Право Хищника
Шрифт:
Дара улыбнулась, чувствуя тепло.
— Алекс...
— М?
— Мне иногда кажется, что это сон. Что я проснусь в своей старой комнате, в Глухомани, и ничего этого не было.
Он поднялся, подошёл, сел рядом на кровать.
— Хочешь, докажу, что это не сон?
— Как?
Он поцеловал её. Долго, глубоко, так, что мир перестал существовать.
— Убедил? — выдохнул он, отрываясь.
— Кажется, да, — прошептала она.
— Тогда ложись спать. Завтра тяжёлый день.
— Почему?
— Потому что послезавтра — полнолуние. Первое после зимы. Если Лютомир нападёт — то именно тогда.
Дара похолодела.
— Ты думаешь, он нападёт?
— Я думаю, мы должны быть готовы ко всему. — Алекс обнял её, прижимая к себе. — Но что бы ни случилось, помни: я рядом. Всегда.
—
Полнолуние встретило их воем.
Дара стояла на стене вместе с Алексом и смотрела на залитый серебром лес. Красиво. Страшно.
— Чуешь? — тихо спросил Алекс.
Она прислушалась к себе. К той части, что была зверем. И почувствовала.
— Они там. Много.
— Да.
— Алекс...
— Тихо. — Он поднял руку, и на стенах всё замерло. — Ждём.
Лес молчал. Но Дара знала — это затишье перед бурей.
И буря грянула.
Из леса выплеснулась волна тел. Серых, чёрных, рыжих — южане шли в атаку, не скрываясь, не прячась. Их было сотни.
— Приготовиться! — рявкнул Алекс, и сам начал меняться прямо на глазах.
Огромный чёрный волк встал рядом с ней, толкнул носом — уходи.
— Нет, — сказала Дара. — Я остаюсь.
И прыгнула вниз.
—
Она не знала, откуда взялась эта смелость. Наверное, оттуда же, откуда сила — из крови.
Она приземлилась в гущу битвы и сразу же рванула к первому раненому. Свой. Молодой парень с разорванным плечом.
— Терпи, — выдохнула она, прижимая ладони к ране.
Золото хлынуло, затягивая, заживляя. Парень охнул, дёрнулся и вскочил на ноги.
— Госпожа! Сзади!
Дара обернулась. Чужак, огромный, с красными глазами, нёсся прямо на неё.
Она не думала. Просто выставила руку, и золото ударило ослепительным лучом.
Чужак упал замертво.
Дара смотрела на свои руки, не веря. Она убила его. Одним движением. Не касаясь.
— Дара!
Алекс был рядом. Весь в крови, но живой.
— Ты как?
— Я... я не знаю.
— Потом. — Он прикрыл её собой. — Сюда идут.
Битва кипела вокруг. Свои и чужие смешались в кровавую кашу. Дара видела, как падают северяне, как встают снова — благодаря её силе. Она металась между ранеными, исцеляла, поднимала, отправляла обратно в бой.
А потом всё кончилось.
Так же внезапно, как началось.
Южане отступили, оставляя убитых и раненых.
— Почему? — выдохнула Дара, глядя на Алекса.
— Потому что поняли, что не победят. — Он обнял её, прижимая к себе. — Потому что у них нет тебя.
Она уткнулась лицом в его окровавленную грудь и разрыдалась.
От страха. От облегчения. От счастья, что он жив.
— Тише, — шептал Алекс, гладя её по спине. — Тише, родная. Мы справились. Всё позади.
— Их было так много...
— Но мы сильнее. Потому что мы вместе.
Дара подняла заплаканное лицо.
— Навсегда?
— Навсегда, — ответил он. — Обещаю.
И луна над ними сияла так ярко, будто благословляла.
Цена
Утро после битвы было тяжёлым.
Дара обошла всех раненых. Тридцать семь северян нуждались в помощи. Пятеро — в критическом состоянии. Она работала, не чувствуя рук, не замечая времени. Золото лилось из ладоней, заживляя раны, сращивая кости, возвращая к жизни.
— Госпожа, отдохните, — просили её.
— Потом, — отмахивалась она.
Когда последний раненый вздохнул спокойно, Дара пошатнулась и осела на пол.
— Дара! — Алекс подхватил её на руки. — Ты опять выложилась полностью?
— Зато они живы. — прошептала она.
— Все. Ты спасла всех.
— Хорошо... — Она закрыла глаза.
—
Очнулась Дара в своей постели. За окном было темно, горела только одна свеча на столике. Рядом, в кресле, спал Алекс.
Она смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Он не ушёл. Остался. Стеречь её сон.
— Долго ещё будешь изучать? — хрипло спросил он, не открывая глаз.
— Ты опять притворялся?
— Я чувствую твой взгляд. — Он открыл глаза, улыбнулся. — Как ты?
— Жива. — Она прислушалась к себе. — Устала, но жива.
— Трое суток.
— Что?
— Ты проспала трое суток, Дара. — Алекс подошёл, сел на край кровати. — Я с ума сходил. Вера сказала, что это нормально — после такого выброса силы. Но я...
— Прости.
— Не смей извиняться. — Он взял её лицо в ладони. — Ты спасла тридцать семь жизней. Моих людей. Мою семью. Если бы не ты, половина клана лежала бы в мёртвой земле.
— Я просто делала то, что должна.
— Ты делала то, что никто другой не может. — Он поцеловал её в лоб. — Больше никогда не пугай меня так.
— Постараюсь.
Она прижалась к нему, чувствуя, как уходит остатки слабости.
—
В дверь постучали.
— Войдите.
Вошел Мирон. За ним — ещё несколько молодых волков, которых Дара спасла в ту ночь.
— Госпожа, — Мирон шагнул вперёд и, как в прошлый раз, бухнулся на колени. Остальные сделали то же самое.
— Вы чего?! — Дара попыталась вскочить, но Алекс мягко удержал её.
— Дара, они хотят сказать спасибо. Дай им.
— Мы ваши должники навечно, — торжественно произнёс Мирон. — Вы спасли нас. Не только в прошлый раз, но и сейчас. Мы клянёмся защищать вас ценой своей жизни.
— Встаньте, — взмолилась Дара. — Пожалуйста!
— Не встанем, пока не поклянёмся.
— Алекс! Сделай что-нибудь!
Алекс усмехнулся.
— Мирон, клятва принята. А теперь встаньте, а то госпожа сейчас сама к вам спустится и будет ругаться. Вы же знаете, она у нас с характером.