Революция Любви
Шрифт:
– Пасиб, бро! Спас! Чуть не задохнулась!
– не делая попыток освободиться, выдохнула я.
– Да ладно... Какого ты вообще на ней оказалась?
– кинул недобрый взгляд на поднимающуюся Милку Гошка, о соперницу учуял!
– Так я это... Шла, запнулась и свалилась... Милка, приземление было мягким!
– заметив, что девчонка обижено поджимает губки, все же не выдержала я, ну не железная же!
– Ты еще с ней флиртуешь!
Охотников на буксире протащил меня до комнаты и впихнул внутрь... Вместе с собой. Это он че? Решил мне нотации читать?
– Охотников, я в туалет шла!
– Потерпишь до утра!
– А если не потерплю?
– Не испугаешь! Я уже и не в таком плавал!
– А я еще есть хочу!
– На ночь и ночью есть вредно!
– Зато приятно!
– Ночью другими "приятностями" занимаются!
– Не... Это еще вреднее. Потом могут завестись всякие паразиты!
– Не говори так о детях!
– Я вообще-то о лобковых вшах!
– Типун тебе на язык!
– Это птичья болезнь!
– Будто ты от птиц чем-то отличаешься!
– Кто бы говорил! Сам поди недавно только от свиного гриппа избавился!
– Засранка!
– А нечего обзываться, я тебя предупреждала!
– О чем?
– О том, что в туалет хочу!
– О Господи, так ты за этим хочешь?
– Нет, за тем!
– Пошли тогда!
– А, не надо я уже передумала.
– Шурик!
– Гошенька!
Егорка пихнул меня на кровать и сам плюхнулся рядом. Накрыл нас одеялом и повернув меня, положил свою лапищу мне на живот.
– Спи, давай!
– Не хочу!
– И молчи!
– Не буду!
– Молча спи зубами к стенки!
– Не собираюсь!
– Тогда поиграем в молчанку!
– А кто начинает?
– Солнце спряталось за тучку, все глисты собрались в кучку, рыба - карась, игра началась!
Я молчала, пыхтела и молчала. Перевернулась на другой бок. Чуть не впечаталась носом в подбородок Охотникова. Задрала голову, глаза закрыл, вид принял спящий. Скучно! И тесно! И жарко! И рука у него тяжелая!
– Рыба - акула, игра - утонула - шепотом сообщила я.
– Ну чего тебе не спится? А?
– вздохнул Гошка.
– Мне скучно!
– Вот и спи! И скучно не будет!
– Поговори со мной!
– О чем?
– Обо мне, конечно!
– Ну кто бы сомневался - вздохнул Егорка - и что о тебе я должен сказать?
– Что я умная и классная!
– Ты - смешная и глупая. Ай! За правду не бьют!
– Ну и ладно! От такого дурака умных мыслей не услышишь!
Я опять заворочалась намереваясь отвернуться от хама. Гошка придержал меня. Сполз пониже, так, что наши глаза даже в темноте видели друг друга.
– Ты очень необычная и правда смешная. Но, вместе с этим, мне хочется не смеяться над тобой, а смешить тебя. А еще хочется защищать тебя, чтобы никто не обидел...
– Клоун - ниндзя, что ли?
– предположила я.
– Ну вот опять - фыркнул Гошка.
– Чего?
– Заставляешь смеяться...
Ага, именно это. Он снова полез целоваться. А я снова не оттолкнула. Сегодня, Гошка слегка осмелел. Зря! Не хочу! Не... Да ладно! Хочу, еще как хочу! Ух, ты! Это, как с горок кататься... американских. Верх - вниз и опять верх - вниз. То есть наши губы. То Егор целует мю нижнюю губу, то я его верхнюю. Мягко и ласково. Не! Так дело не пойдет! Пора двигаться с мертвой точки!
Я решительно перевернула парня на спину, так и не разрывая поцелуя. Села на него и совершенно беззастенчиво, впилась в, да чего уж там! В соблазнительные губы. Мой язык провел по ним и начал штурм неподатливого рта. Надо проверить, насколько этот гад умеет целоваться! А то скоро у меня появится навязчивая идея!
– Ты будешь моей девушкой?
– вдруг придержал меня Гошка.
– Ты чего?
– Того! Я на полном серьезе!
– А давай потом - потянулась я снова к губам.
– А давай - сейчас!
– Ну Гош!
– Ну Шур!
– Это, что - условие?
– Ага!
– Черт с тобой!
– и заметив, как Гошка победно блеснул глазищами продолжила - все равно все желание отбил.
Я слезла с гада и мысленно потерла ручки. Получи фашист гранату! Губки-то поджал! Ручки-то убрал! На ножки-то поднялся... А? Чего?! Куда пошел!
– Ты куда это собрался?!
– вскочила я следом.
– Ты права, тут тесновато. Я пойду на выделенный мне периметр - взялся за ручк двери этот поганец.
– Стоять!
– гаркнула я.
– Что еще?
– Шантажист, хренов!
– проворчала я - ладно, согласная я!
Выговорить не успела, как Гошка оказался рядом и совсем не по детски, а как изголодавшийся зверь, начал терзать мои губы, исследуя каждый уголок рта. Что я там говорила о его неумении? Беру слова назад! Умеет! Еще как умеет! Горжусь! Не им. Собой! правильный выбор сделала! Иначе бы такого лишилась!
– Не пошутила?
– оторвавшись от меня, задыхаясь уточнил Егорка.
– Нет. Согласная на все!
– И спать будешь?
– И спать буду... Чего?
– Слово не воробей!
И он мне вместо еще одного поцелуя, а лучше двух, нет, трех! Так вот вместо этого, он опять уложил меня к стенке и обняв уснул! Ну, гад! Не прощу! Никаких шести утра! Подъем в полпятого!"
– Алекс, а чего ты красная?
– вклинился в мои мысли Жорка. Я пока из состояния тормоза не вышла и поэтому только глазами хлопала.
– Вареная? Что ли?
– дернул меня за рукав Крылов.
– Кто?
– Рак!
– Где?
– Ты!
– Что я?
– Красная! Как рак варенный!
– Ни фига!
– Фига - фига!
– закивал Давид.
– Это она ночь прошлую вспоминает - хихикнул Андрей.
– Ничего я не вспоминаю!
– возмутилась я, вот только не поняла, своим враньем или Андрюхиной проницательностью?
– Ты о чем?
– обернулся к Андрею Жора.
– Она вчера на Милкиных титьках отдыхала!
– ах, вот он о чем! Фух! А я-то думала...