Манекен за столом
Шрифт:
— Замечательное место… — прошептал он. — Но его не остановить.
— Кого? — спросил я.
— Шоу. Я высмеивал в своих книгах все недостатки, но пусть они будут. Но не будет шоу…
Рассуждения его становились все бессвязней.
День города закончился. Везде валялись обертки. На террасе пустого кафе я обнаружил Ядра. Таким пьяным я его еще не видел. После торжества его голова моталась из стороны в сторону. Несло от него, как от пивной бочки.
Дома он произнес, очень спокойно, с закрытыми глазами:
— У мэра гости. Дар из трущоб.
— Ну конечно, — в тон ему сказал я.
— А с Топ я поговорил. И звезда уехала.
Конечно же, подумал я, все были на приеме. А я был рядом и не воспользовался случаем.
— Тебя она не ценит!
— Что ты ей нагородил?
— Разделался с иллюзиями этой высокопоставленной особы.
— Со всеми?
— Долой завесу! — осенило Ядра.
Он открыл один глаз, увидел, где он, и уснул. Долгий телефонный звонок прорезал ночную тишину. Я взял трубку, так, словно прикидывая, сколько она весит.
— Привет! — послышался из нее веселый голос Витамина. — У меня к тебе просьба. Мне нужно попасть в развал.
Красный автомобиль ожидал у вокзала. Все прошло, как нельзя лучше. Я не успел повернуться, как смуглые самонадеянные иноземцы выскочили обратно из кустов, где был пролом в трущобы, как ужаленные, проскакали мимо меня, обгоняя друг друга, а за ними из кустов вылезла все та же потешная желтая продавщица, как чей-то потерявшийся котенок. В аптеке мелькнул тусклый огонек. Красная машина была брошена на произвол судьбы.
Мы заблудились. Солнце палило немилосердно. По горизонту струилось сиреневое марево. Я не понимал, куда делась дорога. Спутники Витамина из машины не выходили. Оба они, белесые, сдержанные, с твердыми взглядами за стеклами очков, молодой и старый, неотступно сопровождали злостного банкрота повсюду.
Ядро с Секрет тоже не покидали просторный салон, удобно устроившись сзади.
Ядро увязался, чтобы оградить Витамина от мрачных, насупленных сопровождающих, которые были его кредиторами и не обращали внимания на худенького паренька в потрепанной майке. На то, что мы заблудились, пытаясь объехать трущобы, обездоленному Ядру было наплевать.
Но опасения оказались напрасными. Машина вскоре выехала на ровную автостраду, уносящуюся вперед, как стрела. Странно было видеть такую прекрасную дорогу в совершенно безлюдной пустыне, поросшей вымирающими колючками.
На горизонте просматривались скалы, все время на одном месте.
Я не верил во всю эту затею. Никакого изъяна нет. Куклы истлели. Всех ждет разочарование.
Местность была по-прежнему пустынной, небо было блеклым, будто отутюженным бесконечными ветрами.
Вскоре мы подъехали к каким-то постройкам. Домики, похожие на игрушечные, были выстроены в ряд.
С краю на самом солнцепеке возле фанерной будки, сколоченной явно наспех, расселся старик, заросший щетиной.
«Самая лучшая в мире модель», — гласила правдивая надпись из большущих букв дугой.
Кредиторы раскрыли рты.
— А? — Старик дернулся, подняв лицо с мутными от сна глазами. — Кто здесь?
И дедушка Эффект с трудно сдерживаемой радостью поздоровался, долго тряся каждому руку обеими руками.
— Добро пожаловать, добро пожаловать…
У будки за полуоткрытыми ржавыми воротами в тенистую чащу уходила колея, густо поросшая непримятой травой. Диета и Пируэт колебались.
Они тормозили повсюду, делая припасы. Пируэт все переживал, что цивилизация за углом свернется.
Кредиторы сразу поняли, что к чему в этих аттракционах, и устремились на штурм казино.
— Мы в расчете, — с надрывом сказал Витамин. — Уф. Влип я было. Главное, я сам все и организовал. Свое падение. Так все вдруг надоело…
В грандиозных вывесках все разом зрелищно вспыхнуло. Искушение было сильным.
Кредиторы успели заработать кучу денег.
Они, упиваясь, бесстрашно ставили любые суммы, зная, что в любой момент, если проиграют, смогут безнаказанно посмеяться над крупье, натянуть ему цилиндр по самые уши, отнять деньги и начать незамысловатую игру вновь. Особенно забавляло это молодого, он заливался смехом, запрокидывая голову.
Никто не мог вступиться за кукол, а сами они совершенно не возмущались. Они лишь выполняли свою работу.
Ядра игра захватила не на шутку.
— Делайте ваши ставки, — сказал крупье.
Ядро сделал и выиграл. Он не ожидал этого и победоносно закрутил головой по сторонам. Из зрителей рядом находилась только Секрет, и она захлопала ему в ладоши.
Крупье снова предложил ставить. Ядро немного запоздал, но все прошло гладко, и он опять не подкачал. Секрет с интересом наблюдала. Ядро напрягся, но от него ничего не зависело, он продолжал дозволенно выигрывать.
Глаза у Секрет лихорадочно блестели.
— А ты почему не играешь?
— А зачем? Все равно ничего не выиграешь, — сказал я.
— Деньги фальшивые?
— Не фальшивые. Ненастоящие.
— Как интересно, — сказала Секрет. — А разве это не одно и то же?
— Фальшивые запрещены. А ненастоящие часть игры. В игре они как настоящие. Но в итоге все равно станут ненужными.
— А игру можно остановить?
— Конечно. Если проигрываешь, например.
— А ты попробуй.
Я нехотя метнул кости, вернее, обронил их, просто так, но крупье заметил. Среагировал. Я сразу проиграл.
— Делайте ваши ставки, — сказал крупье.
Одумавшись, я покачал головой.
— Неохота.
— Тогда платите. Платите, — с нажимом повторил крупье.
— Ты что, не понимаешь? — тихо, чтобы не привлекать внимания, сказал я ему. — Не собирался я играть.
— Вы должны заплатить, — вмешался старый кредитор, сразу став строгим, хотя только что этот сухарь развлекался, как расшалившийся школьник.
— Зачем тогда надо было начинать? — заявил и молодой. — Без желания.
— Случайно вышло. Что смотреть на это? Ведь это всего лишь игра.
— Вот именно. Во всем должен быть хотя бы формальный порядок, — заметил старый кредитор. — И в игре тоже.
Если бы не они, простак крупье, скорее всего, отстал бы.
— Эй, фантики, — окликнул их Ядро, не отвлекаясь от своей продуктивной игры. — Удача может вам изменить.
На улице совсем стемнело.
— Здесь больше оставаться нельзя, — сказал я.