Чтение онлайн

Боги смерти и хаоса, существуй они на самом деле, наверное, были бы довольны!

– Вперед!!!
– три бластера свистнули в унисон. Преграждавшая путь стена покрылась паутиной трещин, разбежавшейся от места поражения, а потом с грохотом рухнула, подняв клубы пыли.

– Вперед!!!
– Вэракк бросился в открывшийся проем, посылая вперед заряд за зарядом. Следовавшие за ним килрачи с устрашающим воем обстреляли все подозрительные окна в соседнем доме, но желающих соревноваться с ними в огневой дуэли там не нашлось. Беспрепятственно пересеча улицу, они нырнули в узкий переулок, впервые слегка умерив бешеный темп, взятый с самого начала восстания.

– Сколько нас?
– Вэракк тяжело дыша, глотнул из найденной в развороченном ими магазине бутылке с соком, и передал ее другим. Хозяева магазина, перепуганная пожилая чета, тряслась от страха вместе с другими пленниками в середине строя килрачей, но на них внимания никто особо не обращал.

– Девяносто восемь, - Леа, тенью державшаяся рядом с До'ошем, откликнулась первой.
– Ока'ара и Сейтта со своими идут параллельными улицами; Нелл погиб на подходе. Остальные, кажется, все тут…

Сотня… До'ош с ужасом вспомнил, что из лагеря вышло тридцать сотен килрачей, а к городу бросилась почти тысяча. Сомнительно, у Ока'ары и Сейтта осталось больше - значит, в мясорубке в предместьях оборвалось около семисот жизней. И вряд ли потери людей намного уступали: даже застигнутые врасплох, те сражались отчаянно, прекрасно понимая, что отступать некуда.

Молодого килрача замутило, когда в памяти всплыли картины получасовой давности. "Я должен был… должен…" - твердил он себе, а перед глазами все равно стояла картина молодой, красивой девушки в порванной и опаленной блузке, замахивающейся на него каким-то странным металлическим диском с выгнутыми краями на короткой рукоятке. И заученные намертво боевые рефлексы оказались быстрее рассудка: рука легко парирует неумелую попытку опустить странное оружие ему на голову, отбрасывает тонкую кисть в сторону и тогда вторая выстреливает в смертельном рубящем ударе, с тошнотворным хрустом сминая кадык на тонкой девичьей шее.

В Имерии Килрач каждый умел убивать!

Теплая ладонь опустилась на плечо До'оша: Леа, внимательно следившая за ним, придвинулась вплотную и ласково заглянула ему в глаза. Она тоже видела, как он расправился с девушкой, да и сама убила не одного человека - дралась она намного лучше До'оша, - но, к его облегчению, в ее глазах он увидел нечто весьма похожее на собственные чувства. И снова, как ночью, его согрело ощущение близкой и любимой души рядом.

Отвернувшись, До'ош почувствовал на себе внимательный взгляд Вэракка. Математик работал последние часы на износ, успевая везде, и при этом умудряясь не терять из вида никого из своего отряда. Он несомненно понял, что между его дочерью и молодым священником из Хорраг Лэйт'тэйрра что-то произошло, но понять его отношение к этому До'ош не мог. Собственно, как и принято в Империи, решала здесь все Леа, Вэракк (да и сам До'ош) мог лишь терпеливо ждать ее решения. Но мнение отца девушки было далеко не безразлично До'ошу, даже если сделать скидку на обстоятельства.

– Заложники?

– Восемьдесят человек, Вэракк, - ответил пожилой килрач, пристально следящий за людьми. Этим делом (в смысле, набором заложников) они занимались всю дорогу. В основном, им попадались старики, женщины и молодежь (маленьких детей и, вообще, не достигших совершеннолетия, килрачи обходили десятой дорогой), но было и с десяток мужчин среднего возраста.
– У Ока'ары, кажется, на двадцать больше, а про Сейтта я ничего не знаю.

– Этого достаточно, - просто кивнул Вэракк.
– У нас их вполне достаточно, что бы обменять на детей, и заставить дать транспортник для пути домой. Что с периметром?

Информация от разведчиков, высланных на полквартала вперед и назад, особой ясности не принесла: основные бои шли пока на восточной и северной границе города, где силы местной службы безопасности вкупе с гарнизоном отражали попытки килрачей из двух других лагерей захватить космопорт или пробиться к арсеналам и командному центру. Про падение западной линии обороны и прорыв в город трех сотен килрачей там, скорее всего, знали, но перекрыть путь вперед пока не успели. Позади еще продолжались отдельные стычки отставших групп и человеческих солдат, которые довольно грамотно пытались залатать бреши в обороне, но серьезной угрозы составить не могли.

– Тогда вот что: двигаемся с максимальной скоростью вперед, к центру города: там должны быть его административные центры и средства связи. Там мы сможем сообщить людям свои требования, да и обороняться там легче. Дэхх - ты со своими следи за заложниками, - пожилой килрач мрачно кивнул, - Леа и… - Вэракк помедлил, - и До'ош: берите десятерых и двигайтесь к тому зданию, - он указал на возвышающийся над кронами пятиэтажный бетонный комплекс, над которым парил ярко-красный правильный крест.
– Это их госпиталь: там может быть охрана, а расположен он очень удачно для обстрела всего района. Полагаю, Ока'ара и Сейтта выслали своих туда же, но вы на это не очень рассчитывайте. Мы не будем вас ждать, поэтому сразу догоняйте нас. И Леа… - Вэракк слегка понизил голос, а До'ош почувствовал, как от отца к дочери потекли потоки заботы и любви; смутившись, он наглухо заблокировал собственное эмпатическое восприятие.
– Будь осторожна.

– Я всегда осторожна, отец, - легко сказала Леа.
– Все будет в порядке! И каждый, кто слышал ее, знал, что она лжет!

Как и предсказывали метеорологи, циклоны столкнулись ближе к середине дня. В любой другой ситуации, нашлось бы немало желающих просто полюбоваться светопреставлением, бесплатно организованным природой Аполлона-2, но в этот день таковых не нашлось совсем, и вошедшая в полную мощь буря бушевала при полном отсутствии внимания к себе.

Дождь, начавшийся в час дня, постепенно перерос в невероятной силы ливень, изредка перемежающийся градинами величиной с кулак взрослого мужчина. Опустившиеся чуть ли не до самой земли тучи совершенно закрыли светило системы, и если бы не непрерывно разряжающиеся пучки молний, вокруг царил бы могильный мрак. Немало света так же добавляли пожары, которые не в силах был загасить даже этот ливень, да и не думающие прекращаться перестрелки в районе космопорта вносили свою лепту, так что на плохую видимость грех было жаловаться.

Паника, распространяющаяся быстрее пожара в степи, постепенно превращалась в массовую истерику. Тысячи людей бежали куда глаза глядят, метались по улицам, тщетно взывали на помощь, молились; огонь, пожиравший дом за домом, перекидывающийся на сады и кустарники, никто и не думал тушить, и вскоре почти пятая часть города стала похожа на праздничный костер, а неистовый ветер, усиливающийся с каждой секундой, все сильнее раздувал пламя. Красно-оранжевые языки огня вздымались до самих туч, сплошной стеной разделив город на части, и воплями грешников в аду звучали крики тех, кто заживо сгорал в собственных домах, и эхом отзывались обреченные стоны тех, кого безжалостно давила, топтала безумствующая толпа.

А ураган торжествующе ревел…

Трассирующая линия прочертила наполненный смрадом жженого мяса и сладковато-соленым запахом крови воздух, опускаясь на бросившегося из-под прикрытия бетонной колонны к подъему на верхние ярусы санитара. Он не успел даже вскрикнуть, как очередь плазмы вспорола его грудь, разворотив на части торс, и, продолжая полет, в цепы разбили информационный щит на стене.

Человек в белой врачебной форме беззвучно рухнул на бетон, и До'ош от всей души поблагодарил Ушедших, что он не видит того, что от него осталось. И без того, он за последние полчаса увидел гораздо больше такого, чего желал бы никогда не знать, а до конца всего было еще очень далеко.