Чтение онлайн

Когда Виктор пришел домой побитый, она испугалась. И за него, и за то, что он тоже пошел по стопам отца. Мало ли, о чем сын говорил ей, сам он может быть отца считал крутым и собирался ему подражать. Когда он сорвался на ночь глядя искать кого-то — она не особо даже верила в красивую историю о потерявшемся в лесу мальчике. Но Виктор не соврал. Виктор совсем не был похож на своего отца, наоборот, теперь она убеждалась, что он рос похожий на нее — такой же волевой.

— Хорошо. Пойдем посмотрим на твоего друга, — вздохнула мама. — Только посмотрим.

Глава 11

Слежку Кай почувствовал еще от ворот больницы, у обшарпанного пропускного пункта. В больничное крыло, где лежали пациенты, можно было попасть только через него и в строго определенное время. Вегу еще выпускали в сквер около корпуса на прогулку, и пообщаться они могли без посторонних. Кай приносил ей книги, которые ему понравились, а у нее иногда забирал тетради. Вега писала много самых разнообразных реальностей — больше ей в больнице делать было нечего. И писала все в тетрадках, и показывала их теперь только Каю. Даже Виктору больше не давала их читать. Кажется, была какая-то история, когда Виктор несколько лет назад прочитал одну из предложенных ему историй и оценил как: «нормально». Он не узнал в Акроссе себя. Да и в Веге не узнал свою девушку, которая раз в полгода уходила на пару месяцев в больницу, на обследования.

Встречались они как-то лениво, да и никто из них никогда не называл это отношениями. Вега, она же Настя, после каждого исследования боялась, что ее положат в больницу и отпустят оттуда только ниже, в морг. Виктор, наверное, чувствовал то же. Им обоим казалось, что у этой связи нет будущего, и никто не был против, если другая сторона заведет, более настоящие отношения. А познакомил их именно Кай.

Каю пару дней назад исполнилось пятнадцать.

Ощущение слежки отпустило его около ворот больницы, но стоило ее покинуть, выйти на улицу — как оно вернулось. Был последний месяц лета, солнце пекло уже не так сильно. Больница располагалась за городом, у кромки леса, а все же напротив нее стояли многоэтажные дома, крупные магазины, и понять, кто именно за ним наблюдает так пристально, что аж затылок зудит, Кай не мог. Это раздражало. Пас его кто-то настолько искусно, что Кай даже заподозрил, не вернулась ли в город Вера. Но Вера была прямолинейной, да и для кого она могла следить? Для Виктора? Тот, во-первых, знал, что Кай пошел навестить Настю, а во-вторых, у него не было причин приставить к Каю со своей девушкой соглядатая.

Кай дошел до остановки, причем специально до той, транспорт с которой уходил в другую сторону от его дома. Дождался первого же троллейбуса, без спешки вошел в заднюю дверь и там, сложив руки на груди, остался ждать спиной к окну напротив двери. Перед самым отправлением в дверь ввалились трое — запыхавшиеся, некоторые даже сконфуженные, а другие — Хаски.

— Ладно Катя, — устало начал Кай учительским тоном. — Но вы двое вроде как взрослые люди.

Руслан отдышался первым, даже отрицать не стал:

— Мы просто пытались выяснить, твоя это девушка, твоего брата или вы по очереди у нее?

Кай нахмурился больше, глянул в сторону Кати, которая теперь смотрела с затаенной надеждой, при этом еще и стараясь делать вид, что ей все равно.

— Она наша подруга, — выкрутился Кай. — И она очень серьезно болеет. Пожалуйста, не шути так больше.

— Но я тоже почти взрослая, — запоздало возразила Катя. Троллейбус ехал плавно, как по воде, даже в повороты вписывался мягко, словно танцевал. От ожога на шее Кай Гидру, конечно, спасти не мог, зато благодаря нему смог познакомиться. Катя, которую Кай в прошлой жизни знал как Гидру, стеснялась себя, от людей держалась подальше, но друзей ей хотелось. Кай, у которого после всех событий осталась печальная известность, подошел к ней сам и покорил простым: «Привет, ты одна?» Весь этот мир складывался как нельзя лучше, не говоря уже о том, что были живы Виктор, Вера, Игорь. Вера, правда, закончила школу милиции, потом раскрутила каких-то два громких дела еще будучи стажером в областном городе, после чего ее карьера пошла вверх, появились связи. Если изначально они собирались работать вместе с Игорем в одном отделе, то теперь в этом городе Вера появлялась раз в месяц, а то и два.

А Каю повезло. Когда он оказался в детском доме, вдруг появилось много людей, которые хотели взять его в семью. Кай боялся даже не их и повторения, он боялся себя, и что никакой семьи больше не примет. Но как-то Виктор пришел навестить его с мамой. Галина Николаевна выглядела уставшей, отвлеченной. Казалось, что ей скучно, и пока Виктор и Кай разговаривали, она сидела за столом и только наблюдала, разве что на часы не посматривала…

Виктор потом рассказывал, что первыми ее словами, как только они вышли за ограду, были: «Какие документы нам понадобятся, чтобы забрать его?»

Вот так вот. При живом и здоровом Викторе. Единственное, что тому пришлось сделать — поступить в институт в другом городе, и уехать туда в общежитие. Так он освободил Каю комнату, что тоже положительно повлияло на комиссию. К тому же и Кай говорил, что хочет только в эту семью, что никто больше не нужен… все равно сбор документов, споры, тяжбы заняли год, которого Виктору хватило, чтобы закончить школу. И поступил он все-таки в юридический, лелея мечту пойти работать в полицию.

Кай боялся за него. Не из-за выбора, а из-за того, что все шло неправильно. Виктор учился на другую профессию и в другом городе, Кай не знал, какие опасности могут ждать его там. Но все обошлось. Возможно, потому что и Вера училась там же. Да и Игорь поступив тут, вскоре тоже перевелся в тот город — то ли к друзьям поближе, то ли хотел сбежать от отца, его квартиры, и этого города. Его проблемы с алкоголиком-отцом никуда не делись, просто он смог от них отвлечься.

После института Виктор вернулся в этот город, сейчас они с Каем делили комнату, хотя Виктор и копил на отдельную квартиру, чувствуя, что стесняет теперь, когда от него отвыкли. А Кай снова подозревал, что цены на жилье поднялись потому, что он хотел подольше побыть младшим братом. Да и работал Виктор помощником юриста, а не в полиции — и маму не пугал, и Кай был за него более-менее спокоен. Барс устроился участковым, и о работе рассказывал так, словно кроме смешных ситуаций там не было ничего, хотя Кай и понимал, что это не так.

Кай спокойно сел на сидение, лицом к друзьям, спиной к движению. Место у окна оставил свободным, и Катя заняла его скорее по привычке — в последнее время они вместе ездили именно так, разговаривая все больше о том, в какой институт поступать и где учиться — в их городе или перебираться в другой. Но Кай не хотел быть обузой, а Катя, кажется, наконец лучше рассмотрела Виктора.

— Вы могли бы просто спросить, — продолжил Кай. — Я нервничаю, когда за мной следят.

— Часто следили? — тут же отшутился Руслан, и Катя засмеялась, ее не остановил даже мрачный взгляд Кая.

— Саша притягивает странных людей, — пояснила Катя. Кай тут же отомстил:

— Поэтому с вами дружу.

— Чем я странный? — впервые подал голос Дроид, которого Кай последние годы знал как Мишу. Он до сих пор иногда сбивался и называл их прежними прозвищами, но друзья относились к этому как к выдумке, иногда даже откликались, но только чтобы не обидеть.

— А с тобой не дружит, — фыркнул от смеха Руслан. Он, как и Тим, изменился в лучшую сторону. Был такой же задиристый и наглый, но больше не казался опасным. И даже к остальным из компании Руслан относился без прежнего пренебрежения.

Из какого-то озорства, не иначе, на остановке в центре города Катя выпихнула Кая с сидения, потом резко вытащила в закрывавшуюся дверь, а Хаски и Дроид, ошарашенные, уехали дальше. Их лица за стеклом троллейбуса были бесценны, Кай даже рассмеялся вместо того, чтобы с грозным видом спросить, что же это было.

Погода была по-прежнему ласковой, хорошей, Кай подумал — почему бы и не прогуляться.

— Ты же соврал насчет подруги? — сразу начала Катя, и стало понятно, почему она вытащила его одного. Надо было поговорить, и лучше без постоянных подколок Руслана.