Чтение онлайн

– Очень нужны, герр майор. Оформим в лучшем виде. Желаете его повидать перед отбытием?

– Зачем? Уж видел и составил мнение.

– Он слезно просился отправить любимой письмо. Не позволите ли?

– Ни к чему. Из Мершанца отправит.

Лейтенант откашлялся.

– Герр майор, позвольте выразить рекомендацию. Его невеста – ощутимо важная особа: племянница здешнего князя Владислава. Имеется директива: не учинять конфликтов с местными без веской причины. В этом контексте, не стоит ли разрешить им прощание?

Майор озадачился. Он хорошо помнил досье поручика: Мари фон Дорт – орлица из гордого, но очень бедного рода. И не невеста она Дитриху, а полноценная жена.

– Вы путаете.

– Никак нет. При нем найдена бумага – нечто вроде брачного договора. Поручик помолвлен с княжной. Извольте взглянуть.

Документ лег на стол. Майор пробежал по диагонали, в глаза бросилось: “помолвка состоится не позднее”, “Ольха из рода Ленц”, “в качестве приданного выделен участок вокруг железнодорожной станции”... У Кляйна отвисла челюсть. Ай да поручик, ай да тихоня! За пару месяцев успел развестись с Мари, соблазнить княжну, задобрить князя и выбить приданное – да не какое-нибудь, а ту самую деревню с шёнбруном! И с таким-то ушлым ловкачом Отто хотел “посотрудничать”? Нет, сынок, многого же ты не знаешь о людях. Этого парня – только на фронт, под нарезные гаубицы!

Справившись с удивлением, майор осознал еще одну грань:

– Постойте, вы сказали: “разрешить прощание”. В каком это смысле?

– В смысле очного свидания.

– Разве князь не уехал в Хофштадт?

– С вокзала доложили: княжна Ольха нынче утром вернулась. Не исключено ее скорое появление здесь. Потому и задаюсь вопросом...

Майор хлопнул по столу.

– Значит, так. Никаких прощаний и прочих соплей. Скорейшим способом оформляйте отправку!

Но данный приказ опоздал, что стало ясно в ближайшие минуты. Дверь кабинета распахнулась, явив лицо дежурного:

– Тут две девицы... в самом решительном настрое...

Не дожидаясь позволения, названные барышни оттеснили дежурного и ворвались в кабинет. Одна из них, знатная олландка по виду, подбежала к столу, меча молнии из глаз.

– Судари, кто здесь главный?

Жандармский лейтенант глянул на Кляйна. Коготь кайзера сухо осведомился:

– Кто вы такая, сударыня? По какому праву врываетесь? Изложите дежурному свой вопрос и ждите очереди.

Девица стушевалась:

– Я Ольха Ленц, и я только хочу спросить...

Но тут в беседу встряла вторая – высокая белокурая орлица.

– Майор, вы прекрасно знаете, кто она и по какому делу. Вы незаконно схватили ее жениха. Требую отпустить!

– Вы требуете?.. Неужели?

Орлица хищно сощурила глаза.

– Ах да, я не представилась, как невежливо! Катрина фон Лурд, в девичестве – фон Эйринг.

Кляйн ничем не выдал тервоги, которую вызвали в нем обе фамилии.

– Поручик задержан за нарушение режима домашнего ареста. И останется в камере до тех...

Белокурая перебила его на полуслове:

– А по какому обвинению он был помещен под домашний арест? Извольте показать постановление. Это оно?

Деваха схватила со стола, прямо из-под его руки, брачный договор. Это было так неслыхано, что Кляйн опешил.

– Как вы смеете?!

– Нет, это помолвка... Что она делает у вас? Майор, извольте встать!

– Что?

Она рявкнула:

– Вы говорите с графиней. Встать немедленно!

Жандармский лейтенант схватился и вытянулся в струнку. Теперь уж и Кляйну не оставалось иного. Он встал как можно небрежнее, но все-таки встал.

– Откуда у вас брачный договор?

– Изъят при обыске.

– Какого черта?! Это оружие, это улика? Нет? Тогда какие основания для изъятия?!

Кляйн не успел сочинить ответ, а белокурая уже атаковала снова:

– Постановление об аресте. Где оно?

– У вас нет полномочий...

– Чушь собачья! Его просто не существует. Дитрих задержан противозаконно!

– Повторяю: у вас нет полномочий. Я дам ответ тем, кто имеет право спрашивать.

Кляйн попытался овладеть ситуацией, но белокурая лишь фыркнула в ответ и швырнула на стол две визитных карточки.

– Граф Людвиг фон Лурд, товарищ министра. Маркграф фон Эйринг. Желаете отчитаться перед кем-либо из них? Могу это устроить!

Майор сделал вид, что изучает карточки, а по правде взял время подумать. Положение стало опасным. Те тонкие нити связей, которые он успел протянуть в Шлиссель, не шли ни в какое сравнение с буйными парослями, что пустили при дворе фон Эйринги и фон Лурды. Соперничать с этими людьми в открытую он не мог никак. Имелась возможность вставить им пару палок в колеса - например, послать запрос: успел ли фон Дорт развестись с Мари, или процесс еще не завершен. Но что это даст? Только досадную задержку. Если граф фон Лурд хочет свадьбы поручика с княжной, то свадьба рано или поздно состоится, этому уже не помешать. А задержка только разозлит графа, и Кляйн получит влиятельного недруга.

Он опустил голову:

– Приношу извинения, графиня. Видимо, я допустил ошибку.

– Это заметно.

– Лишь служебное рвение было тому причиной. Я переусердствовал.

– Понимаю, но не прощаю. Вперед.

Кляйн попытался изобразить недоумение, но даже не успел измениться в лице. Осмелевшая княжна Ольха толкнула его в сторону двери и крикнула на ухо:

– В камеру, тюремщик! Выпусти моего жениха!

Поручик фон Дорт пытался спать на узкой деревянной лавке, сцепив руки в замок на груди, чтобы не падали. Когда лязгнула дверь, он сразу вскочил и с ужасом уставился на майора. Но потом увидел барышень, разинул рот, покраснел. Княжна Ольха с разбегу бросилась ему на шею.

– Милый мой! Как же ты измучился!..

Пара принялась обниматься, не оставляя никаких сомнений в их взаимных чувствах.

Катрина фон Лурд бросила майору:

– Такие как вы – позор империи!

Он изобразил что-то вроде стыда, пока напряженно размышлял. Барышни знают о шёнбруне или нет? Если знают, то все кончено. Прекрасный план взлетел на воздух. Нужно срочно послать вестового к Фритьофу, чтобы тот убирался из деревни. Коли поймают за рыбалкой в чужом шёнбруне – суда не миновать... Однако еще остается надежда. Если князь с княжной знают о шёнбруне на своей земле и эту самую землю отписывают поручику, то хитрющий проныра получает слишком много: и княжну, и покровительство фон Лурдов, и землю, и Колодец. Выглядит как больно неравная сделка. Вот если вычеркнуть шёнбрун из уравнения, тогда более-менее сойдется: поручику – малый клок земли со сгоревшим селом; но и сам-то он – не велика птица. Как бы проверить: знают они или нет?

Разомкнув объятия, княжна и фон Дорт направились к выходу. Кляйн задержал его:

– Поручик, позвольте принести извинения. Был неправ в отношении вас. Простите за эту коллизию.

– Амм... ничего... – выдавил Дитрих.

– Ваши спутники дожидаются вас в заглавном месте. Если желаете, предоставлю карету.

Кляйн слушал Дитриха, а глазами зорко следил за Катриной. Она – харизматичка, у этого племени есть одна слабость: не умеют скрывать эмоции. Коли всем уже всё известно, то Дитрих замнется: “Амм... нуу...”, а Катрина фыркнет: “Сами доскачем, сколько тут ехать”.