Чтение онлайн

Она не сообщает мне ничего личного - только описывает характер и привычки основных игроков.

Мне нужно знать, на что обращать внимание.

Потому что, когда знаешь, что искать… можешь увидеть все.

И именно Тео стала настоящей загадкой.

Она изменилась. Я не могу объяснить, но сейчас она кажется… не такой жизнерадостной. Но и более стойкой, в ней появились кусочки кремня. Раньше она была такой пугливой, что можно было заставить ее выпрыгнуть из окна, просто рявкнув на нее.

Я был впечатлен тем, что она дала мне отпор на вечеринке. И еще большее впечатление произвело то, что она изменила свое мнение, когда трезво взглянула на факты.

Ангусу на нее наплевать. Если бы ему было не наплевать, он бы никогда не позволил ей ездить в этой смертельно опасной Кэмри. Он бы не изводил ее до тех пор, пока темные круги под глазами не стали бы глубокими, как отпечатки больших пальцев.

Я помню, как он разговаривал с ней на вечеринке - снисходительно, как с дерьмом.

Да, мне действительно не нравится этот парень.

На самом деле, я с удовольствием заберу его деньги.

Но не сейчас. Ангус не дурак, люди каждый день пытаются засунуть руки в его карманы. Здесь потребуется деликатный подход.

Вот почему я не раздражаюсь на Тео. На самом деле, я рад, что у нее появился хребет. Я уже вложил в эту сделку месяцы работы, не говоря о каждом гребаном пенни, которым владею. Я не могу рисковать тем, что все это рухнет при первом же признаке давления.

– Ты уверена, что готова на все это?
– Я смотрю на нее через стол.
– Я не хочу, чтобы ты сломалась на полпути…

Тео откладывает недоеденный кусочек и хмурится.

– Я хочу этого так же сильно, как и ты. Возможно, даже больше.

Я в этом очень сомневаюсь.

– Отстойно работать на Ангуса?
– Спрашиваю я, улыбаясь.

– Ты даже представить себе не можешь.

– Ты уверена? У меня неплохое воображение…

Я на мгновение опускаю глаза, убеждаясь, что да, Тео все еще выглядит как суровая деловая балерина, и это чертовски горячо. Когда я возвращаюсь к лицу, ее щеки снова украшает милый розовый румянец, что заставляет меня желать сделать его еще ярче.

Она говорит:

– Однажды я описалась, потому что он заставил меня четыре часа записывать его сны.

Это ужасно, но я не могу удержаться от смеха. Слава богу, Тео тоже в конце концов улыбается.

– Я не могу решить, что хуже… описаться или слушать чьи-то сны?

– Не просто слушать… делать заметки. Страницы записей… - Тео очаровательно надувается, выпятив нижнюю губу.
– Ну и ладно. Стул, который я испортила, был его любимым, так что в итоге я посмеялась последней.

Я фыркаю. Тео на мгновение выглядит испуганной, а затем довольной тем, как сильно она меня рассмешила. Непослушный локон выскальзывает из ее хвоста, коснувшись края брови.

Я не тянусь через стол и не поправляю его - приберегу это дерьмо для случая, когда Ангус будет смотреть. Но желание сделать это не покидает меня.

– Ангус уже смотрит участки, - предупреждает меня Тео.

– Я все улажу, не говори ему, чем я занимаюсь, и уж точно не упоминай о земле.

Тео хмурится на меня, ее очаровательная версия хмурого взгляда пугает не больше, чем рассерженный котенок.

– Ты всегда так ведешь дела?

Я пожимаю плечами.

– Каждая сделка уникальна. Это чертовы джунгли; единственное постоянное условие - нужно все время импровизировать. Выигрывают те, кто умеет быстро реагировать, когда что-то идет не так, потому что именно это всегда и происходит. То же самое будет и с тобой, когда ты откроешь свой ресторан - знаешь, восемьдесят процентов из них закрываются в первые пять лет.

Тео поднимает подбородок.

– Только не мой.

Снова этот огонь, такой хрупкий, что кажется, будто дуновение может его погасить, но он всегда вспыхивает снова.

Я поднимаю свой бокал, чтобы произнести тост.

– За победу над трудностями.

По лицу Тео пробегает искренняя улыбка. Не так уж много таких улыбок я от нее добился. Она начинается медленно, но уверенно становиться ярче, обнажая ряд красивых зубов и крошечную ямочку с правой стороны.

Тео поднимает свой бокал и чокается с моим.

– За победу над трудностями.

Тео

Утром в день вечеринки на яхте я обнаруживаю под дверью заляпанный грязью конверт, в котором сообщается, что управляющая компания услышала многочисленные жалобы на огромных тараканов и наконец-то проведет дезинфекцию.

Это кажется хорошей новостью, пока я не понимаю, что они ожидают, что мы освободим квартиры на целую неделю.

Черт.

Снять отель мне не по карману. Я могла бы спросить Мартинику, могу ли я остановиться у нее, но она живет в студии еще меньше, чем моя. Ее кухня, спальня и ванная - это одна комната, с пластиковой занавеской и примерно двумя футами пространства, разделяющего душ и кровать.

Я испытываю то самое горькое чувство, которое возникает, когда вспоминаю, что кроме Мартиники у меня действительно никого нет. Никого, к кому я могла бы обратиться в крайнем случае. Никого, на кого я могла бы положиться, если заболею или получу травму. Даже если бы у меня были действительно хорошие новости… нет человека, с которым я могла бы поделиться радостью.

Как я стала такой одинокой?

Эта работа точно не помогает. Я уже несколько месяцев не ходила на свидания.

Возможно, именно поэтому мои гормоны были чрезмерно активны, когда я вспоминала о Салливане.

Он, вероятно, даже не так хорош собой, весь такой угрюмый и брутальный. Если бы у меня недавно был секс, он был бы всего лишь… вздох. 12/10.

Он заедет за мной сегодня утром, и мы вместе отправимся на причал. Знаете, как делают парень и девушка.

На мне то, в чем я обычно посещаю яхту, - длинные джинсовые шорты и топ в морском стиле. То есть это футболка с красными полосками, так что, возможно, я больше похожа на гондольера, но это все равно подходит.

По крайней мере, я так думаю, пока Салливан не стучит в мою дверь на двадцать минут раньше.

Я удивлена, увидев, что у него в руках два кофе, а также бумажный пакет с жирными пятнами и чем-то райски пахнущим внутри.

Я уже не помню, когда в последний раз кто-то приносил мне кофе. Это даже более странно, чем то, что я собираюсь на яхту.