Чтение онлайн

– Вы продаете и Алейсею?

– Да. У меня есть кое-кто на примете, хотя я еще не предлагала эту идею. Но он дисциплинированный молодой человек, который сможет держать ее в узде. Сломить ее необузданную натуру.

– Я не буду.
– Если бы мы были одни и за нами не наблюдали немногочисленные прихожане, которые остались поблизости, я подумала, хватило бы у меня смелости отшлепать ее, как бы сильно ни чесалась моя ладонь.
– Я не пойду. Я отказываюсь.

– У тебя нет выбора. Он уже заплатил. Он хочет наследника, и ты ему его дашь. И кроме того, весь приход видел, как тот заключенный схватил тебя за руку и заговорил на каком-то иностранном языке. Они уверены, что между вами была дьявольская связь. Некоторые из них уже потребовали провести надлежащий экзорцизм. Если ты откажешь мистеру Моросу, то, подозреваю, окажешься на милости верующих.

– Он бредил. Все знали, что он бредил о... о...

– О чем? Ты даже не можешь этого сказать, не так ли? Ты хорошо играешь, Маэвит, но правда в том, что в тебе есть доля отрицания, и ты не можешь не выбирать, не искать, не находить.
– Она подошла ближе, снова распаляя мои нервы, и подняла небольшой локон моих волос.
– Я помню тот день, когда твой дедушка нашел тебя на пороге дома в твоей люльке. Я умоляла его избавиться от тебя, а он, дурак, отказался. Думаешь, это совпадение, что и он, и твой отец рано умерли? Или то, что мы пострадали чуть меньше, чем бедняки?

Из меня вырвался гневный вздох, ее обвинение прозвучало как пощечина.
– Вы хотите сказать, что я виновата в этих вещах?

– Я предлагаю тебе подумать о своем выборе. У тебя нет будущего в Фоксглавском приходе, если только ты не хочешь жить в храме с отрезанным языком. Я, конечно, не намерена терпеть бремя твоего проклятого существования, ожидая, что рыцарь в черных доспехах придет и уберет тебя. Лучшее, на что ты можешь надеяться, - это выйти замуж за такого уважаемого человека, как мистер Морос. И кто знает, может быть, со временем он поможет завоевать тебе расположение в этом обществе.

– Меня не волнует благосклонность этой общины. Или мистера Мороса.

– Тогда чего же ты хочешь, дитя? Чтобы губернатор раздел тебя догола и пронзил клеймом? Будь осторожна. То небольшое уважение, которым одарил тебя твой приемный отец, как героя веры, может быть легко сметено обвинениями в колдовстве. Готовься к отъезду завтра в полдень.
– С усмешкой она зашагала обратно к группе женщин, стоявших в углу.

Взбудораженные шквалом новых сплетен, они смотрели на меня, перешептываясь между собой.

Я знала, как быстро распространяются шепотки. И насколько серьезными могут оказаться их последствия. Я жила этим каждый день.

Агата положила руку на руку одной из них и, оглянувшись, прошептала что-то, что, похоже, заинтриговало женщину: она удивленно подняла брови.

Несомненно, речь шла о помолвке. Ужасно, что понадобился жених, чтобы спасти мою репутацию, мое будущее. Как трагично, что ценность женщины приравнивается к глубине мужского кармана.

Вдоволь наобщавшись за день, я направилась к спальням. Фигура на вершине лестницы заставила меня остановиться, и я полуулыбнулась в ответ на ухмылку дяди Рифтина.

– Ты не очень-то любишь светские приемы, верно?
– Он спустился на две ступени по лестнице, достал из кармана сигарету и остановился рядом со мной. Меня охватило напряжение, поскольку он находился слишком близко, и я спустилась на одну ступеньку, прочистив горло.

Положив сигарету между губами, он ухмыльнулся.
– Я не кусаюсь.

– Извините, - сказала я, проскользнув мимо него, и направилась на чердак, где остановилась, увидев, что Алейсея дергает за рукав платья. Нахмурившись, я оглянулась на лестницу, где несколько минут назад находился дядя Рифтин.

Она повернулась и улыбнулась мне в ответ.
– Устала от изможденных старух и мужчин с бродячими лапами?

– Я только что видела дядю Рифтина.

– Правда? Хм... Мне пришлось снять этот жалкий корсет. Не могла дышать. Помнишь дни, когда мы расхаживали по дому в одних сменках? Не могу передать, как много я пропустила...

– Агата продала меня.
– Я ненавидела дрожь в своем голосе, хрупкость в своих словах. Что эта жалкая старуха могла так легко залезть ко мне под кожу.

– Что?
– Веселье на ее лице сменилось ледяным взглядом.
– Что ты сказала?

– Она продала меня мистеру Моросу.
– Прикусив губу, я не смогла удержать ее от дрожи, а жжение в глазах грозило слезами.

Ее челюсть сдвинулась.
– Скажи, что ты шутишь.

– Я бы хотела, чтобы это было так.
– Мне захотелось рассказать ей больше, что Агата планировала продать и ее, но это только расстроило бы ее еще больше, а мне нужна была спокойная голова Алейсеи, чтобы помочь мне придумать, как выпутаться из этой ситуации. Мне нужно было, чтобы она решала проблемы, а не зажималась в отрицании.

– Она не может этого сделать. Я не позволю ей сделать это. Эта жалкая змея! Если бы только Красный Бог пощадил для нее деда.

– Алейсея. Остановись. Ты делаешь только хуже.

– Хуже? Ты случайно увидела этого человека? Хуже быть не может, Маэвит. Я чувствовала, какие ужасные вещи должны были проноситься у него в голове. Какие мерзкие вещи он мог сделать с молодой и невинной девушкой.

– И что же мне делать! Отрезать себе язык и умолять Красные Вуали принять меня? Это, конечно, было бы самым простым решением!
– Резкий тон, которым я произнесла эту фразу, выдал лишь малую часть царящего во мне хаоса, но я тут же пожалела, что повысила на нее голос.
– Пожалуйста, скажи мне.

– Беги. Мы можем убежать.
– Даже у Алейсеи в глазах мелькнула неуверенность. В конце концов, бежать было глупо.

– Они будут охотиться за нами. Он уже заплатил.

– Должно же быть хоть что-то.

Для губернатора Гримсби это было бы принципиально. Однажды он выследил двух мужчин, любовников, и унизил их, привязав голыми к столбу на городской площади, а потом сослал в лес. Две дерзкие женщины, избежавшие брака, который он считал священным союзом душ, привели бы его в ярость. Это вдохновило бы его на священный крестовый поход за нами двумя.

Я пожала плечами и покачала головой.
– Лес? Это единственное место, где они не осмелятся.

Она скрестила руки на груди.
– Хватит об этом, Маэвит. Ты говоришь о самоубийстве. Есть и другие варианты.

– Например?

Она вскинула бровь.
– Например, яд в его напитке. Немного «Змеиного зуба» в течение пары месяцев должно хватить.

– Что?
– Я уставилась на нее в ответ, ища в ее глазах хоть какие-то следы юмора, но ничего не нашла. Ничего, кроме апатии.
– Ты с ума сошла?