Обретение неба
Шрифт:
— Мой дружок, спасибо за вашу службу.
— Я сделал, как вы просили.
— Это очень хорошо.
Эльза протянула малышу пакет с деньгами. Тут были очень крупные купюры, большая сумма. Беренович растерянно и смущенно взял пакет.
— Не тушуйтесь, деньги всегда деньги. Постарайтесь всё-таки спрятаться.
— Да, миледи. Благодарю вас.
В то время, когда боевые эрайзеры закончили уходить в небо, маленький дау начал руление на взлётный фарватер.
Провинциатор Рорара, призывавший подданных защищать родной дом, был готов покинуть место, ставшее столь опасным.
Маршал Радко довольно потер руки. А теперь, когда мы заявили со всей серьезностью о намерениях, пора предложить ультиматум. Он быстро накидал стилем требование и отправил в мировой мыслиум.
Граждане Рорара! Военный авиафлот алого ордена Альмаики пришел, чтобы освободить вас от рабства ваших трусливых господ. Мы намерены предотвратить гуманитарную катастрофу и просим вас во избежании ненужных жертв не проявлять агрессию к миротворческому контингенту.
Настоящим ультиматумом я требую открыть приемные фарватеры для посадки военных кораблей Альмаики. Если мои законные требования не будут исполнены в течении часа, оставляю за собой право применения силы.
Маршал Радко
Адмирал Беренович прочел в свитке ультиматум. После того, как дау с семьей Таден покинул Рорар, никто больше не мог распоряжаться портом, кроме самого Данилео. Но, принимать или не принимать ультиматум, Беренович уже не мог. Айнзацкоманды ополчения смяли жандармский заслон и прорвались на взлётки. Теперь у анклава больше не было воздушного сообщения с внешним миром. Все фарватеры были уничтожены.
Беренович услышал шум позади себя. Что за черт? Адмирал обернулся.
Окровавленный жандармский сержант тяжело дышал.
— Господин, там ополченцы…
Он не успел договорить. Раздался выпуль, сраженный жандарм упал. Гномы с перекошенными лицами ворвались в башню и потащили Данилео на улицу.
Маршал Радко увидел, что на горизонте появились многочисленные мультидекеры.
— Прекрасно! Полковник, сообщите союзникам, что мы готовы начать бомбардировку.
— Господин маршал, орки передают, что готовы поддержать нашу атаку.
— Ну, в добрый час.
Маленькие эрайзеры увидели, что к альмаиканским силам подтягивается подкрепление. Генерал Соритов осознал, что это ещё одно предательство. Приближающиеся мультидекеры несли флаги королевства Ларта. Проклятые орки решились помочь людишкам!
— Говорит, бригадный генерал Соритов. Всем, всем, всем. Немедленная атака на батарейторы! Начинайте атаковать альмаиканские батарейторы!
Соритов понимал, что при таком колоссальном превосходстве, люди имеют все шансы отбить атаку. Но все-таки он повел свои корабли на врага. Ощетинившиеся пулятелями и неуправляемыми ракетками пять эрайзеров, лидируемые мультидекером, устремились вперед.
Маршал Радко заметил движение противника. Но он прекрасно понимал, что защитники слишком малочисленны, чтобы оказать сопротивление.
— Всем мультидекерам, перестроиться в защитный фронт.
Альмаиканские корабли сопровождения изменили ордер, закрывая строй батарейторов. Они были многократно лучше вооружены, чем эрайзеры. Да, они уступали в маневренности, но сейчас в этом не было нужды.
Маленькие, юркие машины открыли огонь с предельной дистанции. Первые магические пули забарабанили по защитным экранам мультидекеров. Шесть мультидекеров окутались плотным заградительным огнём.
Дистанция сокращалась, и та, и другая сторона применила ракеты. Неуправляемые ракеты плотным строем неслись друг на друга. Появились первые попадания.
Были тяжело повреждены две альмаиканские машины. Однако, ураганный огонь человеческой эскадры распылил легкие кораблики. Чадя и кувыркаясь, они пошли на снижение в разные стороны.
И только единственный мультидекер сумел прорваться к строю оккупантов. Машина генерала Соритова близко подобралась к вражеской эскадре. В пробитых плоскостях свистел воздух, моторы ревели в форсажном режиме, кабина чудовищно дребезжала. Соритов крикнул своему флаг-капитану.
— Будем таранить головной батарейтор, прорывайся сквозь строй!
Но этому плану не суждено было исполниться. Случайная ракета попала в нижнюю плоскость гномьей машины. Здесь располагалась двигательная группа. Ракета буквально поднырнула под юбку.
Раздался мощнейший взрыв. В воздухе закувыркались обломки.
Маршал Радко вытер проступившую испарину.
— Полковник, приказ на перестроение. Мультидекерам отойти в сторону, батарейторам начать бомбардировку. Мы должны расчистить плацдарм для десанта.
Флаг-капитан передал приказ комэска. Альмаиканские машины послушно меняли перестроение. Прямо позади приближались еще десять лартианских мультидекеров.
Самуэрс Неррона с болью смотрел на то, как падали обломки последнего гномьего корабля. В душе клокотала жгучая ненависть. Четвертый тактический отряд прекратил свое существование. Военный авиафлот Рорара остался лишь в воспоминаниях.
Нерроне казалось страшной та несправедливость, что он не был вместе с ребятами. Все они дрались прекрасно, но погибли бесславно, ничего не добившись. На двух альмаиканских кораблях были заметны дымы, но ни один батарейтор не пострадал. А враг перегруппирует силы и начнет утюжить городейник.
Значит, нужно приготовиться к этому. Самуэрс заранее выбрал убежище, куда отведет гномов во время бомбежки.
– Сынки, давай за мной, пошли дружно!
И Неррона повел всех в укрытия.
Когда Береновича вывели на площадь здесь творилось чудовищное столпотворение. Разъяренные гномы выкрикивали обвинения. Многие начали кидаться грязью, кто-то первый плюнул. И вот он с ног до головы был покрыт плевками. Народ был готов разорвать предателя. Так они кричали. Предатель! Предатель!
Но что он такого сделал?
— Подождите…
Никто его не слушал. Адмирала подняли на какой-то помост, накинули на шею петлю и быстро рванули вверх.
Шейные позвонки хрустнули, глаза закатились. Какой-то шутник сорвал с него штаны. Под хохот и улюлюканье толпы все увидели у подрагивающего в конвульсиях Данилео эрекцию.
После расправы труп адмирала бросили на обочину. Айнзацкоманды двинулись дальше.
Первые бомбы начали рваться на верхних уровнях. Маршал Радко деловито оглядывал в бинокль результаты. Батарейторы методично утюжили городейник, нужно было расчистить место для посадки.