Чтение онлайн

– Что может существовать в стране смерти, старик?

– Я не знаю. Знаю только, что мои видения никогда не ошибаются.
– Он отхлебнул из бокала и вытер рот тыльной стороной ладони.

– Какую бы кровь я там ни нашел, она не будет иметь силы. Она будет бесполезна.

– Не бесполезна. Даже без магии кровь - это жизнь. А жизнь - это то, что нужно скипетру. Седьмая линия крови вполне может быть смертной, простой смертной, насколько мы знаем.
– Долион отпил еще глоток, его темно-коричневая кожа краснела с каждым мгновением, и он подал знак барменше налить еще.
– Никто до конца не знает, от кого или чего произошла седьмая линия крови. Это тайна, которая и по сей день озадачивает магию, но в тот момент, когда он воссоединится с другими камнями, станет известна их истинная сила. И как только он окажется в моих руках, я стану обладателем самого впечатляющего скипетра во всей Аэтии. Гораздо более мощным, чем Сейблфайр.

– Кажется, много силы дляодного человека.

– Возможно, но она необходима. Я рассказал тебе, что видел.

– Да. Чума. Любезно предоставленная Кадавросом, - сказал Зевандер не слишком впечатленным тоном, надеясь, что маг не разразится очередной длинной тирадой.
– Вот только Кадаврос мертв. Давно мертв.
– Зло, наложившее проклятие на Зевандера, давно погасло. Уничтожено самим королем - так, во всяком случае, гласили летописи.

– Ты веришь тому, что тебе говорят, Леталиш.
– К счастью для него, он произнес это слово достаточно тихо, чтобы Зевандер не почувствовал необходимости вырвать ему язык за то, что он произнес его вслух.
– И это не простая чума. Существа, подобных которым мы никогда не видели, опустошат наши деревни. Насекомые будут вылетать изо рта детей. Цитадель будет гореть.

– Не из-за этих ли бредней тебя выгнали из Магичества?

– Кадаврос вернется. Черный мор грядет! Я обещаю тебе это. Он принесет голод и смерть!
– Он хлопнул по кружке, и беглый взгляд вокруг показал, что те немногие, кто еще оставался в таверне, уставились на них. Долион прочистил горло и сел обратно в кабину.

Еще один осторожный взгляд, и все эти любопытные глаза отвернулись.

Зевандер с трудом сдержал насмешливое замечание, которое так и рвалось наружу.
– Слушай, мне плевать, что ты будешь делать с этими камнями. Лишь бы ты заплатил мне обещанное. А если ты лжешь, то, скажем так, мне придется нарушить несколько законов, чтобы посмотреть, как ты будешь страдать.

– Я возмущен твоими оскорблениями.

– Обижайся сколько угодно, но не надо меня подкалывать. Ты принес то, что я просил?

Долион потянулся в карман жилета и достал молочно-белое вещество, сверкнувшее в свете фонаря. Чистый вивикантем. Хотя камень, который он взял у высокородного, мог дать достаточно вивикантема, чтобы хватило на месяц или два, жидкую форму было гораздо легче употреблять, а отмеренная доза гарантировала, что он не поглотит слишком много. Слишком много было токсично. А превращать камни в жидкость было под силу лишь избранным, которым король давал разрешение на это. Эти немногие должны были жить на территории замка под охраной императорской армии.

Учитывая защиту и ограничения людей, охранявших вейн, а также тех, кто его добывал, как Долион смог заполучить флакон, оставалось загадкой, которую Зевандер не стал допытываться.

– Он ведь ничем не подмешан?

– Прямо из вейна.

– Хорошо.
– Зевандер откинул голову назад и выдавил полкапли на язык. По телу пробежали холодные мурашки, по спине пробежала дрожь, и он застонал, когда жидкость вызвала прилив наслаждения в его мышцах.

Слишком большая доза приводила к отравлению, а отравление - к безумию.

Одной пипетки чистого вивикантема хватило бы на неделю.

Зевандер спрятал оставшийся запас в кожаную сумку. Камни, которые он собрал из пепла, не предназначенные для употребления в виде камней, могли пригодиться и в других случаях.

– Мортазия.
– Долион уставился на свой напиток.
– Говорят, она опасна. Пустошь смертных страданий и смерти.

– Ты пытаешься отговорить меня от этого, да?

– Конечно, нет. Это единственный путь. Но если ты потерпишь неудачу...

Зевандер оперся локтем о спинку деревянной кабинки.
– Я уже подвел тебя?

– Нет. Ты хорошо справился. И наградой тебе будет свобода от пламени.
– Порывшись в плаще, старейшина достал небольшой свиток, который лежал у него на вытянутой ладони.
– Во всей Аэтии есть только три высших мага, которые знают этот кантафель.
– Заклинание для защиты. Аэтирийцы не очень-то жалуют это заклинание: они скорее бросятся в чан с расплавленной лавой, чем перейдут в земли смертных.

– И ты - счастливый третий.
– Нахмурившись, Зевандер открыл миниатюрный свиток и увидел древние слова, написанные черными чернилами. Он узнал достаточно древний язык, чтобы понять, что это заклинание перехода.

– Надеюсь, ты можешь говорить на нем? — спросил Долион, нетерпеливо постукивая пальцем по столешнице.

– Моя мать была Веспири. Родом из древних. Да, я могу говорить на нем.
– Он свернул его обратно и спрятал в карман рядом со склянкой.

– Хорошо.
– Долион откинулся в кресле, возмущенно вздернув подбородок.
– В моем видении я вижу лес из окна спальни. Арка из костей.

Зевандер застонал и покачал головой.
– Лучше бы ты не отправлял меня в долгий поход по смертным землям ради этого.

– Значит, я могу рассчитывать на тебя в поисках камня?
– Извлечь его означало сварить кровь жертвы в застывшую массу, которую они изгоняли изо рта, прежде чем тело сгорало в облаке черной пыли. Оказалось, что слишком ретивый маг никак не может заставить себя сказать об этом.

– Ты просишь меня отправиться за грань, что карается казнью, и достать камень из места, которое раньше называли только адом.
– Зевандер передернул плечами.
– Конечно. Я хочу, чтобы этот гребаный огонь вырвался из моих вен.

– На что это похоже? Черное пламя? Сила самого опасного элемента Аэтирии на кончиках твоих пальцев.
– От интриги в его глазах Зевандеру стало тошно. Как бы они, высшие и святые маги, ни осуждали эту силу, она всегда их интриговала.

– Представь, что твой член в руках мага, только это все твое гребаное тело.
– Он не потрудился улыбнуться, когда пожилой мужчина поморщился от такого представления.
– Еще раз предупреждаю: попытаешься обмануть - и я лично прослежу, чтобы ты узнал, каково это - гореть изнутри.
– Схватив меч, Зевандер поднялся на ноги и засунул его под плащ, после чего вышел из таверны, заметив, что незнакомец в капюшоне больше не сидит за стойкой.

ГЛАВА 8 МАЭВИТ

Ощущение острых игл, пронзивших руку, пробудило меня ото сна, и я подняла ее в лучах лунного света, проникавшего в окно рядом со мной. Заметив странную черноту, проступающую сквозь повязку в том месте, где я порезалась, я почувствовала тошнотворный холод в груди.