Чтение онлайн

Она услышала глухой, влажный "чпок", он вздрогнул всем телом, но не издал ни звука. Его руки, обхватившие ее, сжались с такой силой, что у нее перехватило дыхание.

Откуда-то из гущи леса посыпался град стрел. Они впивались в землю вокруг, стучали по стволам деревьев. Кто-то крикнул на грубом, горном наречии: "Здесь! Отшельник здесь!"

Нападение. Не на нее. На него.

Мысли метались в голове, не успевая сложиться в картину.

Клауд уже тащил ее прочь, прижимая к себе, с открытого места, к нависающему каменному карнизу скал. Он двигался быстро, а она, ошеломленная, не сопротивлялась.

Стояла оглушительная тишина, нарушаемая его тяжелым дыханием, топотом его сапог, свистом ветра в ушах, и журчанием воды. Где-то рядам была речка или ручей.

Еще несколько стрел пронеслись мимо. Одна зацепила ее рукав, порвав ткань. Клауд резко дернул ее в сторону, и они оказались в узкой, темной расщелине, ведущей в небольшую пещеру.

Он втолкнул ее внутрь, сам ввалился следом и, тяжело дыша, прислонился к холодной каменной стене.

В полумраке пещеры его лицо казалось еще бледнее. Он провел рукой по спине, и пальцы вернулись темными, липкими.

"Ранен в спину? Как же он тогда бежал, да еще меня тащил?"

— Вы ранены?

Он не ответил.

— Стражники… Наши стражники... они не шли за вами? — снова спросила Мегана.

— Шли по вашим следам! — сквозь зубы произнес он — Но отстали. Подойдут, нужно просто ждать. Не бойтесь, мы оторвались от убийц. Они нас не найдут.

Он попытался снять камзол, чтобы осмотреть рану, но движение причинило ему боль, он резко выдохнул, и на лбу у него выступил пот, тускло поблескивая в рассеянном свете, падающим сквозь узкий проход.

Она стояла, прижавшись к противоположной стене пещеры, и смотрела на него. На своего врага. На человека, который только что закрыл ее своим телом. Который мог бы бросить ее, как помеху, но вместо этого втянул в укрытие. Да, охотились, судя по всему, на него, но та стрела вонзилась бы ей в грудь, если бы Клауд не закрыл ее собой.

В ее душе бушевала буря. Страх (он ранен, он может умереть, а она останется одна с убийцами снаружи). Ненависть (это он, он причина всех ее бед, прошлых и будущих).

Клауд сел на каменный пол, и достал из-за пояса кинжал. Мегана в ужасе шарахнулась назад, но этого "назад" не было, и она только сильнее вжалась в стену пещеры. И судорожно вздохнула. Нож не для нее — с чего бы ему ее сейчас убивать? И клинок другой, не тот, позолоченный и изящный. А обычный, мужской, с грубой рукояткой.

Он снова попытался дотянуться до раны, смог содрать камзол, и уже разорванную рубаху. И попытался из нее сделать хоть какую-то повязку. Получалось плохо. Кровь сочилась, окрашивая ткань в темно-багровый цвет.

Он был без рубашки. Полностью. И в этом тесном, темном пространстве этот факт обрушился на нее, как новый рой стрел.

Она молча смотрела на него, пока он не взглянул в ответ.

"Господи, что это я?"

Она сделала шаг вперед. Потом еще один.

— Дайте! — сказала она тихо, но твердо — Я помогу.

Клауд поднял на нее взгляд, и в полумраке его глаза показались бездонными черными колодцами.

— В обморок не упадете?

— С чего мне падать? — произнесла она — Я умею обрабатывать раны. И крови не боюсь.

И тут же осеклась. Она научилась этому во дворце, в прошлой жизни, а не в поместье. Юных барышень, обычно, такому не учат.

Он не заметил противоречия и молча кивнул.

Мегана опустилась на колени рядом с ним, отодвигая наспех намотанную ткань рубахи.

— Рана неглубокая, но неприятная: стрела пронзила мышцы спины чуть ниже лопатки и вышла! — доложила она, осматривая рваное, сочащееся отверстие — Кровотечение есть, но, похоже, не задето ничего жизненно важного.

Клауд опять молча кивнул.

« Надо бы промыть…» — подумала она, и память услужливо подсказала: ручей, чье журчание она слышала, когда они бежали к пещере.

— Нужна вода! — сказала Мегана вслух, вставая.

Он начал что-то говорить, вероятно, предостерегая, но она уже выскользнула из пещеры, прижавшись к скале.

Да, опасно и страшно. Но надо.

Стрелы не летели. Убийцы, видимо, решили, что добыча скрылась, и ушли.

Шум воды доносился слева. Мегана, крадучись, как тень, пробралась к тому месту. Действительно, ручеек, мелкий и узкий, но чистый. Вода в нем была прозрачной, и струилась по мшистым камням. И еще она оказалась ледяной.

Мегана зачерпнула воду пригоршнями, утолила жгучую жажду, потом задумалась, как донести эту драгоценную жидкость в пещеру.

На ней, под платьем, была надета льняная сорочка. Простая, грубоватая, но чистая. Подойдет, но...Вдруг убийцы еще в лесу, наблюдают, но не нападают, ждут, пока покажется Клауд?

Она юркнула обратно в пещеру.

— Не смейте выходить! — произнес он, вероятно, желая грозно крикнуть.

Получилось шипение.

— Там уже нет никого! — ответила она.

— Они могли притаится и ждать!

— Не меня же! — пожала она плечами, отошла в самый темный угол, и бросила через плечо — Не смотрите!

Он усмехнулся — короткий, болезненный звук.

— Вряд ли я в состоянии что-либо разглядеть, барышня.

Она сняла платье, потом, дрожа от холода, стянула сорочку, и быстро оделась, ощущая непривычную легкость и холодок на коже.

Сорочку она смяла в комок, и снова вышла к ручью.

Ткань жадно впитывала ледяную воду. Мегана взяла ее, и вернулась в пещеру.

Клауд сидел, прислонившись головой к камню, глаза были закрыты. Он дышал неровно, сквозь стиснутые зубы.

Она снова опустилась рядом.

— Это будет больно! — предупредила, не ожидая ответа.

Он снова лишь кивнул.

Она начала с осторожностью, которой научилась, наблюдая за дворцовыми лекарями. Сначала просто приложила мокрую, холодную ткань к ране, чтобы смыть запекшуюся кровь и грязь. Он вздрогнул, мышцы спины напряглись, как тетива. Но не закричал. Только резко выдохнул.