Чтение онлайн

Марушка сидела на узкой скамье под лубом и сопела забитым носом. Ладью качало. С каждой волной, поглаживающей судно под бортом, девочка все крепче обхватывала котомку, впиваясь в нее побелевшими пальцами. Лицо Марушки приобрело оттенок недозрелого яблока, а рыбина в котомке, на которую она с хищным любопытством заглядывалась утром, вызывала тошноту. Девочка уставилась в рыбий глаз, выглядывающий из-под шнуровки, стараясь обуздать рвотные позывы. Содержимое желудка рвалось наружу, и Марушка впервые пожалела, что наелась досыта.

«Он сказал, что так быстрее, — думала она, — но мы же плывем целую вечность». На пристани Роланд не дал ей рассмотреть широкий челн с вырезанной на носу крылатой лошадью, не разрешил подойти к воде и уж тем более снять сапог и помочить ноги. На борту, под пристальным взглядом раненого, девочка только успела вытянуть руку и потрогать тяжелый парус. А теперь Роланд и вовсе исчез, оставив ее сидеть под украшенным хитрым узором навесом из луба, растянутым от борта до борта, и сторожить котомку с пожитками. «Не вздумай высовываться», — последнее, что она услышала от Роланда, перед тем, как он ушел. Лис посидел с Марушкой за компанию, но потом тоже смылся — обещал отойти на минуточку, а пропал с концами.

Купцы переправлялись в Самбор со своими товарами — все под навесом было забито тюками и ящиками. До девочки доносились только обрывки фраз, да ленивое уханье гребцов — спускались вниз по реке, и крепким мужикам почти не приходилось работать веслами.

Марушка громко икнула и тут же испуганно закрыла руками рот — ладья покачнулась, усиливая и без того гнетущее чувство нудоты. Девочка развязала шнурок, запустила внутрь руку и, выудив нить, подаренную Рутой, спешно запихнула котомку под лавку, утрамбовав для уверенности ногой. Бросила взгляд назад, пробираясь меж ящиков, — за сохранность вещей можно не переживать: среди разнообразия туго набитых мешков, наспех схваченных веревками коробов да грубо сколоченных ящиков, вряд ли кто польстится на побитую временем котомку.

Роланд стоял у носа ладьи, почти скрытый парусом, глядя на искрящуюся под солнцем воду, и девочка даже расстроилась — попасться раненому на глаза, когда он наказал ей сидеть на месте — слишком высокой казалась цена за то, чтобы потрогать резного крылатого конька на носу ладьи. Пришлось возвращаться.

Высматривая Лиса, Марушка успела больно удариться коленом об угол деревянного ящика. Шипя и прихрамывая, она высунулась из-под навеса на другой стороне — среди цветастых, что перья в петушином хвосте, расписных кафтанов высматривала куртку с лисьей опушкой, но ладья качалась на волнах, и всё мельтешило перед глазами, а разговоры торговцев сливались в жужжащий неразборчивый гул. И как велика оказалась ее радость, когда у борта мелькнула рыжая макушка.

— Лис! — девочка шмыгнула к нему, осматриваясь — Роланд не заглядывал под луб ни разу, но она не исключала такой возможности. Впрочем, что может случиться, если он сам признался: путешествие по реке — самый безопасный способ. Не накинутся же на них с кулаками торговцы?

Лис помахал ей. Девочка быстро оказалась рядом с ним и свесила голову за борт — тошнота понемногу отступала. На волнах сверкали отблески солнца и блестели в густой синеве воды чешуёй спин окуни. Солнце припекало в темечко, но Марушка боялась пошевелиться и поменять позу, чтоб снова не замутило. Только протянула руку с ниткой в сторону Лиса:

— Повяжи мне ее, — попросила девочка, не отрывая взгляда от лениво перекатывающихся волн.

— Зачем? — Лис взял грубую нить и покрутил в пальцах.

— Рута сказала же, что оберег… — просипела Марушка, борясь с очередным приступом тошноты. — Вдруг поможет?

— Ага, — хохотнул Лис, — сильно он Руте помог?

Марушка отчаянно взмахнула рукой, глотая холодный воздух над водой.

— Может, травы какой-нибудь пожуй? — предложил рыжий. — Что тебе стоит зелье сварганить от тошноты?

— Где я здесь трав соберу? — выпалила она. — Вяжи!

— Могу по мешкам пошерстить, вдруг что-нибудь годное найдется, — задумчиво протянул Лис.

Услышав бульканье вместо ответа, он подождал немного, а затем обошел Марушку и встал сзади:

— Распрямись хоть, — и когда девочка устало отцепилась от бортика, вытирая губы тыльной стороной ладони, придирчиво цыкнул зубом: — Ну, скидывай платье, я не буду смотреть.

Марушка так резко повернулась к нему, что кончик ее подскочившей косы защекотал рыжему щеку, пролетая прямо перед его лицом.

— Ты чего? — на бледных щеках девочки проступали багровые пятна. — На волосы повяжи!

Лис отскочил на шаг, примирительно выставляя ладони вперед:

— Рута говорила на пояс под платье, я ж слышал!

— Если нитка и правда оберег, то и вплетенная в косу сработает, — решительно заявила Марушка.

Лис скривился, примеряясь к волосам:

— Слушай, я в этих бабских штуках не секу. Может, лучше сама?

Марушка мотнула головой, и тут же развернулась к бортику, свешивая голову.

— Повяжи как-нибудь, — слабым голосом попросила она, — хоть криво, хоть косо, только чтоб держалось.

Лис вздохнул, и пока Марушка опускала голову все ниже к воде, неловко пытался вплести нитку ей в косу. Получалось скверно — то клок волос забывал вплести и он одиноко болтался, то нить путалась, завязываясь в узел вместо того, чтоб плотно прилегать к пряди. На третьей попытке Лис зло плюнул за борт, и оставил волосы в покое. Нить обвязал подруге вокруг головы, как носят очелье. Марушка коротко поблагодарила и почесала лоб — грубая нитка, растрепавшись в пальцах рыжего, теперь страшно щекоталась.

— Красиво как… — девочка перегнулась почти вполовину и потянулась рукой к пенному гребню волны.

Тошнить не перестало, от нитки-оберега покраснел и чесался лоб, но поднимавшаяся от воды прохлада позволяла хоть на время отвлечься от неприятных ощущений. Лис на всякий случай придержал подругу за локоть. Кончиками пальцев поймав брызги, Марушка счастливо засмеялась.

— Обратно давай, — потребовал рыжий, хватаясь свободной рукой за приспособленный вместо пояса отрез ткани на ее платье.

— Погоди, — Марушка наклонилась еще сильнее, подставив Лису вместо локтя теплую ладонь. Угрожающе затрещал пояс, и Лис отпустил его.

— У тебя руки потные, — прошипел он сквозь зубы, оттаскивая девочку от борта, — выскользнешь и свалишься…

— Тут рыбина, — Марушка закусила губу, пристально разглядывая чудную рыбку, кружащую у борта. — Она блестит вся, хочу поближе глянуть…

— Сейчас я тебя пущу, и сможешь с ней даже поплавать, — зло выпалил рыжий, не выпуская ее ладони.