Чтение онлайн

шептала „говоркомъ“ по совту Вальковскаго, и все-таки заикаясь отъ робости, Надя.

плъ въ отвтъ ей Шигаревъ, сменя ножками и подбгая къ ней птушкомъ.

завизжала тономъ выше скрипки картавая Варя, приподымая чуть не къ самымъ волосамъ огромныя черныя брови.

сюсюкнулъ ей въ отвтъ графъ Зефировъ, и обнялъ ее за талію.

— Ахъ, ахъ, что это, какъ вы смете! визгнула она уже совсмъ неестественно.

— Я по пьэс, я долженъ васъ цловать; и васъ, и васъ, и васъ, всхъ долженъ перецловать!..

— Неправда, неправда, мы не позволимъ! заголосили он опять вс.

— Это точно-съ, въ пьэс! заявилъ, кидаясь къ нимъ съ тетрадью режиссеръ.

— Нтъ, нтъ, ни за что! Мы лучше совсмъ пть не будемъ.

Новый, чреватый грозами, бунтъ цломудренныхъ пулярокъ усмиренъ былъ на этотъ разъ мудростью „образованной“ окружной: она согласила ихъ на томъ что 3ефировъ-Шигаревъ „долженъ только faire semblant ихъ цловать“, и что такимъ образомъ „и ситуація будетъ соблюдена, и конвенансы спасены.“

— А на представленіи я все же васъ по настоящему чмокну, общалъ имъ вполголоса Шигаревъ.

— А я васъ за это тогда тресну! общала ему, въ свою очередь, Eulampe, самая ршительная изъ пулярокъ….

— Пойдемъ въ садъ покурить, сказалъ Гундурову Ашанинъ, — князь здсь, при дамахъ, не позволяетъ. Они сейчасъ кончатъ Синичкина, а затмъ наша репетиція; хорошо что ты пріхалъ, а то мы хотли ужъ безъ тебя считку сдлать; время дорого

— Но княжна ушла…. съ нкоторымъ усиліемъ проговорилъ Гундуровъ.

— Придетъ! коротко отвтилъ красавецъ, направляясь къ дверямъ.

Они вышли въ садъ.

Гундуровъ втайн надялся что пріятель его непремнно начнетъ съ того что перескажетъ ему свой разговоръ о немъ съ княжною. Но тотъ, къ его удивленію, не только не началъ съ этого, но какъ будто старался даже обходить все что касалось княжны въ томъ перечн театральныхъ новостей, который онъ торопился теперь досказать ему. Нашему герою показалось даже что Ашанинъ какъ бы избгалъ смотрть ему въ лице, и что его обычный смхъ не звучалъ прежнею его искренностью. Что-то кольнуло въ сердце Гундурова. «Ужъ не самъ ли онъ?…» зашевелилось — и не досказалось въ его встревоженной мысли. И онъ безпокойными глазами ловилъ эти, казалось ему, избгавшіе ихъ глаза Ашанина.

А тотъ, дйствительно торопясь, какъ бы съ намреніемъ не давать Гундурову времени заговорить о чемъ-то другомъ, подробно передавалъ ему о костюмахъ для Гамлета, за которыми съ письмомъ отъ него и отъ Вальковскаго къ Петру Степанову [9] посланъ былъ наканун нарочный отъ княгини въ Москву.

— Прошлой зимою, когда дворъ былъ въ Москв, объяснялъ Ашанинъ, — на ряженомъ балу у графа (тогдашняго главнаго начальника столицы), была Россія въ костюмахъ, и дворъ Елисаветы изъ Вальтеръ-Скоттовскаго Кенильворта. Я вспомнилъ что англійскіе костюмы почти вс теперь перешли къ Степанову; я ему такъ и написалъ чтобы прислалъ вс, какіе только у него есть. Онъ, по дружб, дастъ ихъ на прокатъ намъ за самую сходную цну; какъ разъ что намъ нужно, — костюмы Шекспировскаго времени, именно такіе въ какихъ, по всей вроятности, играли въ Гамлет онъ и его товарищи, — свжіе, всего два раза надванные. Тамъ какъ разъ для тебя костюмъ есть старика Суссекса [10] , весь черный, бархатъ и атласъ. А я возьму костюмъ Четвертинскаго, — онъ Лейчестера [11] изображалъ, — пунцовый съ блымъ. Прелесть!.. У Чижевскаго его синій съ золотомъ остался отъ бала, онъ не продавалъ его… Одты вс мы будемъ великолпно! Только вотъ не знаю, туша эта исправникъ, которому я сейчасъ Полонія отдалъ, найдется ли для него что-нибудь по мрк? Въ трико-то онъ ужъ, наврно, ни въ чье не влзетъ…

— Да роли вс ли распредлены? спрашивалъ Гундуровъ, все продолжая ловить нырявшіе по сторонамъ глаза Ашанина.

— Вс, вс… придется, можетъ быть, какого нибудь Волтиманда или Франческо похрить, да и то найдутся и на нихъ. Вальковскій въ восторг,- я ему Розенкранца далъ, молодую роль!.. Могильщики будутъ у насъ превосходные, одного играетъ Посниковъ, — землемръ тутъ есть одинъ, — онъ мн вчера роль читалъ, — талантъ, настоящій талантъ! Другаго — студентъ при князьк, Факирскій по фамиліи, не глупый малый и рьяный Жоржъ-Сандистъ…

— Это тотъ, неловко улыбаясь промолвилъ Гундуровъ, — что изъ за занавски княжну высматриваетъ?

— Можетъ быть… И кто же ему можетъ помшать! какъ то нетерпливо повелъ плечами его пріятель. — Однако, словно спохватился онъ, кидая свою папироску, — мн надо въ контору за ролями, актерамъ роздать…

— И только? такъ и вырвалось у Гундурова.

— Что только? спросилъ тотъ, останавливаясь на ходу.

— Отзвонилъ, и съ колокольни долой!.. Теб… теб нечего боле передать мн? робко договорилъ онъ.

— Ахъ да! засмялся красавецъ, возвращаясь, — я теб говорилъ про Гертруду, чего мн стоило…

— Ну?

— Я вдь опять вляпался, Сережа!..

— Какъ такъ?

— Да такъ что… Ну, же хочетъ женщина, ни за что не соглашается играть! А я чую, вижу, что лучшей Гертруды намъ не сыскать!.. Я ей и посвятилъ два дня, два цлыхъ дня посвятилъ ей исключительно… Вотъ, вчера это вечеромъ случилось, вздохнулъ Ашанинъ, — ночь была такая чудесная, вышелъ я посл ужина сюда, въ садъ погулять… Слъ на скамью, соловьи такъ и заливаются, воздухъ нжитъ… Только слышу, чьи-то шаги скрипятъ по песку. Она, моя Надежда едоровна идетъ, прогуливаетъ свои обветшалыя красы… «Ахъ, ахъ, это вы?» — Ахъ, ахъ, это я! отвчаю ей въ тонъ… Гляжу, она и дрожитъ и улыбается… Взялъ я ее подъ руку, — пошли. Я опять про Гертруду, внушительныя рчи ей держу: «что за ночь, за луна, когда друга я жду,» и такъ дале… А тутъ, на бду, бесдка, — зашли, сли… Вотъ она слушала меня, слушала, да вдругъ голову мн на плечо, и такъ и залилась… А я, ты знаешь, женскихъ слезъ видть не могу… Ну и…

— Господи! даже вскрикнулъ Гундуровъ.

Московскій Донъ-Жуанъ комически вздохнулъ опять:

— Должно быть на роду ей уже такъ написано; любила она, говоритъ, впервой какого-то учителя; общалъ онъ ей жениться, — надулъ, подлецъ! Она возьми да и отравись!.. Да, самымъ настоящимъ манеромъ отравилась, — мышьяку хватила… «Пятнадцать лтъ, говоритъ, замаливала я этотъ грхъ…. А теперь, говоритъ, я не снесу! Если ты, говоритъ, меня обманешь, для меня все кончено!..» Помилуйте, скажите, вдругъ разгнванно вскрикнулъ Ашанинъ, — да вдь я же ее непремнно обману, да вдь я же ни одной еще женщин въ мір не оставался врнымъ! Помилуйте, да вдь это хуже чмъ съ моею покойницей!..

— Ты ее съ толку сбилъ, несчастную, и на нее же сердишься! строго и озабоченно говорилъ Гундуровъ;- что ты будешь длать теперь?

— Что буду длать? повторилъ тотъ;- ярмо надла она на меня пока не отбудемъ спектакль, — вотъ бда! Такія натуры не шутятъ: пожалуй въ самомъ дл, съ дуру въ воду кинется… Поневол оглядываться приходиться!.. А тутъ какъ на смхъ, эта черноокая Акулина… Замтилъ ты ея глаза, а? Вдь мертваго поднять способны!.. И какъ подумаю что влзъ я въ эту штуку единственно изъ за того чтобы Гамлетъ нашъ не разстроился… между тмъ какъ…

И Ашанинъ, съ такимъ только что легкомысліемъ относившійся къ судьб бдной перезрлой двы имвшей несчастіе полюбить его, воззрился вдругъ теперь на пріятеля съ выраженіемъ какой-то глубокой тревоги о немъ въ большихъ, говорившихъ глазахъ…

А Гундуровъ, въ свою очередь, съ тою болзненною чуткостью что, рядомъ со слпотою, дана въ удлъ влюбленнымъ, тотчасъ же понялъ что говорили эти глаза, и также испугался теперь чтобы Ашанинъ не произнесъ имени княжны, какъ за минуту предъ тмъ страстно желалъ услышать изъ устъ его это имя;