Чтение онлайн

— Я надеюсь, что ничего интересного больше не будет, — всерьез заверил Виктор.

— Конечно, ты надеешься. Ты-то у нас теперь знаменитость? — проворчал Игорь, скрестив руки на груди. Виктор поморщился, наклонил голову к плечу, переспросил:

— Что?

Игорь достал свернутую и по бокам разлохмаченную газету из тех, что выпускали в масштабах одного города. Как она к нему попала — непонятно. Может быть с кем-то из работников приехала из города или окрестных деревень. Статья была на половину страницы, зато заголовок провокационный: «Сбежавший от родителей-убийц ребенок был найден неравнодушными волонтерами». Вера заглянула ему через плечо, чтобы рассмотреть статью. Там была одна единственная фотография — Виктор и вцепившийся в него ребенок, лица не видно, да и само фото темное. У Виктора дернулся глаз. Как назло сам он был отлично виден.

— Как вас вообще туда понесло? — продолжал Игорь. — Что-то не помню вас в волонтерах.

— Друзья из кружка там состоят. Мотаются в область, а иногда и в соседние. Людей ищут, — рассказала Вера, все еще вглядываясь в статью. — Тут позвонили и говорят: люди нужны. Если кто есть — зови. Парень в лес сбежал, мелкий совсем. А там и болота рядом… Да и парень, говорят, не просто так сбежал. Может сам в эти болота и пойдет топиться. Мне почему-то сразу понятно стало, что это он. Только переспросить оставалось.

— Ну да… ты у нас единственная, кто его матери не верил, — припомнил Игорь. Вера взглядом мазнула так, словно поблагодарила. Волосы у нее отрастали медленно, и когда Игоря пришли звать к гостям, сказали: «Там два парня к тебе пришли».

— А толку? Да и когда Саша сказал, что она стала добрее, я тоже расслабилась.

Виктор продолжал вчитываться в статью, поднеся ее едва ли не к самому носу. Игорь наблюдал за ним снисходительно.

— Где он теперь?

— В детском доме, — пожала плечами Вера. Игорь как-то сразу поник, предположил:

— А бабушки? Дедушки?

— Отец упирал на то, что сын не его. А со стороны матери уже никого нет. Удивительно, как быстро люди отказываются от родственников, когда понимают, что кровно с ними не связаны, — задумчиво произнесла Вера, попыталась забрать у Виктора газету, но тот увернулся. Он больше не читал, только смотрел внимательно на фото, произнес ошарашенно:

— Он так цепляется… я ведь никто ему. И он нас спас. Если бы не та авария, его бы правда в болоте схоронили, и мы бы ему ничем не помогли…

Игорь наблюдал внимательно, потом проговорил задумчиво:

— Папаша мой тот еще алкаш. И мамы нет… Ну и я вряд ли смогу его взять.

— Хватит говорить так, словно он щенок, — поморщилась Вера.

— А ты? — предложил Игорь вполне серьезно, что уже не было на него похоже.

— А что я? Слушай, после этой истории там очередь на усыновление. Так всегда бывает — дети, тихо сданные в приюты не вызывают интереса. А про него в газете написали. Да и парень хороший. Без нас разберутся.

— Не хочу, чтобы без нас, — внезапно вклинился Виктор, неуверенно отдал газету Вере, но смотрел на черно-белые страницы как-то тоскливо. Игорь поднял руки, словно успокаивал буйного, ладонями вперед:

— Спокойно, мужик. Не без нас, так не без нас. Найдем его новых родителей и объясним, что он под нашей охраной. Я ради такого даже из армии сбегу, автомат прихватив для острастки.

— Игорь, договоришься там, — предупредил дежурный из будки глухо, изобразив серьезность.

— Вы его хоть навещаете? — тут же сменил тему Игорь. Вера кивнула, Виктор ответил:

— Да, бываем у него. Выглядит каким-то… отрешенным. Словно самое страшное-то позади, а зачем его преодолевал — непонятно.

— Ну… привет ему там от меня, — скомкано попрощался Игорь, заметив, как стучит по часам на руке дежурный. — Газетку так и быть, себе оставьте.

* * *

— Мам, взгляни.

У матери Виктора не плече висело кухонное полотенце, но руки она от неожиданности обтерла об себя. Газету взяла, статью, конечно, увидела сразу, но уже после заголовка отложила ее на тумбочку. Виктор стоял, прислонившись спиной к входной двери, словно еще куда-то собирался.

— Мы уже об этом говорили, — вздохнула мама. — Я очень рада, что с мальчиком все в порядке и что нашел его ты… но ты часто стал куда-то впутываться. Драки, сбежавшие дети…

— Я наконец-то полностью ощущаю себя живым. Полезным. Знаешь, Вера собралась после школы учиться на милиционера. И я подумал, что… это хорошая идея. Я мог бы приносить людям пользу.

— Ага. Пользу приносить. Где, в милиции? — устало, все еще глядя в статью, а точнее на фотографию, заметила мама. — Инженер тоже профессия полезная. Или думаешь иначе?

— Думаю, что… — начал Виктор, но не решился, снова забрал порядком потрепанный листок себе, развернул к матери. — Как думаешь, если я буду подрабатывать, потянем взять его в семью?

Мама вздохнула, как мог бы вздохнуть дракон при виде явившегося по его сокровища рыцаря.

— Витя, — вместо ответа произнесла мама, и тон должен был подействовать как ведро ледяной воды за шкирку, но Виктор смотрел прямо, расправив плечи и не отводя взгляда. Так просто от него было не отделаться.

— Я иногда навещаю его. Сходишь со мной? Просто посмотришь на него.

— Его усыновят, и он снова будет счастлив, в нормальной семье. Где есть мама и папа. Может даже и другие дети.

— А я не могу доверять другим. Я знаю, что ты его не обидишь. Что я смогу его защитить. А про другие семьи я не знаю, — упрямо напирал Виктор. Казалось, он даже стал выше.

— Ну что за глупости. Если ему с родными так не повезло, не может же и с приемными не повезти… Смотри, люди жаждут забрать его к себе, окружить заботой и любовью. Я не жажду. Мне тебя хватает. Придумал вот тоже…

— Просто сходи со мной. Я обещал вас познакомить. Просто показать, что бывают хорошие и любящие матери.

— А то он не видел.

— Но я хотел показать тебя, — упрямо продолжал Виктор. Он не выпрашивал, он говорил серьезно и твердо, и мама смотрела удивленно. Она вдруг впервые поняла, что сын и правда не ребенок уже, скоро закончит школу. Что сын вырос, а она и не заметила. И первое же его волевое решение — ввязаться в трудности с чужим ему человеком, но оставить этого человека рядом с собой. Изменения в нем отдавались одновременно и печалью, и гордостью.