Современная проза

Вряд ли он страстно любил меня, когда мне было тридцать семь, но тогда он, по крайней мере, не изменял. В тридцать семь я выглядела на те же тридцать, без всяких усилий, без всяких подтяжек, две пачки сигарет в день, крепость утреннего кофе зашкаливает, крепость вечернего виски зашкаливает, крепость…

К фурункулу, вскочившему у хозяина кабинета на холке, пластырем приклеен комок марли… А все оттого, что замминистра всегда сидит, развалившись в кресле. Вот бактерии с кожаной спинки и попали к нему на шею. В кабинете — скопление изможденных, сумрачных, недовольных лиц. Это начальники департаментов…

На улице к ним бросились люди. – Целы? – тормошили они детей. – Вот недосмотрели-то за скотиной, хорошо, что обошлось… – Обошлось… – сказал высокий мужчина. – А как обошлось-то?.. Все опять затихли и с удивлением посмотрели на Олю. – Да как же ты, девонька, быка-то утихомирила? – спросила краснощекая…

И вдруг в глубине гостиничного коридора возникло и двинулось к выходу из отеля то, что заставило нас обоих просто окаменеть на месте. 17-летнее существо с глубокими голубыми глазами, в мини-юбочке, натуральная блондинка с тонкой талией и гитарным овалом бедер, на высоких ногах, с открытой незагорелой…

Они попросили меня встать и принялись измерять длину моих рук, кривизну груди и позвоночника, сводчатость стоп; этих измерений в рамках некой неизвестной мне нозологической программы оказалось столько, что я почувствовал себя многоруким и многоногим. То, что они были моложе меня, знаменовало собой несчастливую…

Она шла вдоль палаток, мимо кустов и деревьев. Как вдруг её схватили и что-то прижали ко рту. *** — Босс, мы захватили дочь Савад. — Хорошо, Иемитсу? — Не видел. — Ждем. Бессознательную Тсунаеши положили на заднее сиденье машины и повезли к лесу. Однако, очнувшись, девочка поняла, что что-то…

Я считаю, что глубокий, хотя и слегка ироничный поклон, который Хюлле отвешивает Манну, последним был бы воспринят с пониманием. Как никак, сам Манн позволял себе с иронией относиться к таким каноническим текстам, как библейская история Иосифа и его братьев или средневековые легенды о Григории VII. Поймут…

Ой, ты Верочка моя, Вера Златова, Что ж не любишь ты меня, Конопатого! И смешно притопывал ногой. И баба переставала ругаться, улыбалась и толкала деда в толстый живот. Но в этот раз дед за что-то ругался на дочь, а у бабы слезы текли по-настоящему, и оладьи пригорели. В девять Витька…

Маленков побледнел и испуганно пригнулся, вернувшись в позу “на полусогнутых”. Садиться ему, вроде, не разрешили, стоять, однако, тоже. После слов про английского шпиона сидевшие по бокам от Маленкова Каганович и Ворошилов тут же отодвинулись от него, как от чумного. Берия наконец оторвался от созерцания…

В книге сложно переплелись судьбы детей осужденных и детей тюремщиков — жертв и палачей, представителей разных возрастов и социальных групп, оказавшихся в 1954 году в центре, в своего рода «Северной столице» того края, который Солженицын назвал «архипелагом ГУЛАГом». Герой произведения — учитель Попов…

С т а р и к. Тоска. С т а р у ш к а. А когда на воду смотрел, не тосковал... Знаешь, а давай поиграем, как в прошлый раз, вот и развеселимся. С т а р и к. Давай, только, чур, теперь твоя очередь играть. С т а р у ш к а. Нет, твоя. С т а р и к. Твоя! С т а р у ш к а. Твоя очередь, говорю. С т а…

Из теней он смотрел, как проезжают последние трамваи, о, не последние, но почти, а в небе и в неподвижном канале угасают долгие зеленые и желтые сполохи летнего вечера. Но тут его приметил господин, проходивший мимо под руку с дамой. О, дорогая, сказал он, это же Хеккет. Хеккет? сказала дама. Какой…

Составляя этот сборник, я преследовал сразу несколько целей. Во-первых, мне хотелось познакомить читателей с тем лучшим, что написано о любви в отечественной литературе. Во-вторых, показать, как эта «нежная тема» развивалась вместе с русской литературой. Наконец, предложить разные подходы к «странностям…

…Мы с президентом и до этого часа доверяли друг другу, а потом наше доверие распустило свои ветви так широко, что переросло разумные пределы – Лариса стала позволять мне читать свои дневники. И однажды я прочел короткую запись, сразу, не глядя на дату, поняв, какой именно день она имела в виду – день,…

Ваню, например, в восторг приводит мой мелодичный, трогательный плач. Слышал бы он в тот момент, как я скулила и захлебывалась, глотая слезы. Сама не знаю, отчего я плакала; я думаю, этому не ты был причиной, а полумрак и тишина, царящие в часовне. Не помню, когда я в последний раз была в церкви. В прохладной…

Топила она теперь лишь в одной маленькой комнате. Когда они вошли туда, старая снова опустилась на скамеечку; Антал грел руки, приложив их к теплому боку печки. Оба молчали, но и без слов вполне понимали друг друга. «Надо где-то взять силы, — словно говорила своим молчанием старая, — я очень его любила».…

Он не отвечал. Поднеся бутылку ко рту, с жадностью сделал несколько глотков. Она прижалась щекой к его ноге. – А как вы думаете… тот, кто сдержанный и скромный – он лучше других? Ну или хотя бы добрый? Как вы думаете? Она вытащила из сумки сигареты, прикурила сразу две, подняла руку с одной сигаретой…

– Ну, что, малой, нагулялся? – кричит Леля, поглядывая на часы. – Пора. Я еще с твоей мамой не наговорилась! Мика неохотно сворачивает сачок, расправляет шорты, плотно закрывает банку полиэтиленовой крышкой. Можно идти. А была бы его воля – сидел бы здесь до вечера, до ночи, до следующего утра! Познакомился…

С близкого расстояния, что редко случается с блондинками, девушка казалась ещё более привлекательной, чем издали. У девушки была точеная фигурка, стройные ножки в замшевых туфельках на высоких каблуках, глубокая влажная ложбинка между грудей, заманчиво уходила под ободок черного платья с рубиновыми всполохами.…

- Кто такой? - вполне добродушно спросил Опарин. - Я спрашиваю, где орудие сержанта Ракитина?! - неожиданно возмутился безобидному интересу Опарина солдатик. Гонору в нем было - по самые уши. - А кто я такой, тебя не касается! Слова и тон, которым они были сказаны, меняли дело. Не стоило так разговаривать…