Чтение онлайн

– Ну ты скажешь тоже! – фыркнула Олива. Её рассмешила фраза Салтыкова – И потом, он не драконов, а архангелов с мечами видел…

– Да один хуй, – отвечал Салтыков, – А секс-то был у вас или нет?

– В том-то и дело что нет! Он до этого не допустил.

– Хыыыы! – заржал Салтыков, – Всё ясно. Он, наверно, драконов испугался. Или за письку свою боялся – ведь дракон-то с мечом!

– Точно-точно! – в свою очередь заржала Олива, – Правда, было б за что бояться…

Я и письки-то там у него в штанах толком не видела. И всё-то он в туалет бегал каждые пять минут…

– Хе-хе! Так он поддрачивал, значит! – Салтыков и тут не растерялся, – Но! Может, он пытался аппарат свой завести? Подёргает чуток, потом обратно бежит – пока бежит, всё снова опускается. Вот и бегал каждые пять минут.

– Ооооой, пиздец! – Олива аж согнулась пополам от смеха, – Ха-ха-ха-ха! Жжошь! Я пацталом!

В другой раз, среди ночи, Оливу разбудила смска Салтыкова:

– Олива, ты спишь или нет? Срочно включай REN-TV: там один мужик надел себе на член стальную гайку! Интересно, 42nteller себе на член что-нибудь надевает или нет?

"Придурок…" – подумала Олива и расхохоталась.

А Даниил всё-таки объявился. Объявился он именно тогда, когда Олива меньше всего о нём думала, вернее, смотрела на него уже другими глазами – глазами Салтыкова, а не влюблённой девушки.

– Здравствуй, – написал он ей в мейл-агент.

– Что тебе надо? – ответила Олива.

– Ты успокоилась?

– Я не понимаю какого хрена ты мне пишешь после всего что произошло…

– А что произошло? Ничего непредвиденного я не заметил, – сказал Даниил, – По крайней мере теперь ты можешь размышлять здраво, как бы то ни было.

– Это всё, что ты хотел мне сказать?

– Смотря что ты хотела услышать.

– Я уже ничего не хочу услышать, по крайней мере от тебя.

– Тем лучше, по крайней мере ничто не будет мешать нормальному общению.

– Я не собираюсь с тобой общаться, – сказала Олива.

– Пока что это у тебя плохо получается.

– Знаешь что, хватит. Меня эти нюансы больше не интересуют, – жёстко обрубила она, – Ты мне в душу насрал, я тебе никогда этого не прощу. И больше не собираюсь иметь с тобой ничего общего.

– Я тебе не давал никаких обещаний, – сказал Даниил, – Кроме того, это самый лучший из вариантов, который можно было выбрать.

– Вот как?

– Или может ты хотела, чтобы всё кончилось, когда зашло бы порядком дальше?

– Ты так хотел, чтобы всё кончилось? – не без ехидства произнесла Олива, – Что ж.

Ты добился своего.

– Не надо меня интерпретировать, – сказал Даниил, – Пожалуйста.

Олива промолчала.

– Тебе не кажется, что ты идёшь по замкнутому кругу? – прервал молчание он.

– Кажется. Но тебя это не касается.

– Я могу помочь тебе, только если ты сама захочешь выйти из ситуации, но если не хочешь помощи, то прочти книги Курпатов – Самые дорогие иллюзии, Ричард Бах – Иллюзии, Паоло Коэльо – Алхимик, Анхель Де Куатьэ – Схимник. Тогда, по крайней мере, ты сможешь с людьми говорить так, чтобы тебя поняли.

– Знаешь что?! – вскипела Олива, – Пошёл в ЖОПУ!!! Понял?! Засунь себе свои книжки знаешь куда… Иди вон, своей дуре Никки помогай – она в этом больше нуждается, а я уж как-нибудь без помощи сопливых обойдусь.

– Ну, если ты действительно так хочешь, пожалуйста. Удачи тебе, будь счастлива.

– Счастлива?! – Олива аж задохнулась от негодования, – Нет уж. Хватит. Побыла.

– Жаль что сломалась, не все выдерживают, – сказал Даниил, – Как знаешь.

Жестокостью ничего не добьёшься, ни в мыслях, ни в жизни…

– Да? А ты добился… Хороших результатов добился ты, – со злостью произнесла она, – Ну что ж, давай, дерзай. Умник блин. Ты знал, чего добивался? Все ходы вперёд просчитал? Только ты одного не учёл – в жизни за всё надо платить. И ты ещё за всё заплатишь…

– Я уже заплатил. Время покажет, чего ты так добьёшься, вот только жаль не увижу.

Жаркий июльский полдень стоял над полем. Шелковистые травы, выжженные солнцем, изредка колыхал небольшой ветерок, и он же гнал рябь по небольшой речке, которая находилась за этим полем. Кругом не было видно ни души, даже птицы смолкли, сморённые жарой. Со стороны деревни лишь изредка доносилось отдалённое мычание коров и кукареканье петухов, ещё реже со стороны дороги был слышен рокот проезжающего мотоцикла.

Со стороны берёзовой рощи выехала в поле девушка на велосипеде и стремительно покатила к речке. На ней не было ничего, кроме купального костюма и лёгкой белой рубашки, накинутой на плечи, чтобы не обгореть на солнце. Олива (это была она), миновав поле и резко затормозив на берегу речки, бросила велосипед и стремительно побежала к воде. С разбегу бросившись в воду, Олива вынырнула и сильными, размашистыми движениями поплыла вдоль реки.

– Ау! – крикнул с берега чей-то знакомый женский голос. Олива поплыла к берегу, вышла, и, ступая босыми ногами по горячему песку, направилась туда, где остался её велосипед.

У велосипеда стояла Инна, двоюродная сестра Оливы. Инна была старше её на семь лет, но выглядела гораздо моложе, и ей вполне можно было дать семнадцать лет, а не двадцать семь.

– Ты чего велосипед тут бросила? – спросила она, – А если б угнали?

– Да кому он нужен, – беспечно отмахнулась Олива, – Всё равно же нет тут никого…

– А я за смородиной ходила, вот набрала мисочку, – Инна показала миску с ягодами, которую держала в руках, – Да вот тоже решила искупаться…

Девушки расстелились на берегу и вошли в воду. Проплыв до деревянного моста и обратно, вышли на песок и, разлегшись на рубашке, которую подстелила Олива, принялись есть ягоды и загорать.

– Какие ягоды-то крупные да вкусные, – похвалила Олива, – Ты где такую смородину достала?

– А вот ни в жисть не угадаешь! Помнишь, ещё детьми, лет двенадцать тому назад, посадили мы с тобой за речкой куст красной смородины? Так он прижился, вырос – и теперь на нём вот такие ягоды!

– Двенадцать лет прошло! Невероятно… – ахнула Олива, – А вроде как вчера было.

Сёстры молча продолжали есть ягоды. Двенадцать лет назад была такая же речка, те же камыши и такое же поле, и так же в июльском небе светило яркое солнце. И резво бежали через поле к речке две девочки в панамках – восьмилетняя Оливка, худенькая, с двумя русыми косичками и выпавшими впереди молочными зубами, и пятнадцатилетняя Инночка, такая же, пожалуй, как сейчас, почти не изменившаяся за двенадцать лет. Только вот Оливу эти двенадцать лет здорово изменили – теперь на месте смешной девчонки с косичками была взрослая, окончательно вызревшая девушка, почти женщина. Теперь уже Олива выглядела старше Инны лет на пять.