Чтение онлайн

— Куда направляетесь? — спросил он. — А, понятно.

Вот и все. Все ему понятно. Отвечать ему теперь было уже необязательно, но мы все равно остановились.

— Чем это ты занимаешься? — спросил я и сразу пожалел об этом. Словоохотливый сосед только этого и ждал.

— Привожу двор в порядок. Скоро день города. — К праздникам Хлам относился с благоговением. — А вас что, это не интересует?

— Не интересует, — опрометчиво брякнул Ядро.

— Тоже мне, знаменательное событие, — поспешил поддержать его и я, но, странное дело, несмотря на численный перевес, мы чувствовали себя смехотворно неуверенно против и одного такого экземпляра. За его обтекаемым загривком витали липкие призраки обычаев и традиций, слепая мощь двуличного общественного мнения.

И еще. Раздражал Хлам безмерно своей неуемной хозяйственностью. Вечно он тащит, строит, чистит. Ядро терпеть его не мог. Вот и сейчас ему хотелось поскорее двинуться дальше, но мой сосед, продолжая возиться, не отпускал нас, все выспрашивал, приедет ли Ореол, собираются ли брат с сестрой — я не сразу сообразил, о ком это он — посетить вокзал на выставке.

Независимо от ответов, он моментально делал, наперекор всему, свои выводы.

— Да, кстати. Я был у Абсурда, — сообщил он мне. — Там твоя знакомая.

Ядро, недовольный, стал упрекать меня по дороге, что я готов проболтать все утро с первым встречным.

Я испытывал определенную досаду. Меня заинтересовало упоминание Хлама о знакомой у Абсурда. Но я прекрасно знал, что стоит мне этот поспешный интерес проявить, как шкура Хлам сразу начнет лгать и изворачиваться.

Напрямик его спрашивать ни о чем нельзя.

Но при Ядре я все равно не решился бы и на это, тот и так сверлил меня глазами. Погода испортилась, и Ядро в своей потертой шляпе выглядел настоящим изгоем.

За стойкой выносливо маялся старый знакомец Штамп. Заведение у него теперь тихое, никогда в нем больше ничего не происходит. Он не жаловался. Он был в опале, вместо него вообще хотели установить автоматы.

Но нужен он. Такие, как непоседа Витамин, блеснут и исчезнут, а этот безо всяких данных всегда на месте, как на посту, хотя его по-прежнему обсчитывают даже дети.

У радушного Штампа за спиной пришпилены его, Ядра, фотографии в боевой стойке в бытность несгибаемым чемпионом.

Все здесь было, как встарь, даже поверхности отсвечивали полутонами, в отличие от новомодных баров с их яркой, но утомительной обстановкой.

— Эти тоже с утра пораньше, — кивнул Штамп на ограждение из мишуры.

Яркие сигнальные огни не гасли, освещая целыми днями и без того хорошо видные безлюдные пустые строения с мусором.

Ничего особенного там не было: развал, или изъян, как его иногда называли.

Изъян был закрыт афишами, обнесен гирляндами.

У ворот происходила утренняя смена караула. Из машины спрыгнули танцоры в мятых камуфляжах, просторных, будто не по размеру, лениво, как кули, разминая затекшие члены, будто неизвестно из каких далей прибыли.

Ядро изучал их поверх края бокала. Утро уже не казалось ему таким неблагоустроенным.

Интересно, думал я, про какую такую знакомую наплел Хлам? Надо было выудить у него это, задать пару наводящих вопросов, заставить поработать его неусыпную формальную логику.

Но не хотелось мне спрашивать при неуравновешенном Ядре. Из-за этого я должен теперь гадать. Знакомая… Знакомые разные бывают. Одни передают привет, непременно, другие — не обязательно. А еще, подумал я, есть просто — знакомая.

Абсурда не было, но константы продолжали у него собираться. На улице вдова Абсурда, карга старая, делала вид, что меня не узнает.

Почему-то считалось, что именно я причастен к исчезновению метода. Ни к Лагуне, ни к Ядру таких претензий не было. Ими даже умиляются. Простые, понятные хулиганы.

Ядро пришел в чувство. Больше ему пока ничего не требовалось. Сейчас все афишируют свою занятость. Ядро был не такой.

Штамп, склонившись, сказал мне:

— Тобой интересовались туристы.

Туристы ожидали в серебристой машине. Женщина была с гладко зачесанными блестящими волосами, а рослый мужчина с трудом приподнимал веки, вздергивая высоко брови.

Звали их Диета и Пируэт.

— Проведите нас в трущобы, — сразу сказала женщина.

Туристы были абсолютно серьезны.

— Нам рекомендовали вас.

Пируэт в ожидании ответа держал брови поднятыми.

— Вы обратились не по адресу.

— Значит, вы отказываетесь? — упавшим голосом сказала Диета.

Мужчина сдержанно икнул.

О развале я не думал, хотя часто по ночам смотрел на огни. Сначала городок ломился от туристов. Еще бы. Знаменитое место! Где еще можно совершить познавательную прогулку по музею под открытым небом.

Но странные вещи стали происходить в этом неизведанном музее. Одни туристы пропадали бесследно, совсем, других находили в обезумевшем состоянии.

Все меньше было желающих провести незабываемую ночь в салоне.

Ядро тихо разговаривал со Штампом.

Лаконичные туристы не уезжали. Мне даже не интересно было, кто меня рекомендовал.

Хорошо, что Ядро появился. Я повернулся к стойке. Ядра не было. Туристов тоже. Штамп лишь пожал плечами. Вот так Ядро. Быстро он разобрался.

А ведь его никто не рекомендовал, ревниво подумал я. Ничего, к вечеру явится.

Ядро явился немного раньше — через минуту. Я был в баре один, даже Штамп куда-то отлучился. Ядро сам себе наполнил бокал с верхом.

— Эх, ты! Таких клиентов чуть было не упустил. Хорошо, что я вовремя обо всем договорился.

— О чем?

— Все в ажуре. Мы идем с ними.

— Куда?

— А ты не знаешь куда! Теперь они наши. Ты правильно набил цену.

— Никуда я не собираюсь с ними идти.

Ядро бурно засновал, опять предусмотрительно наполнил бокал за счет заведения и стал убеждать меня в очевидной выгоде намечающегося предприятия, что туристы набиты деньгами, у него глаз наметан, и эти столичные лопухи так или иначе намерены с ними расстаться.

— Интересно, как же ты собираешься провести их? — не выдержав, спросил я.

— Обыкновенно, на лодке.