Чтение онлайн

К огневой работе подключились и орки. Пакеты неуправляемых ракет перепахивали землю, уничтожая постройки и мечущихся гномов.

Кроме того, мультидекеры из станковых пулятелей били по площадям. Чем сильнее они смогут напугать гномов, тем меньше будут потери у панзергренадёров десанта.

Через полчаса методичной бомбежки, когда в погребах не осталось бомб, маршал Радко приказал машинам начинать посадку. Ввиду того, что защитники Рорара уничтожили все приемные фарватеры пришлось бомбами и ракетами расчищать место на верхних уровнях. Да, оно всё было в ямах и рытвинах, но кое где можно было притулить корабли. Какие-то куски проспекций и тому подобное. Здесь требовалась ювелирная работа, но Радко знал, что у флаг-капитана просто не хватит опыта для такой посадки.

Поэтому маршал приказал мальчишке уступить ему место. И сам взял в руки сайдстик. Батарейторы, шипя подъемными дюзами, осторожно, словно наощупь, садились среди руин. Десантники уже ждали во чреве кораблей начала атаки.

Когда все шесть машин благополучно принялись, десант высыпал на улицу и бросился врассыпную. За батарейторами и мультидекеры, как альмаиканские, так и орочьи, принимались прямо на развороченный городейник.

Наконец, десантные команды смогли поддержать первую волну панзергренадеров. А в эту минуту уже во всю шел бой. Ополченцы смогли окружить первых высадившихся десантников и пока теснили их. Но как только те отступали к кораблям, станковые пулятели выкашивали ополченцев десятками.

Постепенно начало темнеть. Маршал Радко был недоволен тем, как долго панзергренадеры топчутся на месте. Он всерьез опасался, что с наступлением темноты ополченцы смогут подобраться к кораблям и уничтожить их.

— Давайте, трусливые черти! Гоните мразоту!

Радко не зря злился на десантников. Несмотря на великолепную экипировку и подготовку, у местного ополчения появились шансы удержать городейник.

Приближалась ночь, и Самуэрс Неррона видел, что силы вторжения явно забоксовали на верхних уровнях. На его баррикаду несколько раз нарывались какие-то силы десанта. Но организованный ответный огонь заставлял их отступить.

Хотя силы защитников таяли буквально на глазах. Все-таки ополченцы не имели военной подготовки, плохо пуляли, плохо уворачивались от огня.

В какой-то момент что-то пискнуло под ногами. Неррона заметил, что связанный орк что-то кричит. Из-за грохота и стрельбы слов было не разобрать. Самуэрс наклонился.

— Господин, развяжите меня.

— Сиди смирно, малёк.

— Господин, господин, я хочу драться.

— Но ты же орк?

— Да, но моя родина здесь.

Неррона задумался. Впрочем, свободных рук было мало. И он развязал паренька.

Когда Элека отпустили, он благодарно закивал своему спасителю. Взял из резерва пулятель и прильнул к амбразуре.

В этот момент как раз началась очередная атака. Неррону позвали на другой край баррикады. Здесь панзергренадеры подобрались опасно близко.

Грохотали гранатницы, визжали пулятели. Смерть не щадила никого.

В какой-то миг Неррона с удивлением заметил как ловко действует орчонок. Пользуясь своими невеликими размерами, мальчишка выполз вперед за баррикаду и начал косить десантников с открытого фланга. Не ожидая подставы, панзергренадеры были вынуждены повернуть фронт. В этот момент Неррона собрал своих бойцов и выскочил с левого фланга в тыл к наступающим штурмовикам.

Оказавшись неготовыми к такой атаке, десантники ретировались, очевидно, понеся большие потери. Вернувшись за баррикаду, довольный Неррона хотел поблагодарить орчонка. Но тот сидел обхватив руками колени. В темноте Самуэрс заметил, что мальчик ранен.

— Где тебя прихватило? Крикнул с досадой Неррона. Орчонок указал на живот.

Перевяжите его! Помогите остановить кровь.

Элек чувствовал, что сознание уплывает. Его качало на волнах. Где-то вдалеке шла беспорядочная пальба, в воздухе пахло дымом и кровью. Ах, это же была его собственная кровь. Почему так больно. Почему так больно умирать? Маленький орк не желал встречи со смертью.

Маршалу Радко доложили о том, что десантники встретили сильное сопротивление и понесли огромные потери. Они вынуждены отступить обратно в месту высадки.

— Что значить огромные? Доложите мне цифры, полковник. Вы же не барышня кисейная, надеюсь, в обморок тут не хлопнитесь! Хватит драматизировать. Это война, я лишь прошу, чтобы меня информировали, а оценочные суждения и свою прелестную эмоциональность оставьте для светских салонов.

Флаг-капитан смущенно принялся царапать стилем свиток.

Погибших около сорока десантников, раненых примерно в два раза больше.

— Так, это плохо. С такими раскладами мы не продержимся здесь эту ночку. Значит так. Приказываю панзергренадерам вернуться на корабли, будем взлетать.

— Господин маршал, но сейчас очень темно, в таких условиях взлёт…

— …взлетать, полковник!

Через двадцать минут Радко сообщили, что десантники начали погрузку.

И какое же это было чудо, когда, сквозь изрытые бомбежкой проспекции, корабли поднялись в ночное небо.

Неррона услышал форсажный рев импеллеров. Ополченцы закричали ура. Но старый генерал не спешил радоваться. Он искренне надеялся застать оккупантов со спущенными штанами и взорвать к черту их корабли. Но эти трусливые твари предпочти убраться восвояси.

Что теперь, победа? Как бы ни так. Они наполнят погреба новыми бомбами и будут утюжить Рорар пока тут живого места не останется. Чертовы уроды…

Когда последняя машина поднялась в воздух, маршал с замиранием сердца посмотрел на свиток. Три мультидекера во время взлета упали на землю. Или зацепились крыльями за обломки, или не разглядели ям, или что-то ещё.

Причем, один из этих трех был альмаиканским, а два орочьими. Орки, как узнали, что люди уходят, побросали десант и навострили лыжи на взлет…

Флаг-капитан дрожащими губами обратился к командующему.

— Господин маршал, пришла шифрограмма из штаба флота.

— Что там, сынок, что пишут штабные кривляки?

— Господин маршал, вам приказано следовать на Поботлам и сдать командование вице-маршалу Рахалу.

— Что-нибудь еще?

— Кроме того, вам приказано срочно направиться в империю Гонац.

— Ясно.

В эту ночь Неррона так и не заснул. Его пригласили на совет ляйтеров. Оказалось, что на его участке шли самые кровопролитные бои. Однако, врагу так и не удалось отбить рыночную площадь и продвинуться вглубь городейника. Кроме того, Неррона узнал, что захвачено в плен много лартианских десантников. Когда орочьи мультидекеры взлетали, они не стали дожидаться своих ребят. Но это многим спасло жизнь, потому что стало известно, что во время взлета разбилось три корабля.

И все-таки Самуэрса Неррону не покидало чувство печали. Как много хороших ребят погибло сегодня, и как мало надежды оставалось пережить следующие бомбёжки.