Чтение онлайн

Смерть Обермана была списана как потеря в ночь прибытия от нападения диких животных. У него просто отняли пару лишних дней жизни и все. В тот день Феламина Снодграсс не показала, что это особо тронуло ее, но… Но заснуть она так и не смогла. Они убили человека. Она и доктор Паркер. Убили своими руками. И что будет дальше? Новые смерти? Но показывать сомнения было нельзя. Если только ее заподозрят в слабости, то тут же вернут в местную больницу. Но теперь она чувствовала, что просто обязана что-то сделать. Она врач, а не убийца.

На следующий день она изучила отчеты Макговерна. Нескольких страниц не хватало, и Феламине пришлось лично встретиться с Луизой Маккоун, чтобы узнать то, что было изъято из отчетов Макговерна. Сомнения усилились. Феламина слушала Луизу и хотела закричать, что эта дрянная девчонка врет. Все ложь! Этого не может быть! Но она не закричала.

Хотелось встретиться с Макговерном и расспросить его лично, но это значило показать Паркеру и Мортону, что она что-то заподозрила. А это снова не что иное, как возвращение на прежнюю работу. Поэтому оставалось одно – провести собственное исследование. Сославшись, что нужно сделать вскрытие в городском морге – собственно врать об этом не пришлось, так как за день до этого от старости умерла Беки Гарднер, – Феламина оставила фабрику. Ей нужен был помощник, и никого другого, кроме Луизы Маккоун она не смогла представить. Еще одна бессонная ночь принесла страх, отчаяние и…

Феламина смотрела на Луизу, и не нужно было слов, чтобы две женщины смогли понять друг друга. Вирус не локализовали. Вирус все еще был в них. В их головах. В той самой части мозга, о которой рассказывал Луизе доктор Макговерн. Возможно, именно сейчас он расползался по окрестностям Форестривер, а может быть, и по всему штату. Скольким из напавших на фабрику животным удалось спастись? Сколько из них отправилось в лес разносить вирус? А птицы? Неужели все до одной погибли? Что если хоть одна из них уцелела? Где она сейчас? Скольких из своих сородичей заражает этим чертовым вирусом?

Феламина запустила руки в свои рыжие волосы и беззвучно закричала. Луиза подошла к ней и обняла за плечи. Феламина дрожала. Паркер усовершенствовал сыворотку вируса и теперь собирался испробовать ее на рабочих фабрики.

– Они убьют их! Убьют их всех! – запричитала она.

– Не убьют, – Луиза обняла ее чуть крепче.

Она говорила тихо и размеренно. Молодая, полная веры в завтрашний день и жажды приключений. Но в ее словах был смысл. Феламина слушала кивая, и слезы на ее щеках высыхали. На следующий день она вышла на работу, ничем не выдавая своих намерений. Паркер рассказывал ей о новой сыворотке, а она слушала его и восхищалась так естественно, что могла бы получить «Оскара» за эту роль.

– Думаю, я смогу найти еще одного добровольца, – сказала она Паркеру.

Он удивился, но не стал возражать, решив, что если их ждет еще одна неудача, то пусть лучше это будет работник фабрики, чем агент. Феламина спустилась в подвал центра очистки и встретилась с Луизой Чесс. Женщины проговорили почти час, все время косясь в сторону двери, за которой змеи лишили жизни более десятка человек.

Вернувшись к Паркеру, Феламина сказала, что Сьюзен дала согласие. Они пообедали, продолжая строить планы и обсуждать сыворотку. В середине дня Феламина отправилась проводить осмотр пострадавших рабочих. Она почти никого не знала, и приходилось верить Сьюзен Чесс, назвавшей ей имена тех, кому можно будет доверить свой замысел.

Дуган Хакстер слушал ее заговорщический шепот и с досадой смотрел на свою загипсованную руку. Когда очередь дошла до Рега Белинджера, он сначала подозрительно нахмурился, но затем, услышав, что в заговоре участвует Луиза Маккоун, согласился со всем, что ему сказала Феламина.

Сложнее всего оказалось добраться до Хэлстона и Макговерна. Но без них все это не имело смысла. Один был агентом со связями в Вашингтоне, другой доктором, который знал и мог объяснить то, что происходит на фабрике, лучше, чем кто-либо другой.

Выбрав пустующую комнату в жилом комплексе, недалеко от комнат, где держали Макговерна и Хэлстона, Феламина начала ждать. Думала ли она о себе в этот момент? Не более чем хирург, которому привозят истекающего кровью пациента. Он видит перебитую артерию и пытается остановить кровь. Думает ли он о том, что незнакомец может заразить его СПИДом или чем-то еще? Возможно, но мысли эти далекие. Главное – зажать артерию. Так и Феламина.

Она легла на кровать и начала ждать. Ровно в шесть тридцать вечера включилась сирена критической перегрузки очистительных сооружений. В коридорах вспыхнули красные фонари. Сработала система эвакуации. Магнитные замки открылись.

Хэлстон и Макговерн вышли из своих комнат. Глуповато переглянулись. Из систем кондиционирования повалил черный дым. Феламина вышла из своего убежища. От дыма из глаз полились слезы. Охранник у палаты с пострадавшими рабочими фабрики нервно завертел головой.

Хакстер подкрался к нему со спины, понимая, что у него будет только одна возможность на точный удар. Тяжелая лампа опустилась на голову охранника. В соседней палате Рег Белинджер вступил в рукопашную с другим агентом. Молодой гигант победил. Перекрикивая шум сирены, он велел рабочим, находившимся с ним в одной палате, бежать с фабрики.

– Они убьют вас! Убьют вас всех! – закричал он, и близость смерти, которая так часто за последние дни подбиралась к этим измученным людям, взяла верх, заставила их двигаться.

Выберутся ли они? Рег не знал. Феламина не планировала спасать всех. Она хотела, чтобы уцелели те, кто мог бы рассказать о происходящем. А он… Он был нужен, чтобы осуществить этот план. Задыхаясь от дыма химикатов, перенаправленных Сьюзен Чесс в систему вентилирования фабрики, Рег пробирался к выходу.

Спустя час он добрался до окраины Форестривер. На дороге, уходящей в лес, стоял грязно-зеленый «Форд»-универсал. Феламина пригнала его сюда в прошлую ночь. После того, как Гард ушел, это было единственным, что осталось у нее в память о бывшем муже. Машина три года стояла в сарае за домом, и Феламине пришлось спешно освоить базовые навыки механика, чтобы заменить разряженный аккумулятор. Документы на машину лежали в бардачке и, согласно им, она принадлежала некоему Джо Маккасленду. Гард сказал, что выиграл эту рухлядь в карты, но так и не нашел ей применение. Что ж, теперь его практичная жена нашла.

Луиза выключила зажигание и уступила место за рулем Регу.

Прошло еще полчаса, прежде чем до «Форда» добрались Хакстер, Макговерн, Хэлстон и Сьюзен Чесс. Они втиснулись в тесный салон, и Луиза велела Регу ехать прочь из города. Объяснять то, почему Феламина Снодграсс решила остаться в Форестривер, она не хотела. У женщины в городе был сын, о котором нужно заботиться. И на этом точка. К тому же, чтобы подтвердить наличие вируса в городе, будет достаточно и носителя, не принимавшего вакцину.

– Да и вряд ли кто-то заподозрит Феламину в случившемся, – сказала Луиза, глядя за окно. – Всю основную работу сделала Сьюзен.

«Форд» кашлянул, словно соглашаясь с ней. Хэлстон подумал, что эта машина еще хуже, чем «Шевроле», на котором они приехали сюда. Но сейчас это единственное, что у них есть. Да и бак полностью заправлен.

Ближе к утру они остановились у отеля «Ночной путник», обещавшего низкие цены и отдельные коттеджи. Погода начала портиться. Красота осени уступала законное место серости и унынию. Начал накрапывать мелкий дождь. Номер они зарегистрировали на имя Луизы. Если кто-то и станет искать их, то фамилия Маккоун будет фигурировать в последнюю очередь. В коттедже они пробыли остаток ночи. Хэлстон спал, хотя никому другому этого не удалось.