Чтение онлайн

Таисия помахала рукой в воздухе и уже даже не усмехнулась, а скорее кашлянула или слегка подавилась собственной слюной.

— Причём последнее, я про деньги, наиболее вероятно ввиду недалёкости их личностей, — пожала плечами госпожа Шприц. — Уверена, что Рогов с Мелиным спят и видят, как бы я им заплатила за… да за что угодно. Таким образом, с их точки зрения, они меня поимеют в самой жёсткой форме.

— Госпожа Шприц, — едва ли не взмолился Ардан.

— Я иносказательно, Скофский, — поспешила уточнить Таисия. — Если чем мне и импонирует общество магов, так это тем, что вы все так помешаны на своей науке и Звёздах, что мир плотских желаний для вас находится где-то в стороне, — Таисия скосила взгляд на Чаза Наленского, поднимавшегося по холму к уже почти собравшемуся отряду. — Хотя бывают, конечно, и исключения. Я вот чего не пойму, Скофский: вы, маги, столько всего вылечить можете, а поднять свой стручок между ног при помощи магии не в состоянии.

— Очень сложно печатями отрегулировать точное количество азота, чтобы кровь поступила в пещеристое тело и не вызвала остановки сердца, так что для таких целей используется алхимия, которая… — будто на экзамене протараторил Ардан и тут же осёкся. — Проклятье, Таисия. Вы ведь специально!

— Да, — мгновенно отреагировала госпожа Шприц. — Потому что вы, как я уже не раз говорила, меня раздражаете. Так сильно, что я порой в своих мыслях планирую, как бы вас посильнее задеть, но пока что, кроме издевательств над вашим воспитанием, ничего не придумала.

Ардан стукнул посохом о землю и указал ладонью на Таисию… Спящие Духи! Она была права! Даже в такой ситуации он не позволял себе указывать на другого человека пальцем и, уж тем более, говорить без всех лексических приставок «вежливой беседы».

Матушка позаботилась о том, чтобы Ард хотя бы таким образом мог расположить к себе людей, которые непременно заметят его нечеловеческие клыки.

— Вы вольны делать что угодно, госпожа Шприц, — прорычал Ардан. — Но если мне придётся из-за вас тратить накопители, то, Спящ… Вечные Ангелы мне свидетели, вы выплатите каждый ксо!

— Ага, — только и ответила Таисия, явно наслаждаясь тем, как постепенно заводился Ардан. — И, если что, материал для статьи мне тоже нужен, Скофский. Девочке же нужно как-то зарабатывать себе на пропитание и платьюшки.

— Это слово так не склоняется.

— А мне плевать.

Ардан ненадолго прикрыл глаза, после чего так резко развернулся, что плащ едва не оплёл его всего широкой лентой. С раздражением одёрнув полы, Ардан зашагал к холму.

— Ард, — тихо, едва слышно, так, что не разобрал бы человеческий слух, но отдалённо уловили бы уши матабар.

Ардан обернулся.

Таисия смотрела на него… как обычная женщина. Сильная, опасная, хитрая, как лиса, и немного одинокая. Смотрела на него так, как смотрят на забавного, смешного ребёнка. И только в этот момент Ардан осознал, что Таисия, даже несмотря на всего один десяток разницы в цифрах их документов, была намного его старше.

— Спасибо, — прошептала она.

Арди не понимал эту женщину. Да и понимать не хотел. Но почему-то он знал, что если ответит как-то иначе, то следующие два месяца превратятся в его собственную каторгу. Так что он сказал единственное, что подходило к данной ситуации:

— Идите в задницу, Таисия.

Улыбка журналистки стала шире.

— Вы женаты, но я запомню приглашение.

Ардан вздохнул, покачал головой и продолжил путь на холм. Таисия шла позади, и её сердце билось чуть… легче. Как если бы сбросило, пусть и ненадолго, давящий и сжимающий невидимыми цепями груз.

Люди.

Почему с ними всегда так сложно.

А ещё Таисия в чём-то была права. Ардан действительно так часто сталкивался с интригами Кукловодов (во всех проявлениях) и их весьма радикальными методами решения проблем, что начал видеть мир через призму своего расследования. А никак не с точки зрения обычного гражданина Империи.

И это всего за полтора года службы…

Ардан помотал головой. Нет, положительно, без всяких сомнений, как только они с Миларом раскроют дело, он отправится на гастроли вместе с Тесс. Пока жена выступает, он займётся печатями и исследованиями. А затем…

— Итак, все в сборе.

Арди вздрогнул. За своими мечтами, заплутавшими среди воздушных замков далёкого будущего, он и сам не заметил, как оказался в компании двух магов и двенадцати охотников. Команды Борса и Риты, включая их самих, по пять человек весьма своеобразной наружности. При взгляде на таких мысль о «ну они же не головорезы» казалась абсурдной, но внешность — весьма обманчивая штука.

Помимо двух пятёрок, на холме остались, как нетрудно догадаться, Матар, который прикручивал к нескольким стрелам небольшие фиалы с оранжевой жидкостью. Ну и, разумеется, Залесский собственной персоной, который, кроме палаша, вооружился дробовиком.

Совсем свежим изобретением военно-инженерной мысли, которое произвело фурор в обществе. Настолько громкий, что на Конгрессе, по слухам, пытались продвинуть международное соглашение по запрету производства дробовиков, но всё заглохло после оглушительного заявления Тазидахиана и Урдавана.

Что до капитанов с Синими плащами, то Рогов и Мелин нацепили на пальцы дополнительные кольца с военными накопителями. В отличие от тех, коими владел Арди, эти, как и в случае с Глебом Давосом, имели на себе гравировку. Герб Гильдии Охотников — подзорная труба и дубовый лист.

— Может, Скофскому лучше остаться, — рыжебородый кивнул на пальцы Арда. — Если у него всё ещё остались армейские накопители, то, видимо, после контузии он только и делал, что своим плащом всяких доходяг в городе распугивал.

Рогова можно было понять. Только Армия не использовала гравировки на своих накопителях. По той простой причине, что на это Казне пришлось бы тратить просто немыслимые, учитывая объёмы производства, деньги. Так что закон обязывал, наоборот, всех, кто не имел отношения к Армии, наносить гравировку, чтобы Чёрный Дом имел возможность напрямую контролировать и без того крайне ограниченный оборот военных накопителей.

— Он со мной, — зачем-то встряла Таисия, покачав портативной камерой и блокнотом.

Залесский повернулся к Шприц.

— А вы…

— Вольна делать, что мне вздумается, — Таисия очаровательно, ну прямо совсем обворожительно улыбнулась Старшему Магистру Наленскому. — Правда ведь, дорогой Чаз?

Тот едва на месте не растаял.

— Милая Таисия, это всё же связано с опасностью.

— Такая работа, дорогой Чаз, — одновременно и притворно, и приторно, со скорбью в тоне, произнесла журналистка. — Но в обществе стольких бравых мужчин, не менее бравой женщины и, разумеется, моего верного Скофского, мне ничего не страшно.