Чтение онлайн

Холодная вода, наспех собранные волосы и платье, в котором невозможно дышать.

А потом я вздохнула и приготовилась встречать хмурого мужа и отстаивать свою точку зрения.

Фердинанд бродил по комнате, трепал волосы, как всегда, когда нервничал, и мигом оказался рядом, стоило мне выйти.

— Прости, сладкая. Я не хотел вести себя неуважительно, — выдохнул он и тут же сгреб меня в объятия, закрыв рот поцелуем, не позволяя возразить.

Мягкие губы Фердинанда, отголоски прошедшей ночи, заставили гнев утихнуть, а предательское тело — заныть от желания. Ладно, раз уж он решил просить прощения поцелуями — пусть просит.

Обхватив мужскую шею, я перестала сопротивляться.

Своеобразное извинение длилось недолго: артефакт у двери громко напомнил о времени, и принц отстранился.

— Конечно, я воспринимаю твои желания всерьез. Просто иногда они опасны для тебя самой, Юля, — прошептал он.

Я знала, но признавать не собиралась. Можно ведь объяснить словами, а не насмехаться и обзывать меня наивной.

— Обещай мне: если я посчитаю необходимым, ты позволишь поговорить с Моникой, — повторила я просьбу.

Обреченно вздохнув, Фердинанд обхватил моё лицо и пристально заглянул в глаза.

— Только на территории Академии. Ни в коем случае не соглашайся идти с ней в клан – “посмотреть, как они живут” или под любым другим предлогом, которым она попытается тебя разжалобить, — выдвинул он встречное условие.

Что ж, может, я и наивная, но не настолько.

— Идёт.

Отстранив его руки от своего лица, я протянула ладонь для пожатия.

В ответ на деловой жест чудище улыбнулся.

— Я предпочитаю поцелуй, жена. Считай, что мы договорились, — самодовольно сообщил он и в следующее мгновение захватил мои губы.

Новый поцелуй не был ни аккуратным, ни слишком нежным. В этот раз Фердинанд целовал уверенно, настойчиво и обжигающе горячо.

Когда спина коснулась кровати, я поняла, что мы слегка увлеклись.

— Фер, обыск, — напомнила я.

— Знаю, — выдохнул он, нехотя отстраняясь.

Похоже, не только мои гормоны отключали мозги. Грозное чудище тоже с радостью сорвало бы с меня платье и не выпускало жену из постели несколько дней.

Но встреча уже завтра, а значит, романтика опять откладывается.

— Даю слово: когда всё уляжется, я поставлю Николаса заместителем ректора и увезу тебя на неделю к океану. Ты, я и твои сладкие стоны, — пообещал он, поправляя свой и без того безупречный наряд.

В отличие от принца, моё платье пришлось менять. А после переодевания я неохотно протянула ему руку, показывая, что готова играть в ведьму-детектива.

Чутье подсказывало: то, что мы найдем в кабинете Моники, понравится мне ещё меньше, чем книга проклятий.

?????????

?????????

В кабинете Императора я раньше не бывала. И уж точно хотела бы оказаться здесь по другому поводу.

Но нет — наша с Фердинандом страстная ночь сменилась следующей: тяжелой и наполненной моими слезами.

Разочарование — гадкое чувство. Оно не жжет, как злость, и не осыпается чёрным пеплом, как обида. Оно оставляет пустоту.

Именно эту пустоту чудище пытался заполнить своими объятиями. Именно её я ощущала, войдя в кабинет Фредерика и встретившись взглядом с Моникой.

Подруга и новообретенный “папочка” выглядели чужеродно в роскошном зале. Даже стулья, на которых они сидели, казались величественнее их серой одежды.

— Помни, всё это лишь игра, чтобы тебя разжалобить, — едва слышно шепнул на ухо Фердинанд.

Я и сама это понимала: в Обитель Таргос оделся куда приличнее, а не в странный микс бродяги и монаха.

Всё это была хорошо продуманная постановка. Вероятно, не обыщи мы кабинет декана ведьм, я бы купилась.

Но теперь… Я больше не верила ни в бескорыстность подруги, ни во внезапно вспыхнувшую “отцовскую любовь” к Юлианне.

Стараясь не выдать своих мыслей, перевела взгляд на Императора. Он сидел в бархатном кресле, за белоснежным столом, словно высеченный из камня.

Голубые глаза Фредерика пылали напряжением, челюсть была сжата так сильно, что, казалось, вот-вот раздастся скрип зубов.

Он явно не рад визитерам. И ещё меньше — моему присутствию здесь.

Да, Таргос подготовился.

Утром, когда Фердинанд уже собирался во дворец, Сильвен принёс новое письмо. Ведьмак требовал моего присутствия на аудиенции, и мы не могли отказать.

— Вот теперь я уверен, что он идёт за тобой. Решил всё провернуть так, чтобы мы не успели подготовиться и увезти тебя из Леворна, — объяснил принц причину внезапного требования.

Сначала я испугалась. Потом разозлилась. И буквально застыла в дверях кабинета, когда увидела там Монику.

Всё ещё оставалось неясным, что предпримет Таргос, узнав, что я не Юлианна. Но присутствие ведьмы вызывало тревогу.

Первой мыслью было: “папочка” пришёл шантажировать Фердинанда. Тайный обряд с ведьмой-захватчицей не порадует магов, зато обрадует врагов Императора.

Чем не повод свергнуть правителя, связанного с ведьмами?

Однако стоило перевести взгляд на Монику — я выдохнула.

Ведьма заговорчески подмигнула и наигранно доброжелательно улыбнулась — значит, этот козырь ещё не раскрыт. По крайней мере, пока они не озвучили свои требования и не получили отказ.

Теряясь в догадках, как именно меня собираются заманить в клан, я пропустила мимо ушей церемонию приветствия, появление Главного Инквизитора и трогательную речь Таргоса о радости “воссоединения с дочерью”.

Только когда прохладная ладонь Моники коснулась моей руки, я очнулась и поняла, что оказалась между двух огней. С одной стороны сидели Фердинанд и Илларион, с другой — Моника и Таргос.

Поймав мой взгляд, ведьма ласково улыбнулась:

— Не переживай, ты будешь жить в соседнем доме. Мы будем болтать, как раньше, — произнесла она, поглаживая мою руку.