Чтение онлайн

Выпив с Вольнором, вся охотничья рать двинулась вглубь утреннего леса. Нервничали псы, натягивая тонкие металлические цепи: им не давали покоя тайные запахи, исходившие из лесной чащи.

Егеря и псари, разделив охотников на группы, разошлись вместе с ними в разные стороны. За кустами остались цветные шатры. Антон ехал рядом с князем, бургомистром и одноглазым полковником. Солнце уже поднялось над лесом, но было ещё прохладно, лишь хруст веток под конскими копытами изредка прерывал тишину.

Вдруг где-то впереди затрубил охотничий рог, его возглас подхватил в стороне другой, совсем рядом - третий.

И сразу же вблизи грянул выстрел, чуть подальше - грохнул другой, где-то эхом бабахнул третий!

Испуганно вспорхнули птицы, ища защиты в небе.

Одноглазый полковник вскинул ружье.

И тут раздался треск раздираемых кустов, перед охотниками. ища спасенья в этой стороне, появился загнанный кабан с крошечными безумными глазками. Увидев людей и здесь, он помчался прямо на них.

Не успел Антон отскочить в сторону, как три выстрела уложили кабана на месте. Смерть была мгновенной.

– Знай наших!
– пробасил полковник. Из ружей его, князя и бургомистра шел белесый дымок.

Антон увидел кровь на оскаленной мертвой морде зверя, и деревья поплыли перед его глазами, а к горлу подступила тошнота. Хватаясь за ветки орешника, он ватно свалился с коня на траву. Откуда-то издалека донеслись крики, выстрелы, гудки рожков, ржанье коней... Затем на него пролился холодный дождь с неба, и кто-то стал бить его по щекам...

Антон с трудом раскрыл глаза. Над ним склонилось испуганное лицо бургомистра, поливавшего его водой из бутылки. Деревьев над головой не было, небо исчезло тоже, и он понял, что лежит в шатре.

– Ну, вот, - обрадовался бургомистр.
– Кажется, полегчало!

Охота была сорвана. И вновь по вине Антона.

– Тряпка - этот ваш скрипач!
– басил рядом одноглазый полковник. Слаб оказался на поверку.

– На то он и скрипач!
– пробовал защитить его бургомистр.
– Это вам не в казарме - ать-два! Скрипачи - народ тонкий.

– А я говорю: слабак!
– огрызнулся искалеченный вояка и презрительно покинул шатер.

Антон прикрыл глаза. Ему было неловко.

– Это хорошо, что слабым оказался, - вдруг услышал он голос князя. Кто не без слабостей!..

– Научится, молод еще.
– заверил его бургомистр и вновь вылил на музыканта кружку воды.

Скрипач затряс головой и резко сел.

Он увидел Вольнора. Тот стоял рядом и неотрывно смотрел на шею Антона, где под развязаным шейным платком болтался серебряный медальон с буквой "N." в виде двух ноток.

– Да, - ледяным голосом сказал князь, - охота - это столько положительных эмоций!
– и, не оглядываясь, вышел из шатра.

Глава девятая.

Хоть охота до обеда оказалась короткой, на вертелах жарились две кабаньи туши, с десяток зайцев да десятка три куропаток.

Над поляной тут и там поднимался к небу аппетитный дымок.

День лежал в низине на боку, молча улыбаясь и вдыхая дым от костров, как будто он устал на охоте, и его клонило ко сну.

Охотники же неутомимо сидели за столами и, покуривая трубки, травили охотничьи байки.

– Помню в прошлом году в море, - рассказывал Рыбник, - поймал я молодую русалку. Как и полагается: с хвостом. С одной стороны - известное неудобство, зато с другой - ноги не кривые.

Все громко расхохотались над рыбацкой шуткой.

– Лежит себе в сетях да так жалобно смотрит!
– продолжил он.

– И что?
– спросил Галантерейщик.
– Отпустил?

– Нет! Домой привез.

– И что жена?
– загоготал полковник.
– Небось, прогнала обоих?

– Зажарила ее! И - все дела!
– закончил свой рассказ Рыбник под общий хохот.

Все знали, что сам он никогда не рыбачил, да и моря в их стороне не было.

Антон вышел из шатра, разбуженный смехом, и присел поодаль от компании, на самом конце скамьи, рядом с бургомистром.

– Как самочувствие?
– тихо спросил его Ленард.

Антон не ответил, а, в свою очередь, спросил сам:

– Скоро домой?..

– Скоро, - шепнул бургомистр и налил ему вина из кувшина. Соскучился?..

Антон кивнул и выпил.

К ним подошел Егермейстер.

– Запасы пополнены, ваша милость!..

– После обеда продолжим, - дал указание бургомистр.

– ...А у меня был особый случай!
– донесся голос Мясника с другого конца стола.
– Охотился я в горах на баранов. День прошел, другой, и - все зря!.. Ни одного не убил... Возвращаюсь в долину и вижу: сидит кто-то у пня. Шерсть дыбом, глазища злые, рога - во! Сидит - и хвостом по пню постукивает.

– Неужто зубр?!.
– воскликнул Галантерейщик.

– Ты дальше слушай... Стучит себе, значит, по пню да копыто копытом потирает.

– Козел, что ли?
– не выдержал Галантерейщик.

– Сам ты - козел!..
– разозлился Мясник.
– Вскинул я ружье и, не глядя, бабахнул! Как заверещит он, как взвоет! И послал меня куда подальше!

– По-человечьи, что ли?!
– удивился Галантерейщик.

– Ага! Как сапожник!

– А что сапожник?!
– обиделся Сапожник.
– Это мой отец ругался, а я ни-ни!..

– Да кто ж это был?!
– закричали все разом.

Мясник обвел всех глазами:

– Черт, вот кто! Чтоб он пропал, нечисть рогатая!

Охотники ахнули. Кто-то перекрестился.

– Не знал я, что вы чертей не уважаете, - раздался резкий голос князя.

– А за что их любить-то, ваша светлость?!
– удивился Мясник.

– А любить никто и не просит. Их уважать надо, - жестко сказал Вольнор.
– И бояться!..

– Еще чего!
– усмехнулся Мясник.
– Было б за что!

– За мудрость, - ответил князь.
– Да за ясновидение. Тот несчастный черт, когда слал вас подальше, не сказал, когда вам убраться?