Чтение онлайн

— Ох, значит, она для тебя ещё и «Эстери» — прямо так, по имени? Без приставок «госпожа» и прочих условностей?

Мои брови взлетели высоко вверх. Теперь, изучив культуру Цварга получше, я знала, что большинство из них предпочитает как можно дольше держать дистанцию и называть других на «вы». Переход на «ты» возможен лишь между близкими друзьями, родственниками, уместен у коллег или тех, с кем часто взаимодействуешь по бизнесу.

— Даня! — зарычал Фабрис и внезапно шагнул так близко, что пришлось отступить. — А сама-то ты ничего не хочешь мне объяснить?! Или скажешь, что у тебя с Сисаром тоже деловой ужин? Это платье ты для него надела, да?!

Он сделал ещё один шаг и вжал телом в раковину позади. Его грудь поднималась часто и резко, глаза заволокло красной пеленой, на шее пульсировала жилка, от которой я не могла оторвать взгляда.

Не знаю, что было раньше — моя рука, крепко сжимающая в кулак головку члена, или его наглые длинные пальцы, проникшие под одежду без всякой подготовки, — но мы застонали в унисон.

Это был самый необузданный, самый дикий и горячий секс в моей жизни... Не было прелюдии, не было больше слов, не было поцелуев… Вообще ничего не было.

Глаза цварга заволокло такой дымкой похоти, какая мне и не снилась. Фабрис вёл себя агрессивно, сразу же сменив орудие пытки на налитый кровью каменный член. Секунда — и ягодицы смяли сильные пальцы. Бельё треснуло по шву и полетело на пол. Подол платья стал липким и мокрым — сработал автоматический датчик подачи воды, но даже попытайся я возразить, что на этот раз эмиссар выбрал самое неудачное место для интима, вряд ли вышло бы что-то кроме «а-а-а». А я не возражала, отнюдь. На меня накатила какая-то первобытно-злобная ярость: какого шварха он что-то предъявляет, хотя сам ходит на свидания с эльтонийками?! Что мне его кольцо после этого?!

Я с силой сжала мужские бёдра ногами как в тисках, не давая отдалиться, и вцепилась в короткие тёмные волосы. Фабрис почти сразу сорвался в дикие необузданные толчки: жёстко, но чётко таранил, заставляя хрипеть и кричать, взвинчивая ощущения до небывалой остроты.

Секс-схватка. Секс-борьба.

Он пронзает меня насквозь, мокрое платье холодит спину, но я наконец-то чувствую себя живой… Оказывается, всё это время я без него умирала.

Он чуть отдаляется, и мне хочется кричать: «Нет-нет-нет, не уходи, не отпущу!» И если он отстранится — я сдохну. И снова толчок вперёд. Дух захватывает как на гравитационных горках.

Снова вперед. Он упоительно наполняет меня собой.

Назад. Сосущая пустота. Это сводит с ума. Настоящее безумие на чувственной игре контрастов. Кажется, я по-настоящему больна, и имя моей болезни — Фабрис Робер. Наваждение какое-то…

Он вколачивается в меня с шипением и раздирающей душу страстью, какую не подделать при всём желании, а меня трясёт от вожделения и ощущения на грани экстаза.

На мгновение Фабрис пытается отдалить свои бёдра, видимо, чтобы оттянуть финал, но мне не хватает совсем чуть-чуть. Я так хочу его… Я так скучала… А он!

Негодование туго перемешивается с желанием получить своё, и я вонзаю зубы в плечо цварга — до шеи не дотянулась. Судорога волной пробегает по телу эмиссара. Мы кончили одновременно: я — до кровоподтёка сжимая челюсти на фиолетовой коже почти у шеи, где сбилась в сторону рубашка, он — с оглушающим рыком над моим ухом.

Секунду-другую мы смотрели друг на друга, пытаясь отдышаться. Глаза Фабриса вновь стали нормальными, виски покрылись испариной, а из-за моих действий его аккуратная причёска напоминала озлобленную иглоёжку — так хаотично торчали пряди в разные стороны. На надплечье уже начинал наливаться синяк от вонзённых мною зубов, а где-то позади шумела вода в раковине…

— Гхм-м-м. Полагаю, наше свидание окончено, Даниэлла. Фабрис, в понедельник загляни к Грэфу, он просил передать при личной встрече.

Мы синхронно повернули головы ко входу. Ну разумеется! Общественное место… Бескрайний космос…

Сисар де Ру развернулся и ушёл.

Я перевела взгляд на Фабриса.

— Доволен? — спросила, чувствуя жгучий стыд перед Сисаром. Нестабильные туннели, надо будет как-то перед ним извиниться…

— Доволен, — низко буркнул эмиссар напротив. — По крайней мере, ты больше не будешь врать, что у тебя никого нет.

— Да не врала я! — крикнула ему в лицо.

— Отлично! — Фабрис неожиданно потянулся к моей шее, рывком стянул цепочку, а с неё кольцо. После чего всё так же молча взял мою руку и надел драгоценность на безымянный палец. — Тогда будь добра, носи!

Он отошёл, заправляя рубашку в штаны и давая мне пространство, чтобы привести в порядок себя. Я спрыгнула с раковины и на ощупь одёрнула подол.

— А если не хочу? — спросила с вызовом, глядя на то, как буквально за несколько движений взъерошенность Фабриса превращается в очаровательно-небрежную укладку, а сам он — в Мистера Совершенство. Я прекрасно знала по тому, что отражалось в зеркале напротив, что у меня так не получится, и это тоже бесило.

Эмиссар высшего звена вскинул голову и посмотрел мне в глаза.

— Хочешь, — сказал он спокойно и вышел.

Я закусила губу и отвернулась. Глаза защипало так, будто в них кислотой плеснули. Да, я действительно мечтала о том, что носить это треклятое кольцо. И Фабриса тоже хотела, и чтобы он остался со мной, а не пошёл к той малинововолосой эльтонийке.

«Шварх, Даня, ну почему ты такая жалкая?» — сказала самой себе и всё-таки разревелась.

Глава 28. Леандр Ламбе

Даниэлла

Второе июля. Тур-Рин

Разумеется, я понимала, что кольцо с муассанитами на безымянном пальце вызовет в СБЦ массу шепотков и вопросов. И если первое время окружающие смотрели с любопытством, то стоило на третий день очередной командировки на Цварг Фабрису обратиться ко мне, как шепотки сменились непониманием в глазах молодых эмиссаров, резко осуждающими взглядами коллег и пересудами. Я понимала, что Фабрис подошёл не просто так, ему нужна была подпись на документе по закрытому делу... Обыкновенный рабочий вопрос. Я знала, что он никому и ничего не говорил, вёл себя как обычно, но я также осознавала и то, что сама больше не могу прятать свои эмоции.

Чёрная дыра! Я не цваргиня! Нет у меня за плечами многолетних уроков медитаций и прочей дребедни, чему учат женщин на этой планете! И да, когда к тебе с невозмутимым видом подходит мужчина, который умудрился жёстким трахом довести до оргазма за каких-то три минуты в общественном месте, а потом скрылся в неизвестном направлении, хочется вцепиться и расцарапать ему это равнодушное лицо. А потом снова заняться сексом, раз уж другие способы общения у нас исчезли… И да, мой винегрет эмоций при взгляде на господина Робера, видимо, шарашил по резонаторам местных мужчин с такой силой, что будь даже наша связь законной, всё равно бы поджимали губы с осуждением. А ведь у Робера официально имелась жена, и об этом все знали…