Революция Любви
Шрифт:
Первой в баню, которую Андрюха таки растопил, отправили меня. Хотя, парни возмущались. Но, Панин Так на них посмотрел, что выражать недовольство открыто ни у кого смелости не хватило.
– Ну, ошибка матушки - природы, на кой ты их в коровник повела? еще и быка раззадорили?
– сидя за дверью, в предбаннике, начал допрос Андрюха - и говори, громче!
– Боже, как хорошо! Ты меня слышишь?
– Ты это Богу или мне?
– Тебе!
– Слышу. Рассказывай давай, почему ты в говне купалась?
Поливая себя водой из ковшика и намыливаясь душистым мылом, я поведала все в красках... В общем в том, цвете, в котором видела я.
– В следующий раз я не буду тебя слушать и поедем в Альпы, там коровников точно нет - совершенно не смущаясь зашел в парилку Андрюха в одной простыне, вторую кинул мне.
– У нас на твои Альпы денег не хватит!
– Я - плачу!
– Они не заслуживают!
– Заслужат!
– Ай! Больно!
– возмутилась я, когда по мне прошелся веник.
– Не ври, нормально.
– А чего у тебя синяк на груди?
– вдруг заметила.
– Об косяк ударился.
– Только не говори мне...
– Не скажу.
– Андрей! Я же тебя просила!
– И что? Я ведь ничего не обещал. Не переживай, максимум гематомой отделался.
– Я не твоя девушка, чтобы ты моим бывшим по морде давал!
– А я в парни и не набиваюсь! Для этого у тебя Охотников есть! Ты - мой друг. А за друзей такой сволоте я с удовольствием наваляю!
– Я сама тоже могу!
– Можешь, но мало. А я могу - много.
– Шовинист!
– Феминистка!
– Отдай веник!
– слетела я с полка.
– Мужиков зови.
– Боишься, что по заднице надаю?
– Боюсь, что силенок не хватит, как надо отхлестать!
– Шовинист!
– Повторяешься! Да зови ты их уже, они же насмерть провоняют!
Я фыркнула, но спорить не стала. Наклонилась и чмокнула Андрейку в щеку.
– Не бей его больше.
– Не буду, если сам не полезет. Ты знаешь, одно его слово и я не стану бить, убью просто.
– Ну на фиг, на нары из-за такого! Много чести!
– Иди уже!
И я пошла. Оделась. Андрюха даже шмотки мне надыбал! И вдруг зажмурилась. Да, в моей жизни нет места пылкой любви. Зато у меня есть самые лучшие друзья! И черт с ней с любовью! Не везет мне в любви - повезло в дружбе! Нос зачесался и глаза на мокром месте. Вздохнула полной грудью! Мужики не плачут!
Парни только и ждали, когда я выйду. Кинулись в баню все скопом. И я тоже так пахла? Ну не удивительно, почему девки не дали нам по дому шататься.
Надо же не знала, как день провести, а сейчас уже закат! Вот и прошел. Осталось поесть и ночь пережить. А с утра на рыбалку!
Глава 25.
– Здесь нельзя рыбачить!
– А я не рыбачу, я купаю своего червяка!
– Тогда штраф 1000рублей!
– За что?!
– За то что червяк без плавок!
– Так... бери его... и резко так суй! Ну чего опять? Почему промахнулся?!
– Ты уверена? Может, бросим это дело?
– Если сейчас не научишься, то когда? Ну, давай же! Не ломайся!
– А вдруг я его не глубоко насажу?
– Боишься, что выпадет? Не бойся, еще раз попробуем!
– Все равно, мне неловко как-то...
– Можно я вместо него?
– Жора, не лезь! Сейчас пришла его минута становиться мужиком!
– Если для этого, надо через такое пройти - я не согласен!
– Гошка, бери его в руку и давай уже! Очередь не задерживай!
– Да я вообще спать хочу! Ночь на дворе!
– Раннее утро! Самое время!
– Не буду я! Ищи кого-нибудь другого! Это мерзко!
– Мерзко, значит?! Как жрать улов, не сомневаюсь, ты первым будешь, а как червяка на крючок насадить, так - "это мерзко"!
– Слушай, в наше время вместо червей хлеб насаживают!
– Интересно, кто? Ботаники - гринписовцы?
– окончательно разозлилась я!
Мало того, что комары решили временно заменить мне Эдварда Каллена и просто с ума посходили от ароматной кровушки, а погодка окончательно решила испоганить настроения и стояла туманная безветренная и тупо холодная, так еще и Гошка строит из себя не понять кого! А ведь еще вечером предупредила, чтобы лег пораньше, а в шесть утра был у калитки, как штык! Вместо этого...
"Ночка выдалась примерзкая! Не знаю, кто утверждает, что под стук дождя способен спать прекрасно, но я не из этой категории людей с железобетонными нервами. Спать я не могла. Телек включать бесполезно, как и пытаться попасть в сеть. Здесь с дождем наступает время непроходимости любой связи начиная с телевидения и заканчивая телефонами. Деревня! Что еще сказать?
Вот и лежу, маюсь дурью. То есть просто лежу и в потолок глаза таращу. В животе бурчит... Может до кухни? Или сначала до туалета? Как-то я не пойму, чего хочу - набить организм шлаками или избавиться от них? Ладно, пойду схожу, по пути пойму!
Натянув на себя поверх майки - алкоголички и боксеров древнюю дедовскую кофту, что на мне висела свободным платьем и нацепив тапки вышла в коридор. Тихо и темно... В принципе, темнота мне не помеха, я здешнюю обстановку знаю наизусть и растянуться где-нибудь мне не грозит. Это меня так лень уговаривает, чтобы я в комнату за зажигалкой не возвращалась. Сделав несколько пробных шагов и не свалившись, ободрила себя и пошла уверенней. Ну и как оно бывает... Ладно, может и не бывает с теми, кто фонарик под рукой имеет. Короче, сначала я споткнулась, а потом налетела. И не на стену. Они не бывают такими мягкими и непрочными. Что-то охнуло, пискнуло и прижало меня к еще более мягкому и я бы даже сказала нежному...
– Шурик! Ну ты! Слов на тебя нет!
– вспыхнул свет, а уж потом раздались вопли.
Гошка застал меня в весьма пикантной позе, телом между ног Милки, а головушкой прижатой к грудям девчонки. Причем сказать что-то в свое оправдание я не могла по вполне понятной причине занятости рта мягким полушарием Милкиного "имущества".
– А ну встала! Я кому говорю!
– ага, встанешь тут, когда тебя вполне профессионально взяли в захват и выпускать не собираются.
Наверное, в моих глаза отразилось что-то паническое потому, что Егорка сменив гнев на милость подошел и наклонившись схватил меня пониже талии и оттащил от Милки.