Чтение онлайн

— Не забывай: за входом охрана. Если ты постараешься оказать сопротивление, то тебя убьют, а уж с ним я продолжу.

— Ясно.

Освобождённая от пут, выглядит растерянной и беспомощной рядом с крепким, хоть и невысоким, родственником. Однако, слишком явственно, насколько он настороже с ней.

— Я никогда не любил тебя, но за Дора, за то, что ты его убила… Я научился тебя по настоящему ненавидеть! — болезненно прошипел сводный брат и набросился на неё с градом ударов. Когда побои прекратились, и стихли крики и увещевания вынужденного наблюдателя происходящего, Безумная Красавица шепнула, пытаясь сесть:

— Нет! Не уходи! Я ещё жива, я… выдержу… Не надо его…

Эти слова прибавили энергии и остервенения мучителю. Ланакэн теперь молчит, вникнув в бесполезность звуков, лишь следит за чудовищным зрелищем. Она громко застонала, отчего Ндуву остановился. На миг взгляды мужчин встретились. Владелец Руали громко расхохотался, наблюдая за бледным Создателем Убежища.

— Прости… Не могу… больше, — чуть слышно проронила Силион и уткнулась лбом в холодные плиты.

— За что? Её за что? Она же григстанка! — пролепетал человек.

— Полукровка. Не более. К тому же она убила моего родного брата. И мне плевать: почему и как — ей были все не рады с самого начала. Теперь твой черёд, животное! — однако угрозы не пугают. Самое страшное уже произошло. Наркотик действует прекрасно. Тело невесомое и незаметное. Вот только откуда-то появилось обречённое желание покончить со всем поскорее и умереть. Несколько довольно увесистых ударов в живот сбили дыхание, озадачив садиста, но ответ нашёлся весьма скоро:

— Отец дал ей дозу на всякий случай. Вот почему ей понадобилось тянуть! — разочарование сменилось бешенством. Схватив какие-то несложные приспособления со стола, её старый противник не без труда сломал правую локтевую кость очередной жертве.

— Бесполезно! Я ничего не чувствую, — флегматично отозвался Ланакэн, наблюдая за тщетными попытками. Охватила противоестественная апатия. Стало абсолютно всё равно, что последует в дальнейшем. Обыкновенное бессилие.

— Я заставлю тебя мучиться! Раньше или позже действие ларката закончится, боль придёт ещё. Я буду ждать, буду смотреть, как ты умрёшь, забывая о всех стараниях этой неадекватной, готовой на любое во имя соплеменников, — нашёлся дворянин. Но уверенности в утверждении нет. Ибо где найти грань, на которой жертва будет страдать, но не погибнет до окончания действия наркотика, угадать не вышло. А тут ещё в коридоре раздались крики. Кто-то зовёт, стараясь о чём-то предупредить. На пороге появился охранник из окружения молодого барона и коротко провозгласил:

— На нас напали! Снова! Вы идёте?

Короткий расстроенный вздох, и начальник истребителей рванул вон из помещения, отведённого для его забав.

— Силион… Силион? Ты меня слышишь? Слышишь? — позвал человек. Тишина. На расстоянии не угадать: дышит ещё или уже нет. Следует надеяться и ждать. А надеяться-то не на что… Чьи-то шаги заставили переключиться туда. Соул и Риул, остолбеневший перед распростёртой на полу женщиной. Нгдаси действовал куда расторопнее, вызволяя друга со стены. Но, стоило вернуться возможности передвижения, предводитель Сопротивления бросился к спутнице, коснулся её бледной неподвижной щеки и принялся канючить:

— Она жива? Скажите мне кто-нибудь! Я же ничего не чувствую практически!

Лекарь прощупал пульс на худой шее и уверенно отозвался:

— Пока, да. Я возьму её — у тебя рука сломана. Ты чем-то одурманен? У меня сложилось впечатление, будто ты и впрямь не особо ощущаешь боль. Или же настолько превалирует шок?

— Нет. Сам понесу. Не дам. Тебе тем более. Не дам. Никому не дам. Сам. Только сам. Ей очень больно. Ей. Не мне! — с надрывом пожаловался Ланакэн. В его полубезумном взгляде Шоу уловил агрессию и придержал врачевателя от попыток возражать. Осилзский предельно бережно подхватил Силион целой конечностью и пошагал с ними, с трудом соображая происходящее. Только одно осталось для него значимым — прижатое к груди крохотное существо, готовое на всё ради облегчения его участи. Рассмотрев: один из окружающих, её соплеменник — неосознанно шарахнулся, готовый сразу накинуться. Благо, обе руки непригодны для действия: одна занята, а вторая травмирована. Но при возникновении необходимости вцепился бы зубами. Остановил лишь громкий шёпот старого друга:

— Это с нами. Он привёл к вам.

— Я его уже встречал… Не помню только где… Давно… Раньше…

— Встречал. Поэтому Римм и помогает тебе. Потом разберёшься во всём. На досуге, в опочивальне после отдыха и сытного ужина! Твоя голова недостаточно трезва. Надо срочно ретироваться! — перебил картограф нервно. Здесь даже сама атмосфера переполнена ужасом, от которого никак не избавиться. Закрался вывод, что самое удачное решение — не взять сюда Тални, направив его организовать отвлекающий манёвр. Не предугадать, как повёл бы себя в зловещем окружении расчленённых трупов неопытный юнец.

Удача где-то рядом, следует плечом к плечу, шаг в шаг… Вышли, оставшись незамеченными. Лишь пройдя около двух шофов, приостановились, обнаружив на горизонте торопливо отступающую в их направлении команду «шумового подкрепления». Рассмотрев желанное пополнение, те разразились восторженным гиканьем и свистом. Таузски кашлянул, привлекая внимание, и негромко заметил:

— Мне пора с вами расставаться. Дальше у нас разные пути.

— Уверен? Может… Лучше с нами? — неожиданно предложил Нгдаси, испытывающий к нему уже явную симпатию.

— Благодарю, однако… Не сочтите за оскорбление, но я всё же хотел бы вернуться к своему народу. Я выполнил долг. В моих кругах, узнай кто об этом, я прослыл бы предателем, но жалеть ни о чём не собираюсь. К тому же… Я лишний раз убедился, что прав, когда заметил, отношение Ланакэна к опальной наследнице… Я не просто ухожу… Я сделаю всё, возможное в моих силах, дабы те, кто знают меня, научились относиться к человечеству, подобно мне, — паренёк уже куда увереннее, чем в самом начале их общения.

— Спасибо за искренность и помощь! Она неоценима, — Соул низко вежливо поклонился, прощаясь. Его примеру последовали и остальные. Юноша покраснел и поспешил смыться, с трудом веря в благополучный исход собственного абсурдного шага.

Соул вышел из её каморки и остановился рядом со старым товарищем, стараясь подобрать необходимые слова.

— Что с ней? — хрипло поторопил ещё одурманенный друг.

— Травмы не настолько серьёзны, как показалось на первый взгляд. Она потеряла сознание по другой причине. Как бы сказать… Эта женщина беременна. Насколько я могу судить, от тебя (ибо никто иной не посягал бы в Убежище на сомнительное удовольствие близости с иноплеменницей весьма посредственной внешности и чуждого происхождения). Начальный срок.

На пересохших губах Осилзского появилась улыбка. Нужные слова всё не приходят, но лекарь отмахнулся и резко заговорил первым (таким тоном зачастую сообщал о смертельных ранах кого-то из бойцов):