Чтение онлайн

Мин забрал ведро и пошёл обратно к Палате. Схему он видел, оставалось понять, на чём она держится.

В библиотеке было пусто, смотритель кивнул, не отрываясь от свитка, и Мин прошёл к знакомым полкам. Секция «Начертание» по-прежнему содержала три свитка, которые Мин выучил наизусть, но сегодня ему нужно было другое.

Он нашёл искомое на дальней полке первого этажа, в разделе «Общие сведения». Тонкая сшитая тетрадь с жёлтой обложкой называлась «Общее описание духовных школ Долины». Автор не указан, и, судя по потёртости обложки, тетрадь читали нечасто. Мин сел за стол и раскрыл её.

Четыре секты Долины, четыре подхода к культивации. Обитель Серого Пика с упором на физическую закалку, Кузня Огненного Гребня с мастерами артефактов и алхимии, Орден Железной Лозы с грубой силой и телесными техниками. Павильон Тихих Вод…

Мин замедлился на этой странице. Описание было общим и обтекаемым, как и следовало ожидать. Секты не делились друг с другом техниками, а свиток для общедоступной библиотеки и вовсе писали так, чтобы читатель узнал побольше слов и поменьше сути. Всё же кое-что полезное Мин выцепил.

«Павильон Тихих Вод практикует духовные техники, воздействующие на восприятие и сознание противника. Основой школы является направленное ци-давление, при котором практик пропускает поток ци через каналы головы и проецирует его вовне, это воздействует на нервные узлы цели. Подобная техника требует развитых верхних меридианов и тонкого контроля, недоступного большинству практиков иных школ».

Мин перечитал абзац дважды. Направленный поток через каналы головы, воздействие на нервные узлы. По сути, то, что Гон Фэй проделывал с площадки, было ментальным давлением, невидимой атакой без синяков, зато с головной болью и ощущением собственной никчёмности.

Лю Мэнь, судя по всему, работал сходным образом, но вблизи. Касание его ладони сбивало противнику слаженность движений. Двойное воздействие, одно открытое, одно скрытое, и ученик Обители думал, что его побеждает один человек, хотя на деле проигрывал двоим.

Он закрыл тетрадь, вернул на полку и вышел из библиотеки. Луна уже поднялась над восточным хребтом, и её свет лежал на ступенях длинными полосами.

В каморке Мин зажёг масляную лампу и достал из-за стопки плашек знакомый свёрток. Плошка с базовыми чернилами стояла на нижней полке под тряпицей. Мин снял крышку и прикинул остаток. Базовых, без аспекта, хватало на один, от силы два талисмана. Аспектные он тратить не собирался, для задуманного стихийная окраска была лишней и могла его рассекретить.

Мин отрезал от пергамента небольшой прямоугольник, чуть больше ладони, расправил на столе и обмакнул кисть в базовые чернила. Первый символ, «круг замыкания», двадцать четыре штриха, привычные мышцам. Линии легли ровно, чернила впитались в пергамент, и контур засветился тусклым голубоватым мерцанием.

Второй символ был сложнее. «Знак отражения» Мин рисовал впервые на пергаменте, хотя отработал его на тренировочных плашках после прочтения библиотечного свитка. Восемнадцать штрихов с двумя зеркальными точками пересечения, в которых поток ци менял направление на противоположное. Принцип был прост, и именно поэтому символ редко применяли в бою. Входящий поток разворачивался и уходил обратно к источнику. Против физического удара бесполезно, ци-кулак не развернёшь отражением. Но против направленного ментального давления, где поток шёл узким лучом от одного практика к другому, отражение работало в полную силу.

Мин вписал «знак отражения» внутрь «круга замыкания» и соединил оба контура в единую сеть. Последний штрих сомкнулся, и пергамент вздрогнул в его пальцах тихой пульсацией. Талисман получился маленьким и плоским, его легко можно было спрятать за отворотом одежды или во внутреннем кармане.

Мин поднял пергамент к свету лампы. Голубоватые линии мерцали, ци циркулировала по контуру в ожидании внешнего импульса. Если кто-нибудь направит ментальное давление на носителя этого талисмана, «знак отражения» перехватит поток и вернёт его отправителю. Мин не знал наверняка, насколько мощной будет отдача, но подозревал, что ученик Павильона, не ожидающий атаку, получит ее сполна.

— Ну вот, — сказал Мин пергаменту, — ты не жжёшь и не давишь. Просто возвращаешь чужое. Самый вежливый талисман из всех, что я рисовал.

Он завернул его в тряпицу и положил рядом с лампой. За стеной Вэнь Шу уже начинал свой ночной концерт, первый басовый аккорд храпа перешёл в протяжный свистящий выдох, означавший поворот на правый бок и глубокую фазу сна.

Утром Мин перехватил Дэ Шена на лестнице между первым и вторым ярусом, за четверть часа до тренировки. Молчаливый и собранный Дэ Шен шёл к площадке с перевязанными запястьями и тёмными кругами под глазами. Последние дни вымотали его, Мин это читал по тому, как парень ставил ноги на ступени, тяжелее обычного.

— Дэ Шен.

Парень остановился и обернулся. Он узнал Мина, поскольку помнил их тандем в противостоянии многоножке.

— Горн говорил, у тебя голова после тренировок раскалывается, — Мин подошёл ближе. — Я тут кое-что нашёл, оберег от головной боли. Носи на груди, а перед боем влей в него немного ци, это поможет прояснить сознание.

Он протянул свёрнутый в тряпицу пергамент. Дэ Шен развернул ткань, изучил линии символов и поднял на Мина цепкий взгляд.

— Оберег? — повторил он.

— От головной боли, — подтвердил Мин с серьёзным лицом.

— Ты очень заботлив, спасибо…

Дэ Шен помедлил, убрал талисман за отворот одежды и коротко поклонился. Мин ответил таким же лёгким наклоном.

— Ну надо же, какая картина! — раздалось сверху.

Гон Фэй спускался по лестнице, и его фигура перекрыла утренний свет. Лю Мэнь шёл следом.

— В Обители Серого Пика даже ученики прогибаются перед подмастерьями? — Гон Фэй прищурился и растянул губы. — Я слышал, что у вас тут стандарты невысоки, но такого… Может, вы ещё и ноги им моете? Рис подносите? Сандалии зубами расшнуровываете?

— Может, ты закроешь рот и дойдёшь до площадки, — ответил Дэ Шен не скрывая презрения.

Гон Фэй хмыкнул, переступил через последнюю ступень и прошёл мимо, задев Мина плечом. Лю Мэнь скользнул следом, не поднимая глаз. Мин проводил обоих взглядом, молча кивнул Дэ Шену и двинулся вниз, к Палате.

С козырька площадка просматривалась целиком. Мин устроился на старом месте, поставил ведро рядом для вида и стал смотреть.

Тренировка шла по вчерашнему сценарию. Первым вышел Тань Ин, продержался меньше минуты и отлетел от Лю Мэня с ладонями на висках. Тонкая струйка крови потекла из левой ноздри, и наставник Фэн рявкнул на него так, что эхо отскочило от подпорной стены. Парень убрался в строй, пряча лицо.

Следующим вышел Вэй Шань, рослый ученик на третьем уровне Пробуждения. Продержался дольше, кидал ци-удары, промахивался, терял равновесие и наконец упал на колено с ладонью на затылке. Кровь капала с его подбородка на гранитные плиты. Невозмутимый Лю Мэнь стоял напротив и пил воду из фляги.

Мин скосил взгляд на Гон Фэя. Тот сидел на том же месте и в той же позе, со щекой на кулаке и прищуренным глазом. Только сегодня его виски поблёскивали от пота, и по шее ходили жилы. Давил он сильнее вчерашнего, наслаждаясь эффектом. Мин ловил его едва заметную усмешку всякий раз, когда очередной ученик Обители падал с кровью из носа. Лю Мэнь на расстоянии вытянутой руки вёл себя сдержаннее, но тоже работал жёстче, ментальное давление шло по двум каналам одновременно, от Лю Мэня в контакте и от Гон Фэя сбоку, и двойной поток сбивал ученикам Обители управление телом так, что даже крепкие парни путались в ногах после первого обмена ударами.