Чтение онлайн

— Шивария, — произносит Зейвиан. Я встречаюсь с ним взглядом и улыбаюсь как раз в тот момент, когда Риа отпускает меня.

Шагая к нему, я игнорирую знакомое жжение в ноге. Годы тренировок Лианны если чему и научили, так это игнорировать боль переломов. Поскольку Риа может лечить только кости, а не плоть, останется небольшое повреждение от удара, которое она не смогла исцелить.

Я не буду рисковать и просить позвать Кадена: это не только совершенно излишне, но и заставит генерала потребовать подробного объяснения случившегося. Я выхожу с ринга, подхватывая сброшенную броню с земли, прежде чем генерал останавливается передо мной как вкопанный.

— Всё в порядке? — спрашиваю я.

— Да, — говорит он. — Я просто подумал, что ты, возможно, захочешь переодеться и отдохнуть перед встречей с нашей гостьей.

Уголки его губ приподнимаются, когда он осматривает меня, и я уверена, что представляю собой то еще зрелище, хотя он достаточно добр, чтобы не говорить мне, насколько сильно мне нужна ванна. Я совершенно потеряла счет времени, и когда проверяю небо, солнце только начинает свой спуск к горизонту. Еще только начало дня. Теплые весенние дни А'кори становятся длиннее с каждым заходом солнца.

Ни Риа, ни Торен не произносят ни слова, сопровождая нас обратно во дворец. Но когда я оглядываюсь через плечо, командир одаривает меня коротким кивком признания; его брови сдвинуты, пока он рассматривает меня более задумчиво, чем когда-либо прежде. Интересно, что мужчина думает о нашем спарринге. Возможно, напрасно, но я надеюсь, что немногое.

Наши спутники отделяются от нас, когда мы входим во дворец, и генерал ведет меня обратно в свою комнату, чтобы я могла помыться и одеться к вечеру. Это само по себе подвиг — скрыть первые признаки большого синяка там, куда Торен нанес удар. Но Зейвиан кажется более озабоченным, чем обычно, и я успеваю облачиться в темно-синее шелковое платье, прежде чем у него появляется шанс заметить отметину.

Он гладит мои волосы, рассеянно глядя в окно, пока я подвожу глаза углем.

— Я бы хотела поговорить с вашим королем, — говорю я. Возможно, это не то, что стоит говорить мужчине в данный момент, и, судя по выражению его лица, просьба неожиданна.

— Это можно устроить, — говорит он, не в силах скрыть любопытство, вызванное моей просьбой. — Хотя я намеревался представить тебя на маскараде.

— Это может подождать до тех пор. — Я цепляюсь за последнюю ночь, которую он предлагает мне провести рядом с собой.

Это эгоистичная отсрочка, и я не имею права тратить еще один день его жизни, зная вероятный исход моего будущего. Я говорю себе, что праздник всего через день, и, возможно, это отвлечение поможет ему сохранить бодрость духа, когда я положу свою жизнь к ногам его государя.

— Ты все-таки решила его соблазнить? — спрашивает он с дразнящей улыбкой. — Я уверен, ты бы отлично справилась с задачей, если бы решила это сделать.

Я игриво смотрю на мужчину.

— Я хотела бы поблагодарить его за гостеприимство во дворце. — Я делаю паузу, прежде чем добавить: — И я хотела бы попросить у него разрешения остаться с тобой в А'кори. — Последнее — не ложь, и я надеюсь, что заявление о том, что я останусь с ним, смягчит его по отношению ко мне, когда он узнает, кто я.

Он бросает на меня странный взгляд. Возможно, это скептицизм, возможно, опасение. Я не совсем уверена.

— Ты намерена остаться? Насовсем? — спрашивает он.

— Да. — Я улыбаюсь, и хорошо, что в этот момент я отодвинула от себя красную помаду, потому что мужчина подхватывает меня на руки.

Прислонившись лбом к моему, он с облегчением вздыхает, прежде чем поцеловать меня в губы. Это нежно, не поспешно и не движимо страстью. Это мягко и сладко, поцелуй, чтобы запомнить момент, который изменит траекторию наших жизней.

Я провожу пальцами по линии его челюсти. Одной жизни с этим мужчиной никогда не будет достаточно. Я гоню прочь мысли о том, как он будет наблюдать за моим старением, как моя молодость и красота будут разрушены временем, пока он останется точно таким же, как сейчас. Ядовитые мысли, влитые мне в уши Сисери, но это не делает их неправдой.

Его губы касаются моего виска, когда он шепчет:

— Как я вообще жил так долго без тебя?

Это на самом деле не вопрос, и я не могу сдержать улыбку, которая трогает мои губы, маскируя все трещины моего разбитого сердца, не в силах представить боль нашей неизбежной разлуки. Нас разлучит смерть — будь то от руки Вос, его короля или времени, этому придет конец. И это только если он не научится ненавидеть меня раньше.

Нехотя он опускает меня на пол, позволяя закончить подготовку к встрече с его гостем.

Небо окрашено густой акварелью розовых и красных тонов, солнце исчезает в западном море, когда он берет меня под руку и ведет к двери.

— Пора, мидейра, — говорит он. — Наша гостья будет ждать.

Все бабочки, которых я подавляла весь день, начинают бешено порхать в животе. Может быть, это лишь тайна, окружающая его друга, или, может быть, мои планы на завтра, но в моем нутре есть пустота, которую я, кажется, не могу заполнить.

Мне незнакома маленькая и уютная столовая, в которой я оказалась. Она может похвастаться высокими панелями из темного дерева с экстравагантно большим камином, расположенным между окнами в свинцовых переплетах от пояса до потолка, которые я привыкла видеть в каждой комнате. Маленький стол сервирован скромно, что несколько неожиданно для королевского дворца. Безусловно, это разительно отличается от золотых залов, по которым я шла в день своего прибытия.

Я едва успеваю осмотреть комнату, когда дверь скрипит за моей спиной, возвещая о приходе Риша, Ари и высокой, стройной женщины, которую я никогда раньше не видела. Я склоняю голову в приветствии, с трудом сохраняя улыбку, когда замечаю отсутствие Кишека и всё еще тяжелую тревогу на чертах его пары.

Я бы хотела успокоить ее, но как? Я едва понимаю, что не так с мужчиной. Даже если бы понимала, я все еще совершенно не уверена, как принять женщину после нашего последнего разговора.

— Нурай, спасибо, что пришла. — Зейвиан тепло улыбается незнакомке, беря ее руку в свою и склоняясь над ней.

Это странное приветствие, которого я раньше не видела, и оно лишь усиливает мою неуверенность, когда он ведет незнакомку ко мне.

Женщина двигается, как кошка. Ее гибкое тело покачивается почти незаметно под темно-багровым платьем. Ее длинные волосы — густо-черные, которые потерялись бы в тени темной ночи; оливковый оттенок ее кожи делает омуты ее штормово-синих глаз еще глубже. Ее губы идеально розовые, естественный румянец украшает яблоки ее высоких скул. Даже среди фейнов она поразительна.

Она делает шаг вперед, и я едва не отступаю назад. Лишь с большим усилием я привожу свои черты в порядок и заставляю себя шагнуть навстречу под мерцающим светом люстры, висящей над головой.

— Шивария, это Нурай, — говорит генерал, кладя руку мне на поясницу.

Она дарит мне слабую и неубедительную улыбку, оглядывая с головы до пят. Весь мой трепет превращается в тонкий слой раздражения, когда она встречается со мной взглядом; ее лицо остается бесстрастным. Я знаю этот взгляд, я терпела его годами, ежедневно видя на прекрасном лице Лианны. Очевидно, эта женщина не находит во мне ничего примечательного.