Чтение онлайн

— Дело дрянь, — вернулся он к разговору со мной. — А хозяин отказывает нам в кредите. Это мне, прикинь, да?

— Посули ему верблюда.

— Издеваешься. Ладно. Знаешь, я хотел предупредить, что уезжаю… Не рассчитал.

Это точно, подумал я. Это ты чистую правду говоришь. А так бы я продолжал пребывать в уверенности, что у Витамина неотложные дела, а не увеселительная прогулка с моей девушкой.

— Считается, что она гостит у…

— Ясно-ясно. Как вас найти?

— Найдёшь, — буркнул Витамин. До него только сейчас дошло, в каком положении он оказался. Роль спасаемого, вызволяемого была явно не по нутру его независимой, кошачьей натуре. — Добираешься до курорта. Сворачиваешь.

— В какую сторону?

— В пески! Не в море же.

— Да, верно.

— Потом едешь, едешь. Едешь прямо.

— Прямо? — уточнил я.

— По дороге прямо едешь! А так она петляет. Потом стоп. Отель. Просто, не так ли?

— Пожалуй, — согласился я. — Занесло вас. А это действительно отель?

— Наверху пустые комнаты. Внизу торгуют самогоном. И солёными ящерицами. На, хочешь, поговори с Дар. Она так и рвётся.

— Привет, Пик! — сказала Дар. — Голос у неё звучал весело. — Витамин немного преувеличивает. Кормят здесь вполне прилично, и выпить есть что. Тебе бы понравилось.

— А как насчёт барханов в ванной?

— Не без этого. Пустыня всё-таки. А двери здесь не закрываются, потому что и так дышать нечем. Вообще-то здесь ужасно. Хочу домой. Мы на тебя надеемся. Как там наша малышка?

— Какая малышка?

— Топ! Я бросила её, и мне немного стыдно. Ты позаботься о ней. Кстати, она очень важная персона, так что будь хорошим ма…

Связь прервалась. Пески, подумал я.

Опыта в отеле не оказалось. Такой результат меня не устраивал, и я продолжал находиться в холле, пока все хамы, включая портье Масштаба, не стали наперебой мне объяснять, что за коротышкой заходили какие-то карьеристы.

Меня опередили.

Бар «Рудимент» располагался у самого прибоя. И сейчас там было пусто.

Бар окружали огромные пальмы. Только вечером появлялись отдыхающие, любители позагорать в лучах закатного солнца. Они держались отчужденно, заплывали недалеко, плескались в прибережных волнах. Они были полностью заняты собой и выглядели чужеродно на необъятном берегу, перед первобытным покоем пустынного океана.

Я обошел старую башню и наткнулся на Тугодума. Тяжеловес восседал всей своей тушей на складном стульчике с театральным биноклем в руках. По его лицу тек пот.

Перед домом мэра расположился оркестр.

— Ждут в гости, — сказал я.

— Нет-нет, — живо сказал Тугодум, едва обратив на меня внимание. — Что мы такого сделали?

Тугодум судорожно вздохнул.

— Внутри кто-то есть? — спросил я.

Лидер драматически мотнул головой.

— Ты передумал?

Он так же безмолвно кивнул.

— Ты сможешь предупредить Опыта? — внезапно сказал он севшим голосом.

— А где он?

— В архиве. Получает разрешение на выезд.

Тугодум подался ко мне. Весь глянец с него сошел. Две ножки стульчика ушли в землю глубже других.

— Банкет окончен. Нам даже не будут аплодировать. Переместят в столицу, и все. Чехол собирается уходить. Избегает безлюдных мест. Надо быть на виду. А на строительство вообще не суются. Там эти… калеки. Хотят найти шоу. Ждут нерукотворных тротуаров. Зодчие. Веришь, кусок в горло не лезет. Может, успеешь с Опытом.

Грузовик Опыта стоял возле архива.

Я вбежал в мэрию. По лестнице спускался Абсурд. Я метнулся в сторону, и чуть не сшиб выходящего из туалета Опыта.

Я втолкнул его обратно.

— Ты что наделал?

Он даже не дернулся. Он был такой мелкий, что его никто не замечал.

— Я не виноват, Пик, — просипел он. — Я ничего не делал. Ты ничего не знаешь, Пик.

— А что мне знать? Я всё видел. Своими глазами.

— Вот именно… — прошептал в ужасе Опыт.

— Получил разрешение? — тоном пониже спросил я.

— Да. Всё в порядке. — Он похлопал себя по карману куртки.

— В общем, так. На холм ехать не надо.

— А куда надо?

Я задумался. Опыт продолжал смотреть перед собой, как обычно, без особого выражения на круглом веснушчатом лице. Может, и впрямь его никто и не заметил. Ведь никогда, ни при каких обстоятельствах ему ещё не удавалось привлечь к себе внимание. Он был, как винтик, который только незаметно используется всеми.

— Выедешь из города… — начал я, и он кивнул. Он на каждом слове мелко кивал.

Метод неподвижно стоял в конце коридора. Опыт поравнялся с методом, и тот, естественно, не обратил на него никакого внимания. Он сразу посмотрел поверх голов на меня. Лестница была прямо передо мной.

Я устремился по ней в знакомую мне дверь. Все обезьяны исчезли. В углу светился аквариум. Рыбки были на месте.

Я приоткрыл шкаф, ожидая, что из него повалятся скрюченные чучела. В коридоре послышались мерные шаги.

Кто-то шёл, останавливаясь у каждой двери. Я втиснулся в шкаф. Шаги замерли у дверей. В шкафу было тесно. Я всё же не кукла. Вдруг мой локоть ушёл в пустоту.

По винтовой лестнице я добрался до другой двери и протиснулся в узкую щель. Снаружи был придвинут платяной шкаф. На кровати возвышались подушки.

Перед зеркалом в дальнем углу спальни стояла тонкая, стройная девушка, опираясь коленкой на тумбочку, и красила губы. Это была Топ. Рот приоткрылся. Она заметила меня.

— Это… вы?

— Вам нельзя здесь находиться.

— Странно…

— Ничего странного, — убеждал я её, заталкивая в темноту хода. Стоит ей подать голос, и мы пропали. Топ сопротивлялась вполне корректно, но пришлось ее отпустить. Приятно было держать её за плечи.

— Что вы делаете?

— Это тайный ход.

Я пошёл в темноту, и она пошла за мной. Ход закончился тупиком. Я потрогал стену. Она, качнувшись, тяжело обвисла. Сразу возник тяжёлый запах.

За стеной забубнили. Говор усиливался, потом стал удаляться. Мы пробрались между стеной и ковром.

Мы разглядывали массивный стол, грубые стулья, глиняную посуду под лавкой. За столом сидел мужчина, положив руки перед собой. У него было грубое, с запыленными складками, лицо. Волосы тянулись плотными прядями, едва достигая тусклого лба, будто парик сдвинулся.