Чтение онлайн

Ира посмотрела на дату, восемьдесят пятый год, сколько же прелюбодейнику в тот год было? Ну, за пятьдесят, точно. Не удивительно, что не произвёл впечатления. Честно говоря, Ирочка искренне считала, что после сорока про любовь можно только иногда почитать, ну кино посмотреть. Но подобные страсти в таком преклонном возрасте, это уж чересчур. Вынув следующую тетрадь, Ира снова углубилась в чтение.

"Не забыть забрать Сонечку из детского сада. Звонил Эдгар, просил не забыть, мол Елена приболела. Как же, приболела его Елена Прекрасная. Вчера видела её в обувном магазине с Лозовым под ручку, и болезненной совсем не выглядела, а как дочку из детского сада забрать, откуда и болячки берутся. И где она взялась на нашу голову. Уж насколько Злату не любила, но такого чувства отвращения, как к нынешней мадам Тышкевич никогда к ней не испытывала. Злата умница, всегда знала, как себя вести, что и где сказать, она никогда не пошла бы по магазинам с охранником. Да ни с кем не пошла бы. Если бы не Сонечка, так и прожили бы Злата с Эдгаром, но видать не судьба. Просто удивительно, что могло привлечь Эдгара в этой вертихвостке. Когда он не сводил глаз со Златы -- это была понятная реакция нормального парня. Может красотой Злата не блистала, но, если уж рот откроет, птицы замолкают. Есть у неё особый дар, умение говорить и умение слушать. Глупости говорят психологи, что мужчина любит глазами, нет, нормальный адекватный мужчина всегда оценит в женщине не только грудь и попу, но и то, что у неё в голове. Хотя, не помню где читала про "синдром Адели", заключается в том, что в организме накапливаются гормоны любви и в определённый момент, когда пошла перезагрузка этих гормонов, происходит своеобразный взрыв и женщина влюбляется в первого идущего навстречу мужчину и наоборот, мужчина в женщину. Вполне может быть, иначе, как объяснить причину влюблённости Эдгара в эту дуру".

Найдя тетрадь за тысяча девятьсот девяносто восьмой год, Ира нашла записи за май-июнь месяц.

"Эдгар в шоке, как могла Сонечка такое вытворить. Ну не маленькая ведь уже, должна понимать представителем какого рода является. Спасибо, Расулу, вот уж где настоящий джигит. Я бы во всей этой катастрофе растерялась и обо всём забыла, а тут до конца трезвая голова, даже камеру и фотоаппарат не забыл уничтожить. Гарипов всегда мог похвастаться холодной головой и расчётливым умом. Пошли, конечно, по селу разговоры, но тихо, в кулуарах, чтобы не дай бог Тышкевич не услышал. Всё мы, конечно, слышали, но ходили с гордо поднятой головой. А Сонечке придётся уехать. Вчера Эдгар звонил одному из наших клиентов, живущему в Лондоне и, кажется, пришли к общему компромиссу. Жаль, Сонечка умная, добрая девочка, а все её выходки от недостатка внимания со стороны Эдгара. Кстати, во внимании со стороны мамочки, кажется, девочка не нуждается. Да и что хорошего может сказать подростку женщина, которая при любом конфликте начинает верещать, словно ей на базаре на хвост наступили. Это ещё раз доказывает, что наша Сонечка имеет тонкий вкус и элитное воспитание. И заслуга в этом Эдгара, ну и немножко моя".

"Сегодня Эдгар написал завещание. Господи, о чём он думает, человеку всего шестьдесят с хвостиком. Хотя, депрессию никто в нашей медицине не отменял, а тут все признаки на лицо, и перегруз на работе, и Елена никак не успокоится, хотя ей-то какая разница, дочку она, практически не видела, зато на её воспитание Эдгар выдавал более чем крупные суммы, которые теперь идут не в её карман, а в Лондон, вот она и бесится. Вчера звонил Алекс, рассказывал, что преподаватели очень довольны Сонечкой, что девочка остепенилась, много занимается и на глупости совсем нет времени. Кажется, лицо Эдгара немного расслабилось. Эту ночь провел у меня и прижав мою голову к плечу, долго рассказывал, сколько ошибок совершил в жизни. Я молча слушала, изредка кивала головой, спасибо Злате, немного обтесала "маленькую Сковородку", научила, как с мужчинами обращаться. Конечно, никаких грандиозных изменений не произошло, но тем не менее из маленькой "чугунной сковородки", благодаря элитному окружению, выросла небольшая "тефалевая сковорода". И за то спасибо. Просил связаться со Славиком Кожевниковым. Давно о нём не вспоминал. Наверное, это по поводу завещания. К кому же ещё обратиться, как не к Славке".

Ира закрыла старую тетрадь и откинулась на спинку скамейки. Вечер уже полностью вступил в свои права и парк начал медленно готовиться ко сну. Девушка безразлично переводила взгляд на поникшие кроны деревьев, на изредка проносившихся мимо галдящих детей и рассеянно думала о судьбе незнакомой Зины Сковородниковой. Стоила ли её любовь подобной развязки? Ведь сколько таких же одиноких несчастных женщин которые всю жизнь ждут свою любовь, веря, что когда-нибудь их мечта сбудется, а когда мечта сбывается, понимают, что жизнь прошла мимо. И не заметили они, что потеряли человека, который готов был всю жизнь носить их на руках и осыпать цветами, потеряли детство и замечательные неповторимые моменты жизни своих детей... Ведь в огромных отрывках из жизни этой женщины не нашлось ни строчки о своей дочери, маленькой девочке, которая всё детство ждала маму. Ира вспомнила, как однажды, когда ей было года четыре, не больше, мама оставила её одну дома и ушла в магазин. Это чувство одиночества девочка запомнила на всю жизнь. Ночь медленно опускалась на город, а Ира всё сидела на подоконнике и смотрела в серую даль. Страх и холод постепенно охватывали тело, но отойти от окна и включить свет, девочке не позволяло всё то же чувство страха. Ира хорошо помнила свои ощущения в тот момент, ей казалось, что, если она сейчас отойдёт хоть на минутку, то пропустит маму, не увидит её приближения и это казалось катастрофой. В тот миг, когда из арки соседнего дома появилась замёрзшая скрюченная фигура мамы, девочка надрывно взахлёб заревела. Это было всего один раз в жизни, но впечатления остались надолго. А тут девочка всю жизнь прожила в ожидании. Не дай бог такую мать.

За окном послышался звук подъезжающих машин. Скрежет тормозов, визг шин заполнили сонное пространство площади перед фешенебельным отелем. Подскочив к двери Гузель услышала шум приближающихся людей и поняла, что путь к отступлению перекрыт. Максим, выложив из кармана пачки денег, с безразличным видом опустился на стул и начал нервно набивать рот остатками обеда.

– - Илона Игоревна, -- донёсся из-за двери слащаво-приторный женский голос.
– Откройте, пожалуйста. Мороженое принесли, подарок от шеф-повара.

– - За идиотов, что-ли, держат?
– зло прошипела Гузель и ласково пропела в сторону двери: -- У нас на мороженое аллергия.

Илона взяла Максима за руку, прерывая истерический процесс поедания и тихо произнесла:

– - Ну, за идиотов, значит, за идиотов. Хоть время потянем.
– И подойдя к двери, пропела в тон Гузели: -- Спасибо, дорогая. Мы очень устали, хотим отдохнуть. Не будете ли вы так любезны, чтобы оставить нас в покое и дружно пойти на фиг.

За дверью воцарилось угнетающее молчание, затем, тихо пошептавшись, всё тот же голос продолжил:

– - Илоночка Игоревна, выйдите на минуточку, тут ваша подпись нужна.

– - Завтра распишусь, -- не переставая приторно улыбаться, ответила девочка.

– - Илона Игоревна, с вами всё в порядке?
– в этот раз вопрос задал немолодой мужской голос и, не дождавшись ответа, попросил: -- Выйдите на балкон, пожалуйста. Бабушка хочет вас видеть.

Девочки переглянулись и, не сговариваясь повернули головы к Максиму, как к последней инстанции. Парень безразлично поднял глаза и пожав плечами, тихо сказал:

– - Выйди, Илюш. Ты должна узнать бабушку. Она, наверное, сильно переживает.

Взявшись за руки, девочки, в сопровождении Максима, вышли на балкон. С высоты пятого этажа Илона жадно оглядывала людей, стоящих внизу. Немолодая полная женщина судорожно замахала руками увидев девочку, но, к сожалению, никаких ассоциаций в голове у Илоны так и не сложилось. Это была одна из женщин, такая же незнакомая, как и все остальные. Лицо девочки скривилось в жалобную гримасу, как у ребенка, у которого отняли последнюю надежду. В этот момент сзади прогремел жуткий оглушающий взрыв, дверь с грохотом вылетела из петель и описав чёткий круг приземлилась на супернавороченный плоский телевизор, стоявший в углу. Сквозь пыль и белый меловой занавес в комнату с автоматами наперевес ворвались несколько фигур в камуфляжной форме. Илона, повернувшись на грохот, парализованными от ужаса глазами смотрела, как, словно в замедленной съёмке, вылетали из белой дымки огромные силуэты. Вот один из них разворачивается и прикладом автомата наносит Максиму сокрушительный удар в живот, вот второй подбегает к ней, заносит автомат... Сделав несколько шагов назад, Илона почувствовала, как тело, мягким куском пластилина проходит сквозь решётку и стекает по прутьям, превращаясь в бесформенную жалкую кучу. "Над морем поднялось солнце, лучи его любовно согревали мёртвенно-холодную пену, и Русалочка не чувствовала смерти. Она видела солнце и каких-то прозрачных, чудных созданий, сотнями реявших над ней" -- слова старой грустной сказки Андерсена, именно той Русалочки, которая погибла, так и не завоевав любви своего принца, злой мухой жужжали в сознании. Бабушка почему-то не любила творения Уолта Диснея, предпочитая рассказ о несчастной судьбе героини в оригинале, яркой постановке американцев. В те редкие часы, когда прежняя гувернантка уже уволилась, а следующей ещё только предстояло познакомиться со своей ученицей, бабушка заходила к Илоне в спальню и долго, с выражением читала грустные сказки Андерсена и непонятную бредятину Льюиса Кэррела. Илона скрывала зевоту, чтобы не расстраивать бабушку и радовалась этим мимолётным знакам внимания с её стороны. Бабушка... Девочка рывком подскочила с холодной плитки балкона и нависла над тонкими перилами. Взгляд туманился и, подняв руку, она вытерла катившиеся градом слёзы. С высоты пятого этажа, женщина, казалась, ещё круглее и полностью совпадала с образом ведьмы Урсулы. Бабушка махала рукой и улыбалась, а Илона не сводила глаз с противного скользкого хвоста, торчащего из-под её юбки. Среди хаоса, шума и неразберихи, внезапно на плечо легла тяжёлая рука и резко сорвала девочку с железной решётки. Обернувшись Илона столкнулась взглядом с парой чёрных глаз, сверлящих её из прорези балаклавы и истошно закричав, упала в обморок.

– - Илоночка, детка, очнись.
– Зоя Ларионовна хлопала внучку по щекам, в то время, как загорелый немолодой военный брызгал ей в лицо воду из графина. Ресницы девочки задрожали и, судорожно вздохнув, она открыла глаза.

– - Ну вот и хорошо, -- обрадовалась бабушка, прижимая внучку к необъятной груди.
– Всё позади, всё кончилось. Теперь всё будет только хорошо, девочка моя сладкая.

Илона растерянно переводила взгляд с одного предмета на другой и, судорожным кашлем, пыталась прочистить першившее от пыли горло. Что произошло? Почему всё кружится? Почему рыдает бабушка? Кто эти люди? И тут в голове, словно включился маленький яркий фонарик. Гузель! Максим!

– - Где моя Гузель? И Максим?
– девочка попыталась подняться, но перед глазами, словно оловянные солдатики дружно выстроились шеренги разноцветных сверкающих звёзд и тело снова плавно опустилось на каменный пол.

– - Увели уже проходимцев этих. Забудь. Больше они тебе ничего плохого не сделают. Поднимайся и поедем домой. Мама с папой, дедушка ждут, с ума сходят.

Илона аккуратно встала на ноги и, подождав пока звёздочки в глазах перестанут отплясывать свой дикий танец, тихо прошептала в сторону мужчины:

– - Если через полминуты Максим и Гузель не будут здесь, ты закончишь карьеру профессиональным уборщиком в селе Ржаново.

– - Слава Богу, пришла в себя, -- ехидно скривив накрашенные губы, прокомментировала Зоя Ларионовна.
– И всё-таки, я попросила бы тебя, моя дорогая, не разговаривать в таком тоне с человеком рисковавшим жизнью ради твоего спасения.

– - Нет, дорогая бабуля, -- в голосе девочки зазвенели металлические нотки.
– - Это ты не меня, это ты свою задницу спасала. Что было бы если бы Максим с Гузелью вырвались из ваших потных лапок и рассказали где следует про экспериментишки, которые пованивают лет на десять. А раскрутить этот клубочек дерьма, то там и на больше потянет. Так что в твоих интересах, чтобы Максим с Гузелью целые и невредимые появились здесь ещё полминуты назад.