Чтение онлайн

— Но это мешает тебе идти дальше, — заметила Элис.

— Я и не хочу идти дальше. — Она выпрямилась, расправив плечи, полная уверенности. И у меня сжалось сердце — от осознания, как сильно она любила Дэна, и как внезапно его потеряла. — Когда он умер, я не знала, как вообще жить. Еле вставала с кровати, не говоря уже о чём-то большем. Но переезд сюда помог. Сейчас у меня свой бизнес, и мы с дочкой справляемся.

— Этот город вернул мне мою жизнь, — сказала Элис.

Бекка подняла бокал.

— Мне тоже. Он дал мне возможность снова учиться жить. Снова чувствовать радость. Но влюбиться?.. Нет, не получится.

— Тогда ты понимаешь, о чём я, — проговорила я, пролив немного вина на край бокала.

Элис молча протянула мне салфетку.

— Нет, как раз наоборот. — Она посмотрела мне в глаза. — У меня была настоящая любовь. И больше её не будет. А вот ты… ты хоть и была замужем, но не знаешь, что такое по-настоящему искренняя, совершенная любовь. Она где-то рядом. Просто ты боишься снова обжечься. Страх пройдёт, и ты снова начнёшь чувствовать.

Если бы всё было так просто, как дождаться, пока плохие чувства уйдут. Моё внутреннее состояние напоминало клубок из боли, страха и пустоты.

Когда мы были женаты, я лежала в кровати, а Грэм листал письма на телефоне. У нас был странный каркас из дорогущего дерева, простыни белоснежные и накрахмаленные — горничная приходила по вторникам и всегда следила, чтобы они были идеальными.

Спальня была холодной и безжизненной. Свет — весь встроенный, никаких ламп. А из окон открывался вид на гавань и аэропорт Логан.

Я лежала там, в дорогой шёлковой пижаме с неудобной резинкой, и смотрела, как садятся самолёты.

Взлётно-посадочная полоса — узкая полоска, утыкающаяся прямо в океан.

Но сигнальные огни и огни башни работали безотказно.

Даже в полной темноте эти пилоты верили себе. Садились. Оберегали пассажиров.

Я смотрела на мигающие огоньки диспетчерской и чувствовала, как разрываюсь изнутри. Из-за человека, сидящего в метре от меня. Человека, который вот-вот перевернётся ко мне и будет ждать, что я отдамся ему… и который не знал обо мне ничего. Вообще ничего. И не хотел знать. Или видеть.

Он не замечал меня, если только я не была ему полезна. Мог днями не говорить со мной, не смотреть на меня.

Одиночество съедало меня изнутри.

Когда он предал меня — изменой, ложью, обвинениями — я поклялась, что больше никогда не окажусь в такой ситуации. Я уничтожила ту одинокую, несчастную, уязвимую женщину. Её больше нет. И не будет.

— Я серьёзно. Мои «женские органы» ушли в спячку. У меня всё выключено.

— Да-да, — отмахнулась Элис. — Но ты же хочешь секса?

У меня внутри всё сжалось, как пустая впадина.

— Нет. — И это была правда. Я была практически мертва внутри.

Бекка подалась вперёд, опершись локтями о колени и сжимая бокал.

— У тебя есть вибратор?

— Четыре. — Я вздохнула. — Пробовала все, надеялась, что хоть один поможет... ну, чтобы дойти до конца. Но нет.

— То есть у тебя совсем нет оргазмов?

— Вообще. Ни желания, ни влечения, ни оргазмов. Это неудивительно, на самом деле. Муж мне изменял, потом был кошмарный развод, и как только появилась надежда на просвет — он сделал ребёнка моей младшей сестре.

Элис откинулась на диван, массируя виски.

— Мне так жаль. Без оргазмов? Как ты вообще живёшь?

Бекка закатила глаза.

— Не слушай её. У неё же горячий муж-лесоруб, который её шпилит круглосуточно.

Щёки Алисы вспыхнули. Она всегда так легко краснела, особенно после вина.

— Не круглосуточно, — пробормотала она, криво улыбнувшись. — У нас дети и работа. Хорошо, если выходит два-три раза в неделю.

Бекка запрокинула голову и застонала.

— Убейте эту суку.

Элис поставила бокал на стол, схватила декоративную подушку и метнула её в Бекку. Я тут же последовала её примеру, и через пару секунд мы уже валялись на полу в гостиной, захлёбываясь от смеха.

Я обожала этих женщин. Никогда бы не подумала, что найду настоящую дружбу и поддержку в глуши штата Мэн. Когда возвращалась, была уверена, что тётя Лу станет моим единственным доверенным лицом. Но вселенная знала, как сильно мне нужны сильные, отважные женщины и послала их в мою жизнь.

Мы всё ещё пытались отдышаться, когда в дом вошли Анри с детьми. Он был настоящим громилой, вечно в фланелевой рубашке и рабочих ботинках, но стоило ему увидеть жену, как его суровый вид тут же смягчался.

Элис вскочила и поцеловала детей в макушки. Её сын Такер, долговязый подросток с тёмными волосами, скрывающими глаза, теперь был выше неё.

— Весело провели время у тёти Адель? — спросила она.

— Я играла с Тором! — восторженно выпалила Голди, маленький блондинистый сгусток энергии. — Он такой смешной и милый!

— А я научился паять! — гордо заявил Такер.

Элис нахмурилась, а вот Анри расхохотался. Такер с самого детства что-то мастерил и чинил. Он даже помог мне разобраться с интернетом в продуктовом банке.

— Отлично. А теперь в душ и по кроватям, — сказала Элис. — Я поднимусь попозже.

Анри обнял жену за талию и поцеловал её в щёку.

— У вас тут всё в порядке, дамы?

— Всё отлично, силач. — Элис с любовью посмотрела на него. — Только моих подруг нужно будет развезти по домам чуть позже.

Он, хоть и не был большим любителем улыбаться, слегка скривил губы под бородой и отвесил нам небольшой поклон.

— К вашим услугам.

Бекка ткнула меня локтем.

— Видишь? У тебя тоже может быть лесоруб, готовый исполнять все твои желания. Надо всего лишь вытащить голову из задницы и прыгнуть на Ноа.

Я закатила глаза, опираясь ладонями о мягкий ковёр по бокам.

— Мы просто друзья. И вообще, он не лесоруб, а пожарный.

Элис опустилась рядом со мной.

— Лесоруб — это не профессия. — Она хихикнула. — Это состояние души.

Ноа

Называть пожарную часть Лаввелла «маленькой» было бы большим преувеличением. Команда состояла из четырёх человек, одного диспетчера за смену и горстки добровольцев. Здание располагалось рядом с полицейским участком на Главной улице и представляло собой фасад из тёмно-красного кирпича. Когда я подъехал, несколько парней в синих рабочих штанах возились перед открытыми воротами, отмывая машину.