Пробуждение
Шрифт:
— Пять кошелей с золотом, три с серебром, — подвел итог я, убирая добычу в наш сундук. — Это справедливая цена за тот хаос, что они устроили. По крайней мере, финансовый вопрос нас теперь не беспокоит. Пора заняться вторым важным вопросом.
Я осмотрел тела еще раз.
— Салвер, мне нужен один шлем, — я указал на ближайшего из мертвецов. — И твоя магия. Прямо сейчас.
Мы действовали быстро. Я вытащил из кучи трофейный шлем — тяжелый, глухой, из вороненой стали. И мы перешли в дальнюю комнату мастерской.
— Заваривай, — сказал я. — Наглухо. Оставь только нижнюю горловину.
Салвер не задавал вопросов. Его руки окутались белым сиянием. По стыкам прошли короткие вспышки, металл схватился намертво. Никаких щелей, никаких зазоров.
— Теперь начинка, — я достал мешочек с красной охрой, мелким пигментом, который мы использовали для чертежей. И насыпал ее внутрь.
— А теперь закачивай воздух.
Салвер использовал свой навык третьей ступени ученика, чтобы закачать воздух внутрь шлема, уплотняя его до предела.
— Еще немного… — шептал я, чувствуя, как вибрирует сталь. — Стоп.
Мы вставили деревянную заглушку и запечатали ее воском с простой механической пружиной. Стоит кому-то дернуть за крышку или попытаться открыть шлем, и давление вырвется наружу.
— Это не бомба, — пояснил я, видя вопросительный взгляд Салвера. — Это пневматическая хлопушка. Но эффект будет, как от взрыва. Красная пыль заполнит комнату за долю секунды. Они испугаются до смерти. А когда поймут, что это просто краска… страх сменится унижением.
Я написал письмо. Без истерики и ругани. Только факты и холодный расчет. Почерк был ровным и жестким. Я свернул пергамент в тугую трубку и прикрепил его к внешней стороне шлема сургучом.
Пока сургуч на письме застывал темно-красной кляксой, Салвер с опаской коснулся гладкого металла шлема, внутри которого было заперто чудовищное давление.
— Краска… — выдохнул он с явным облегчением. — Слава богам. Я боялся, что ты решишь сравнять его кабинет с землей.
Он поднял на меня взгляд, полный тревоги.
— Но Арден, это ведь граф. Думаешь, унижение его остановит? Не сделаем ли мы только хуже? Может, стоило просто сбежать, не дразня зверя?
Я отложил перо и посмотрел на него.
— Сбежать не выйдет, Салвер. Он будет искать нас. А убить его… — я покачал головой. — Это вряд ли сейчас возможно.
Я постучал пальцем по шлему.
— Во-первых. Ты правда думаешь, что глава древнего рода сидит в кабинете без защиты? На нем наверняка защитные артефакты высшего класса. Взрыв в замкнутом пространстве мог бы просадить его щиты, контузить, но убить? Вряд ли. Мы бы только заявили о себе как о террористах, не добившись цели.
Я встал и прошелся по комнате.
— Во-вторых, даже если бы нам повезло и граф погиб… Что потом? Роаны — это целый клан. Убьем Виттора — на его место встанет его брат, сын, племянник. И тогда это станет кровной местью всего рода. За нами будут охотиться годами.
Салвер задумчиво кивнул, признавая мою правоту.
— Значит, это меньшее из зол?
— Это расчет, — я усмехнулся. — Я показываю ему, что мог бы попытаться убить его. И одновременно я даю ему другую цель — Эвелину. Ему выгоднее заняться внутренней чисткой и наследством, чем гоняться за артефактором, который просто покрасил его кабинет в красный цвет. Мы выигрываем время.
Я вернулся к столу. Теперь «Троянский конь» был полностью готов.
— Отправим посыльного? — спросил Салвер.
— Да. Обычного возницу. Но он не должен знать, что внутри.
Лишь когда возница скрылся за углом, я повернулся к Салверу.
— Успели. Осталось дождаться городскую стражу.
Капитан городской стражи Хейден прибыл через двадцать минут. С ним был усиленный наряд. Когда он увидел двор и коридор, его лицо, обычно невозмутимое, вытянулось.
— Твою же дивизию… — выдохнул он, переступая через труп в черном доспехе. — Что у вас тут за война была?
Он присел у одного из тел. Осмотрел дорогую экипировку, отличные мечи. На наемниках не было гербов, но качество снаряжения говорило само за себя.
— Кто это?
— Наемники, — ответил я спокойно. — Пришли ночью. Выбили дверь, убили нашу охрану.
— Чего хотели?
— Откуда мне знать? — я пожал плечами. — Может, конкуренты. Мы с Салвером делаем уникальные вещи. Может, кому-то не понравилось, что мы влезли в расследование с кристаллами. Они не представились.
Хейден посмотрел на синие лица мертвецов в коридоре.
— Это нападение на граждан города, — официально заявил он. — Я оставлю здесь пост охраны. Шесть человек. До выяснения обстоятельств. И пришлю труповозку.
Это было именно то, что нам нужно. Теперь дом Салвера был под защитой закона. Пока у нашего порога стояли гвардейцы Хейдена, Роаны не могли ударить. Атака на дом под охраной города — это уже бунт против власти, а не разборка с выскочкой.
Хейден ушел. Шесть стражей, как он и сказал, остались сторожить наш дом. Мы с Салвером сидели на кухне, когда городские часы пробили двенадцать. Именно в это время, по моим расчетам, посылка должна была дойти до адресата.
Интерлюдия. Виттор Роан
К воротам поместья подъехала телега с возницей, которого мы наняли вслепую через уличного мальчишку. Возница, ничего не подозревающий мужик, выгрузил у ворот замотанный в тряпку предмет, сказал страже, что это «Забытая вещь наемников», и поспешил уехать.
Охрана напряглась. Они проверили предмет магическим сканером — ничего. Никакой активной магии, никаких рун взрыва. Только металл, воздух и дерево.
Один из гвардейцев развернул тряпку. Увидел шлем своего погибшего товарища. И записку: «Графу Роану. Лично в руки».
Они не посмели выбросить это. Шлем понесли в дом, внесли в комнату. Рядом с графом стоял начальник охраны. Граф жестом приказал всем выйти. Он не хотел, чтобы слуги видели послание от того, кто уничтожил его отряд.
Двери закрылись. Граф остался один на один с «подарком». Подошел к столу. Осмотрел шлем. Его лицо было напряженным. Он явно ожидал увидеть внутри отрубленную голову.
Он взялся за заглушку.
ХЛОПОК!
Пневматический удар был мгновенным. Сжатый воздух, вырвавшись на свободу, распылил охру в мельчайшую взвесь. Кабинет внутри мгновенно окрасился в багровый цвет.