Чтение онлайн

— Спасибо не только за это. Хотя сэндвич и правда офигенный. — Он поднял вторую половинку, первую уже успев умять. — А за то, что ты здесь.

— Я хочу быть здесь, — сказала я тихо.

Он поймал мой взгляд, и в его лице было столько благодарности, что у меня перехватило дыхание.

Это была правда. Я хотела быть рядом. Я любила Тесс, а Ноа стремительно становился моим лучшим другом. И к тому же... ну, у нас ведь «отношения», нужно поддерживать иллюзию. Хотя в последнее время мне это казалось всё менее важным.

Моё желание быть с ним уже не имело отношения к самоутверждению перед семьёй. Оно стало личным.

Александру и маму за последние дни видели пару раз — в кофейне, ещё где-то. Но в целом они держались особняком. Я столкнулась с ними у продуктового магазина. Разговор был вежливый, но натянутый. Мама, как обычно, предложила обязательно зайти посмотреть на новый дом, но дату, конечно, не назвала.

И с каждым днём я всё меньше об этом думала. Та паника и стыд, которые я чувствовала на свадьбе, уже начали отступать.

А потом, конечно, появился Грэм. Снова полил меня грязью на глазах у всего города. Назвал меня неудачницей. Плохой женой. И, конечно, сумасшедшей. Я ходила по квартире, гладя Тесс по спинке, пытаясь успокоиться. Это не имеет значения. Он не имеет значения. Прошли годы, но моя нервная система наконец начала это понимать. Он больше не может причинить мне боль. Я должна перестать отдавать ему такую власть.

Тесс прижалась ко мне, и я крепче обняла её. Этот маленький человек верил в меня. И она, и её папа были частью того, что помогало мне по-настоящему исцеляться.

— Когда был последний приём лекарства? — спросила я, прижав щёку к её горячему лбу.

— Около часа назад.

Я пошла по комнате по привычному кругу, шепча ей и поглаживая по спине, рассказывая про лося, которого видела сегодня на обочине.

После сэндвича, яблока и стакана воды Ноа снова начал быть похож на себя.

Он подошёл ближе, обнял меня за талию и поцеловал Тесс в лоб пока она уютно лежала у меня на груди. От его руки и его тепла меня чуть не сбило с ног.

Гормоны. Всё логично. Больной ребёнок. Взволнованный отец. Как не растеряться рядом с ними?

Чистая биология. В конце концов, я такая же, как и любая пещерная женщина.

Я вернула Тесс Ноа, нужно было немного пространства, чуть-чуть времени, чтобы прийти в себя.

— Она всё ещё горячая. Надо бы снова померить температуру.

Я кивнула, взяла ушной термометр с кухонной стойки и протянула его Ноа.

Он вставил наконечник в ухо Тесс, дождался сигнала, посмотрел на показания и покачал головой.

Затем во второе ухо.

— Чёрт. Сорок.

Он бросил термометр на диван и начал метаться по комнате, дергая себя за волосы свободной рукой.

— Мне её в больницу везти? Боже. У неё ещё никогда не было такой высокой температуры.

У меня в ушах стучала кровь. Господи, а вдруг это что-то серьёзное?

— Наверняка это что-то страшное. Типа менингита. А я, идиот, не заметил, — он начинал паниковать, шаги становились всё быстрее.

Его самобичевание отвлекло меня от собственных пугающих мыслей. Ему нужен был кто-то спокойный рядом.

Я схватила его за плечо и крепко сжала.

— Дыши. Твоя золовка — врач. Позвони ей.

Он передал мне Тесс и стал лихорадочно шарить по карманам в поисках телефона, пока не нашёл его на диване.

Включил громкую связь. Голос Виллы звучал спокойно и уверенно. Она заверила нас, что ничего критичного нет — Тесс дышит нормально, сыпи нет, скорее всего, это обычный, хоть и тяжёлый, отит.

— Остудите её, — сказала Вилла. — Снимите одежду, понизьте температуру в комнате, всё в таком духе.

Я тут же уложила Тесс на диван и расстегнула пижаму, поморщившись, когда она закричала.

— Можно дать ещё лекарство? — спросил Ноа.

— Нет. Следуйте схеме, которую я дала. Между приёмами просто старайтесь облегчить ей состояние. Пусть пьёт.

Я прижала её к себе, а она продолжала хныкать. Я пошла по комнате, как каждую ночь, гладила её по спинке, рисовала круги пальцами. Она вся горела.

— Прохладная ванна или душ помогут сбить жар. Не холодные, просто немного прохладнее, чем обычно. Хотите, я приеду?

Вилла была младше меня на пару лет, и я знала её не слишком хорошо. Но было ясно, что она предана своим пациентам и этому городу. Мало какой врач в наши дни приехал бы ночью на вызов из-за отита.

— Не надо. Вик рядом. Мы справимся.

— Тогда держите меня в курсе.

Следующий час мы пытались сделать всё, чтобы Тесс было легче. Считали минуты до следующего приёма Тайленола. Ноа всё больше и больше нервничал.

— Подержи её, — сказал он, протягивая мне ребёнка в одном подгузнике.

Я осторожно взяла её на руки. Стоило почувствовать, насколько она горячая, как у меня сжалось сердце. Её лицо было сморщено от боли.

С тихим ворчанием Ноа снял с себя футболку.

— Ты что делаешь?

— Ты слышала Виллу. В душ. Прохладный. Не холодный.

Я застыла, уставившись на его широкую грудь. Татуировки на его левом плече шли вверх по бицепсу и переходили на грудь и спину. Я бы могла сутками разглядывать эти узоры, изучать, как они обвивают его мышцы.

Он начал раздеваться. Прямо передо мной. В голове тут же зазвенели тревожные звоночки и я резко отвела взгляд.

Он развернулся и молча пошёл в сторону ванной. Я, всё ещё с Тесс на руках, пошла следом.

Может, это тесное пространство, может, я и правда подхватила что-то от неё, но мне вдруг стало жарко.

И душно. И как-то неловко.

Куда бы мне смотреть? Как себя вести?

Где термометр? У меня самой температура, что ли?

Голый торс Ноа был слишком близко. Он был крепкий, сильный, с тёмными волосками на груди, спускающимися к поясу джинсов, которые он начал расстёгивать.

Сердце у меня подпрыгнуло. Да чтоб тебя. Он что, собирается совсем раздеться? Мне уйти?

Я глянула на дверь и была готова сбежать, но вспомнила, что у меня на руках ребёнок. Я не могла уйти.

Тесс захныкала. Я похлопала её по спинке, покачиваясь из стороны в сторону, пока Ноа, уже в одних чёрных боксёрах, настраивал воду.