Когда кончаются игры
Шрифт:
— Надеюсь, для Гидры не нужно кровать уступать? — подал голос Хаски, потягиваясь. Была уже поздняя ночь, готовая перейти в раннее утро.
— Кстати, а где она? — осмотрелся Дроид. Включился телевизор, на экране которого появилась Гидра. Пропустив ответ на этот очевидный вопрос, она сказала уже Хаски:
— Я могу поспать в мониторе, не волнуйся.
— Конечно, милая, всё для твоего удобства, — махнул рукой в воздухе Хаски. Дроид, обращаясь к капитану, шёпотом спросил:
— Она не тут?
— Она везде. Она электронный разум. Очень удобно против человека, который может видеть сквозь одежду.
— Да ладно, я же шутил. В этих очках я вижу, как обычный человек. Но их можно корректировать.
— Я взгляну? — попросил Кай, заглядывая снизу вверх с надеждой. Дроид пожал плечами, сел на диван, опустив руки на колени. Когда Кай снял с него очки — веки были закрыты, Дроид открыл их медленно, и это не было похоже на глаза обычного человека. Как голограмма над ними выходили за пределы глазниц круги с данными, будто это было вывернутое видение киборга.
— Даже голова закружилась, — неловко улыбнувшись, произнёс Дроид. Все смотрели на него, следя за меняющимися данными, за письменными комментариями на кругах.
— И оно не выключается? — спросил заворожённый Кай. Будто такое зрение было куда лучше бессмертия.
— Только очками, — повернулся к нему Дроид, и на ободке высветилось имя и «Известен как проект K.A.I».
— Для снайпера отличное умение, — хмыкнул Хаски, как если бы тоже завидовал. — Сможешь уложить близнецов с двух рук?
— Спрашиваешь, — улыбнулся Дроид и, забрав очки у Кая, снова их надел. — Как белок — в глаз, с расстояния в сотню-другую метров.
— У нас неплохая фора, — подметил Хаски. — Вирус, снайпер с абсолютным зрением и бессмертный капитан.
— А у Хаски какая способность? — опомнился Дроид.
— Никакой, — оскалившись, развёл руками тот.
— Железная рука и собачья преданность, — возвращаясь к превращению дивана в кровать, ответил Кай. — Собственно говоря да, ничего особенного.
— Так что ты там сделал за такую фору? — продолжил прерванную мысль Хаски. Кай на секунду замер с подушками, но, проигнорировав, снова облагораживал диван. — Я, конечно, могу предположить…
— Попросил, — быстро произнёс Кай, не оборачиваясь. — Мне сложно будет покинуть игру, если я попаду в ловушку. Допустим, вас всех убивают, и я остаюсь заперт в этой игре: на операционном столе, подопытным кроликом.
Несколько секунд все молчали, пока Кай как скатертью накрывал диван одеялом.
— Мы за тобой вернёмся, — наконец нашёл слова Хаски. — Она не даст тебе остаться тут.
Когда погас свет, Хаски закрылся в спальне, Дроид лёг первым. Кай укладывался спать у края, взбивал подушку, набитую чем-то вроде пенопласта, и замер, заметив, что рядом материализовалась Гидра. Не просто появилась, а лежала на его половине дивана, отчего тот стал слишком узким.
— Ты собиралась спать в мониторе, — напомнил Кай.
— Хм. Тебя это смущает? Я же просто голограмма.
— Прекрати заигрывать, — попросил Кай. Он даже спихнуть с дивана её не мог, рука прошла бы мимо. — Зачем ты это делаешь?
— Пытаюсь понять границу твоего личного пространства. Собака в твоей кровати тебя не смущает.
— Вообще разные вещи, собака и девушка в кровати, — заметил Кай. Дроид поднялся, тяжело вздохнув. Снял очки, осмотрелся и, переступив через Кая, выключил один из приборов в комнате, и тут же Гидра исчезла.
— Спокойной ночи, — перешагнув Кая обратно, пожелал Дроид.
* * *
На утренний звонок в дверь Хаски среагировал, вышибив изнутри свою, ведущую в спальню, и уже готовился с пушкой выгонять незваного гостя. Но Кай, стоявший у двери, осадил его почти разочарованным взглядом и нажал «открыть». В квартиру вплыл даже не человек, а небольшая тележка с посылкой. Она остановилась подождать, пока Кай распишется в получении и сгрузит коробку на пол. Хаски продолжал стоять с пушкой наготове, пока не закрылась входная дверь.
— Не волнуйся, — рядом со спальней возникла Гидра. — Если нас попробуют атаковать, я узнаю об этом за полчаса до их приезда.
— Ты что, шмотки с ебея на мой адрес заказываешь? — дошло до Хаски, когда Кай вскрыл коробку. Сонный Дроид, сидящий на диване, почёсался, глядя без особого интереса и даже не снимая очков, чтобы изучить лучше посылку. Кай и в самом деле извлек тёмную одежду, типовую белую рубашку, ещё какие-то мелочи.
— Ты уже достал. Мой мотоцикл, моя квартира, моя спальня… Уж извини, что я бездомный, но с одной рукой ты тоже вряд ли бы на такую квартиру заработал, — Кай разложил вещи на две кучки, не поворачиваясь к Хаски. Тот зевнул, сел на диван так, что Дроид подскочил и окончательно проснулся. И Хаски сказал то, чего от него никто бы не ожидал:
— Что-то не помню, когда мы успели пожениться.
Даже Кай, до этого державший на вытянутых руках запакованную светлую рубашку с приложенным к ней тёмным галстуком, обернулся, чтобы наконец взглянуть на него, но переглянулся с Дроидом. Тот пожал плечами — видимо, Хаски думал, что сам может шутить на эту тему, но кто знает, что было бы, попробуй выскажи эту мысль Дроид или сам Кай. Они соблюдали те границы, при которых всем в команде комфортно. Хаски частенько задирал Гидру, но всем было ясно, что шутить он мог жёстче и куда обиднее. И всем интересно, что такого Хаски увидел в прошлом Кая, но никто не станет спрашивать об этом капитана. Команда интуитивно не шутила о привязанности Хаски к Каю.
— К вечеру у нас будет… не знаю, как сказать. По сути вечеринка, на деле небольшое задание, — Кай вернулся к вещам, положил рядом с Дроидом кучку тёмной одежды в целлофановой упаковке, около Хаски такую же.
— Тут? — переспросил Дроид, осматриваясь. Квартирка была небольшая, их здесь четверо, а уже чувствовалось, что тесно.
— Нет конечно, — Кай открыл гладильную доску, коснувшись стены, вывалил на неё содержимое своего пакета.
— Почему мы в чёрном, а у тебя деловой костюм? Мы идём грабить банк, а ты будешь как бы делать в него вклад? — скептически спросил Хаски, рассматривая свои вещи: тёмный пиджак с высоким горлом.
— Нет. Просто я ваш босс. А вы мои телохранители.
В тишине Дроид снова зевнул, подхватил свой свёрток и пошёл в ванную примерять.
— Кто-то перед игрой предлагал выбрать другого капитана, — напомнил Хаски, но не злился, наоборот ухмылялся, наблюдая за тем, как осторожно гладил рубашку Кай. — Босс, не хотите мой пиджак тоже погладить? А то я не умею.
— Хочешь сказать, ты настолько несамостоятельный, что тебе рубашки до сих пор гладит мама? — Кай даже обернулся, чтобы увидеть выражение лица Хаски после этих слов. Вместо этого в него полетел пиджак, скомканный и втиснутый обратно в тот пакет, в котором приехал.