Чтение онлайн

– Бла-бла-бла, - пробормотал Серый, закрыв глаза и пьяно покачиваясь.
– Мораль сей басни такова… - потом быстро открыл глаза и повернулся к хоббиту.
– А хочешь, я тебе тоже расскажу притчу? Тоже про мед. Хочешь?
– Ут неуверенно кивнул.
– Не бойся, она не такая длинная и занудная как у тебя, - он хлопнул хоббита по плечу и, скрестив руки на груди, сказал, глядя ему в глаза.
– Жила-была пчелка. Мама ее с пеленок учила: если хочешь хорошо жить - надо хорошо трудиться. Вставать рано, ложиться поздно. Складывать нектар: капелька к капельке. Строить соты: стеночка к стеночке. Заботиться о Королеве, носить пищу трутням. Пчелка выросла такой же трудолюбивой как родители. Она порхала от зари до зари… Однажды ей позволили зайти в кладовую, и она увидела - что огромное количество меда хранится там. Хватит и на нее, и на ее родителей, и на ее детей, и на ее внуков… Обрадовалась пчелка, полетела в спаленку, чтобы отдохнуть хоть часик… Но вдруг - бац-бац - дом рушится, стены шатаются. Едва успела пчелка вылететь на волю, чтобы не погибнуть. Вылетела - и увидела: Медведь разгромил улей и слопал весь мед. Так и не пожила пчелка в свое удовольствие. Всю жизнь пахала, как папа Карло, а пользовались ее трудами совсем другие. Мораль такова: труд из обезьяны сделал человека, а из коня - транспорт. Тут как повезет.

Он вызывающе смотрел на Ута. Хоббит усмехнулся.

– Беда в том, что каждый вор считает себя медведем. И никто не хочет признавать себя мухой. Однако гибнут чаще в меду.

– К черту!
– Сергей швырнул кружку куда-то вдоль стола.
– Работа, может, и облагораживает человека, зато безделье делает его счастливым. Я лучше весело утону в меду, чем буду зарабатывать себе горб, собирая мед для чужого дяди.

– Почему именно такой выбор?
– удивился Асуэл.

– А какой еще? Вот вы все - вы делаете то, что любите, то, что вам нравится или просто вам приказали - вы делаете? Просто из чувства долга?

Они молчали.

– Я делаю то, что мне нравится, - внезапно сказал Влад.

– Да с тобой все ясно, - махнул рукой Сергей.
– Но не все же такие… патриоты, - последнее слово он выговорил презрительно. Будто ругательство.

– Слава Богу, не все и такие как ты. Иначе за чей бы счет ты жил? Если бы все медведями-то были, - насмешливо проговорил мент.

– Ну-да, ну-да, слышали и такое. А я вот как-то в самом начале нашего теплого знакомства спросил, а ты мне не ответил. Спрошу еще раз. Ты делаешь то, что тебе нравится, всегда исполняешь долг. Так ты добился, чего хотел или как? Ты счастлив? Что молчишь? На этот раз я вынужден признать твое молчание за знак отрицания. Или опять спорить будешь?

– Да!

– Веские аргументы есть?

– Макаров.

Сергей открыл рот и закрыл. На такой довод возразить было нечего.

– Я надеюсь, ты, парень, хорошо меня понял? Аргумент-то мой?

– Ага, - уныло кивнул Сергей.
– Оччччень хорошо. Меня окружают хорошие люди… Но я без боя не сдамся!

Кто знает, чем бы закончилась эта дискуссия, но в этот момент в зал вбежали гномы:

– Нападение! Нападение!
– кричали они.
– Вольфы напали!

– Вольфы?
– удивился Асуэл, вставая.

– Так не бывает?
– спросил Влад, поднимаясь вслед за ним.

– Никогда не слышал. Оставайся здесь… - Асуэл помедлил.
– С Чакшей. А мы посмотрим, что случилось.

– Я под арестом теперь, да?
– схватил эльфа за рукав Серый. Но тот проигнорировал его вопрос, небрежно скинув руку. Парень обиженно засопел и, сложив руки на столе, лег на них головой.

19 июня (3 Синего), Аксельская гряда

Едва заметив гномов, Свирепый бросился к ним так стремительно, что они испуганно закричали и бросились в темные коридоры гор. Он пытался объяснить им, зачем пришел, но гномы его не понимали. “Где сейчас Ут?
– в отчаянии думал Свирепый.
– Он бы растолковал им все!” Вольф продолжал нестись по темному, узкому для него ходу, рыча на ходу:

– Остановитесь! Мне нужна помощь!
– он надеялся, что где-нибудь найдется гном, который сможет его понять. Но судьба сделал ему лучший подарок. Сделав еще один резкий поворот, он услышал знакомый голос:

– Свирепый!
– вольф остановился так, что камни из-под лап брызнули. На янтарные глаза навернулись слезы.

– Ут, скорее!
– прохрипел он, не успев даже удивиться тому, что встретил друга здесь.
– Лютого убили. Скользящий умирает.

Хоббиту не пришлось объяснять долго. В одно мгновение он вскочил в седло, крикнув вышедшему вслед Асуэлу:

– Ждите! Постараемся вернуться, как можно скорее.

Эльф только успел рукой на прощание махнуть.

Уту казалось, что вольф не бежал - летел над землей, так быстро проносились мимо сначала стены коридора, а потом, когда они выметнулись на свободу, скалы. Свирепый еще и успевал рассказывать по дороге обо всем, что произошло, закончив с горечью:

– Зачем я ввязался в это, друг? Зачем рисковал своей стаей? Лучше бы меня убили!

– Это война, брат, - шептал хоббит.
– Война все равно пришла бы к тебе, хочешь ты или не хочешь этого. Сегодня или завтра. Просто сейчас есть шанс спасти хоть некоторых.

– Я не знаю, - вольф легко перепрыгивал валуны появившиеся после оползня на дороге.
– Не знаю.

Они успели. Фисти обрадовался, увидев друга. Ут увидел, как выпрямились его плечи, вытянулась в струнку спина. Сказать хоббит ничего не мог, чтобы не упустить вольфа. Ут быстро склонился над Скользящим, достал клинок:

– Его хоть бы на огне накалить, - жалобно сказал он.
– Эх, ладно. Будь что будет, - он резким движением ввел кинжал в плечо вольфа. Скользящий не дрогнул. Видно, Фисти едва удерживал его.

Потребовалось сделать еще несколько глубоких разрезов. Ут искромсал плечо вольфа до кости, а все никак не мог найти серебряный наконечник. Он закрыл глаза и призвал на помощь Ланселота. Тут же палец кольнуло что-то. Осторожно, чтобы не упустить находку, он стал перебирать пальцами мышцу. Еще один рывок и все вздохнули с облегчением. Окровавленный наконечник отброшен в сторону. Теперь Ут занялся лечением. Необходимые лекарства он захватил в сумке. Но когда рана была обработана, и на нее наложили влажные бинты, лицо Фисти все еще было напряженно. Тогда Ут положил короткие пальчики рядом с ладонями Фисти и закрыл глаза. Что там со Скользящим?

Ут оказался в белом свете. Он увидел свои руки. Только руки больше ничего. Из-под пальцев ускользала кровавая ниточка. Чтобы удержать вольфа, надо ухватить ее крепче, а ухватить невозможно - она слишком тоненькая, слишком скользкая. Он увидел рядом руки друга, совершающие такие же неудачные попытки, спасти вольфу жизнь.

– Ланселот!
– воскликнул Фисти, но на этот раз чуда не произошло, он ясно понял, что это все - они не удержат, еще мгновение и ниточка ускользнет в белый свет.

– Эль-Элион!
– услышал он голос Фисти и удивился: кого это призывает хоббит-маг на помощь? Наверно, кого-то могущественного, потому что ниточка неожиданно превратилась в толстую веревку, и хотя она осталась скользкой, в нее получилось вцепиться ногтями. Мгновение и они ухватились в четыре руки. Острая боль ожгла ладони, из рассеченной кожи выступили желтоватые капли сукровицы. Ут сжал зубы и еще сильнее впился в убегающую веревку. Чуть выбрав слабину, он одним резким движением намотал ее на локоть, потянул. Его рвануло. Невидимые ноги заскользили не в силах удержаться. Хоббит застонал, напрягся из последних сил.