Чтение онлайн

Историки не пускались в объяснения, почему эти движения существовали десятки лет и были такими масштабными и массовыми. Но мировая практика показывает, что это возможно только при определенной духовности и идеологии: человек, который выходил за рамки общепринятых общественных норм, вступая в ту или иную тайную организацию, должен был четко знать, для чего он живет и за что умирает. И, конечно, в условиях оккупации такую идеологию можно было распространять только нелегально. Не были исключением и т. н. «социальные движения». Однако духовную сторону повстанцев изучать было запрещено. Простой народ четко различал отряды защитников и простых разбойников, у которых за душой ничего не было. А казаки, гайдамаки или опришки в глазах народа всегда были борцами за справедливость, что подтверждается многочисленными народными песнями и легендами, сложенными о них.

Историки не ставят вопрос, почему, скажем, в сравнительно небольшой промежуток времени в Украине существовало большое количество военизированных обществ с чрезвычайно разнообразными названиями. На Большой Украине, кроме Запорожской Сечи, существовали «гайдамаки», «харцызы», «дейнеки», «левенцы», в Карпатах — «опрышки», на Лемковщине — «збойники», «шугаи», на Закарпатье — «бескидники», в Венгерской Руси — «списаки», «толваи», «батяры», «фуры», на Буковине — «борцы» (79, 115–116). Это объясняется тем, что территория Украины всегда была ареной борьбы религиозных и философских идей. Простой народ сохранял еще сильные языческие обычаи. Если добавить к этому борьбу православия с католицизмом, влияние мусульманства, то можно себе представить, какие философские идейные доктрины могли тут возникнуть. Да и всегда каждый стремился в чем-нибудь отличаться, даже вышивки на одежде в каждой деревне отличались.

Збойники. Рисунок М. Алежа.

Эта ситуация похожа на ту, которая была в древней Индии или в средневековом Китае, когда в период борьбы с захватчиками появлялись тайные общества «Черные драконы», «Красные повязки» и др. У всех них была одна цель — выгнать оккупантов, но разнились они тайными знаниями и обрядами. Такая ситуация была характерной для всех стран мира. Естественно, что эти тайные общества имели свои боевые искусства.

Нападение гайдамаков. Рисунок Г. Ковпаненко.

Обычно тайные общества делятся на: 1) религиозные, 2) военные, 3) судебные, 4) научные, 5) общественные, 6) политические (58, І, 16). В Украине существовали все виды этих обществ, во многих случаях некоторые общества объединяли признаки нескольких. Яркий пример — вхождение Запорожского казачества в Киевское братство. То есть, тут казаки объединили военные функции с политическими и религиозными. А вот иной пример. Исстари в Украине существовали т. н. «копни», то есть общественные суды. Эти суды пользовались не только большим авторитетом и властью в обществе, их юрисдикция распространялась и на шляхту. Были случаи, когда копными судами выносились смертные приговоры даже шляхтичам (183, 35). Конечно, шляхтичи-пришельцы не хотели признавать прав этих судов над собой. В таких случаях общественность обращалась за помощью к народной самообороне — опришкам, гайдамакам, казакам, которые исполняли судебное решение общества, выполняя таким образом функции тайных народных судов. Опришки или гайдамаки выполняли функции как народной самообороны, так и тайной судебной власти, наказывали ненавистных крестьянам господ. Так, Олекса Довбуш в 1744 году пришел даже на Подолье, в г. Борщов, чтобы наказать злостного палача, «усмирителя» крестьянских движений шляхетного полковника Константина Золотницкого. Когда пан начал проситься, обещая выкуп, Довбуш отказался брать деньги, ответив ему «не за деньгами сюда пришел, а за твоей душой, чтобы ты людей больше не мучил». Золотницкий был казнен (76, 100). Так, в мае 1750 года казаки Ружицкие попросили гайдамаков, чтобы те убили губернатора Бердичева и гайдамаки выполнили их просьбу (75, 85). Нередко, особенно после уничтожения Сечи и введении крепостничества, исполнителями смертных приговоров над нелюдями-панами были даже кобзари. В трудах исследователей кобзарства Г. Хоткевича, К. Викторина, П. Биленького, К. Студинского, П. Мартыновича упоминаются факты расправ слепых певцов над народными эксплуататорами. У К. Студинского зафиксирован рассказ кобзаря Павла Стойко об убийстве слепыми лирниками графа Голиевского из Глебова; П. Мартинович упоминает о кобзарских покушениях на «господ и ябедников этого мира»; у А. Парфиненко записано несколько рассказов о выполненных кобзарями приговоров над ревностными охранителями закона. Все вышеупомянутые исследователи кобзарства единогласно утверждают, что в старину функции незрячих слепцов были значительно шире, чем мы себе представляем (336, 433).

Один из суботовских дедов. Фотография нач. XX в.

Изображение древнеславянских воинов. VI–VII вв.

Аркан. Рисунок Г. Якутовича.

Копные суды просуществовали в Украине до ХХ в. Ярким примером их деятельности является Суботовская казацкая организация. До 1914 года в Суботове, старинной столице гетмана Богдана Хмельницкого, существовало тайное казацкое общество со своими обычаями и обрядами. Все судебные дела казаки решали сами, не допуская в деревню полицейского стражника или судью. Еще до 1914 года в Суботове не было полицейского урядника или стражника, потому что если таковой туда и назначался, то через какую-то неделю-две он или сам отсюда переносился в другую деревню, или же его «переносили» так, что и следа за ним не находили. Так же выбирали себе сами суботовцы священника. Основным судебным органом для Суботова были деды (дедом становился казак, который дождался первого внука).

Ежегодно в день св. Петра на одном из многочисленных островков на реке Тисмяне суботовские деды собирались на тайную Раду, на которой выбирали гетмана и казацкую старшину: писаря, судью, есаула, казначея и полковников. Старшине вручались клейноды. Эта традиция в строгой тайне продолжалась аж до 1918 года, когда суботовские деды перестали выбирать гетмана, т. к. тогда гетманом Украины был провозглашен Павел Скоропадский (106, 136–137).

Военные тайные общества имеют свои корни от древних тайных союзов молодых воинов, которые со старины известны в арийском обществе. В глубокой старине в каждом племени существовали мужские и юношеские инициативные т. н. «звериные» союзы. У них были свои мифы, ритуалы и особый комплекс эзотерический знаний. В этих товариществах существовала своя система власти, независимая от общества, закрытые для непосвященных ритуалы и обряды, многие из которых имеют архаическое происхождение.

Ружье гуцульского изготовления.

Именно от этих товариществ берут свое начало опришки, гайдамаки, колуны, левенцы, дейнеки и другие военные общества, которые действовали в Украине, имели свою идеология, обряды и ритуалы. Невзирая на уничтожение и преследования на протяжении нескольких сот лет, элементы древних таинственных инициационных ритуалов и обрядов сохранились в казацких и опришковских песнях, легендах, пересказах, поговорках (336, 433).

У опришков существовала своя система инициаций, подкрепленная идеологией. Например, документально подтверждено, что когда перед смертью к Олексе Довбушу подошли священники и предложили ему исповедаться, он им ответил: «Я уже исповедался и причастился тогда, когда встал на этот путь» (78, 117). То есть, перед тем как стать опришком, он прошел какие-то инициационные обряды, которые противоречат церковным канонам. Выдающийся писатели и исследователь Гуцульщины Станислав Винценз донес до наших дней чрезвычайно интересный вариант клятвы опришков: «Я клянусь на топоре грома вам, дедушка, и вам славному товариществу, господа легини. Буду слушаться вас дедушка-атаман, и буду верным вам товарищем, братья легини. Никогда никого не выдам, даже если бы меня в господских застенках пытали, четвертовали и жгли. Если бы я клятву не сдержал, то пусть не минёт меня на земле и под землей этот топор грома и оружие легинев. Да будет так. Аминь» (49, 158). Клятва на «топоре грома» говорит, что этот ритуал является очень древним, ведь топор грома был признаком бога войны и молнии Перуна. Другие инициации, например, держать в руке раскаленный уголек, которым испытывался кандидат в опришки, тоже происходят от дохристианских времен, это остатки древних ордалий, которые упоминаются еще в «Русской Правде».

Проходили определенные инициации и запорожские казаки.

Сохранилась старинная казацкая поговорка, которая несет в себе инициационную формулу смерти для общества и рождения нового члена тайного общества: «Малым родился — большим умер». — «А что теперь делаешь?» — «По чужбине блуждаю и славу ищу!» (179, 21).

Топорик. 1834 г.

Некоторые украинские тайные общества были настолько мощными, что могли заниматься изготовлением не только холодного, но и высококачественного огнестрельного оружия (карпатские опришки). Интересно, что изготовленное оружие опрышки обычно украшали определенными магическими символами. Если проанализировать орнаменты и рисунки на топорчиках опришков, пистолетах или крисах, можно заметить что все они имеют древние архаические элементы знаки — Солнца, Перуна и т. п.

Когда оккупанты изымали оружие у населения, оно продолжало тренироваться голыми руками или с хозяйственными инструментами. Ведь такое было не только в Японии. Например, на Правобережной Украине после Колиивщины украинским крестьянам было запрещено иметь больше одного топора и одного ножа на десять домов: «После гайдаматчины, когда уже ляхи начали управлять Украиной, то на десять хат один нож и один топор: боялись, чтобы опять народ не взбунтовался. Вот войдет солдат в дом: «А ты, мужик, схизматик! У тебя два ножа, galgan, гайдамака!» заберет и пропало» (173, І, 139). Вот так допек поляков гайдамацкий нож-колун. А народ тайно изучал способы борьбы без оружия. Именно по этому танец гопак и аркан до ХХ в. сохранился в украинских деревнях, причем во многих разновидностях. Если уже сравнивать с японцами или китайским кунфу, где, например, существует стиль «пьяный монах», то есть свидетельство, что у нас существовал подобный танец, как «пьяный казак», который имитирует бой с врагом в состоянии опьянения. Исполнялся он с саблей. Причем мастера этого танца с Украины еще в XIX в. ездили на Кубань и обучали ему черноморских казаков (242, 3).

Мы уже говорили, военно-рыцарские традиции украинцев возникли в дохристианские времена. Ярким примером передачи этих традиций является легенда о Илье Моровце. Илья Моровец — казак, который воюет за церковь, но богатырскую силу ему дали три волхва, переодетые странствующими калеками. А позже Илья Моровец, когда необходимо было проникнуть в вражеский стан для разведки и диверсий, переодевается в странствующего калеку. Так же поступают и другие богатыри.

Кто же были эти калеки? Калеками называли паломников, которые ходили на богомолье к святым местам. Такие паломники были у нас еще в дохристианские времена, что убедительно доказал академик Рыбаков. Геродот рассказывал о прочанах из Гипербореи, которые приносят дары на Ахилловом острове (о. Змеиный). В средние века своими «святыми местами» славились Киев, Львов, Новгород и другие города. На Подолье таким местом поклонения был Збручский идол на горе Богит, во Львове на Знесинни существовал какой-то религиозный комплекс известный под названием Световидово поле, где стояли огромные каменные статуи Деда и Бабы, к которым приходили со всей округи паломники. Кстати, сейчас слово калека ассоциируется с человеком с физическими недостатками. На самом деле оно происходит от особой обуви прочан, которая имела название «калиги». В древнерусских былинах калекам посвящено немало места, существует даже отдельная былина «Сорок калек с калекой». В былинах калеки — здоровые мужчины, от крика которых падают кони князя Владимира и его богатырей, и любви их атамана добивается княгиня (100, 154–156). Одеты они не в старье, а в шелковые одежды, расшитые золотом и серебром (100, 125). В другой былине «Соловей Будимирович» описывается, что их одежды были белого цвета (вспомним, что у арийских народов белый цвет признак именно первой касты — жрецов, брахманов, волхвов, друидов) (100, 7). Организация калек имела своего руководителя, которого называли атаманом и приказы которого выполнялись безоговорочно. Атаман — древнее санскритское слово, происходящее от «атман» — «просветленный». Было у калек и свое грозное оружие, так называемые «подорожные палицы» или «шелепуги» — длинные деревянные кии «пятидесяти пудов», залитые в середину свинцом «тридцати пудов», а также ножи, «чингалища булатные» (100, 125–126). Имели они и свои правила, «заповеди», которые закреплялись клятвой. Вот некоторые из них: не воровать, не обманывать, не блудить с женщинами, слушаться атамана. Невыполнение заповедей строго наказывалось: провинившегося по плечи закапывали в сырую землю и оставляли умирать (100, 154–156). Как видим, перед нами остатки очень древней организации, корни которой достигают дохристианских времен. Такие организации путешествующих мудрецов-паломников и поныне существуют в Индии, где еще сохранились старинные арийские традиции.