовала капли, которые тоже лопались одна за другой.

А потом видение исчезло.

«Просто воображение разыгралось, — предупредил он себя.— Уже не в первый раз твой разум вытворяет в этом месте всякие безумные вещи, и уж точно не в последний».

Он понимал, что лучше не брать это в голову. В тумане и водорослях существовали реальные ужасы, и, если думать о них, о том, чего не видишь, они могут вывести тебя из строя, превратить в дрожащее, окаменелое существо.

Уэбб захныкал.

— О нет, только не снова, — произнес он. — Пожалуйста, только не это.